Сердце Тайрьяры - Наталия Московских

Отр взревел и пошатнулся. Здоровая передняя лапа пыталась достать меня. Раненая Виктором конечность пыталась защитить родимое пятно на груди. В этот самый момент я понял, что не ошибся с догадкой, и помчался к другим членистым лапам, чтобы свалить чудище с ног. Раненый, он не мог достать меня, для него я в отличие от Виктора и Кастера был слишком быстр. Чтобы победить Отра, нужна была скорость стража. Не лиши отец меня памяти, не нашлось бы такого стража, который пошел против Родителя Темной Крови. Память об узах с ним не дала бы этого сделать...

Еще два рубящих удара эстоком не встретили никакого сопротивления. Монстр издал жалобный звук и начал тяжело заваливаться на бок. Его туловище угодило в жидкое пламя, которое, к несчастью не причиняло ему вреда. Нужно было достать пятно.

Я по чистому везению миновал когтистую лапу, оттолкнулся от нее и погрузил клинок в отметину на груди по самую рукоять.

Облако черного дыма с воющим звуком вырвался из груди Отра и оттолкнуло меня. Рукоять эстока раскалилась добела, я запрокинул голову и зарычал от боли, чувствуя запах собственной горелой плоти. Раскалившийся меч за те секунды, что я его держал, дочерна спалил кожу на моих руках.

Облако дыма отбросило меня на несколько метров, и от удара у меня на миг потемнело в глазах. Рядом со мной пошевелился брат. Он дернулся и тут же заслонился от черного дыма, врезавшегося в сеть проводника. Завеса дрогнула и с грозным шипением вспыхнула и исчезла.

Ольциг вскрикнул и тяжело повалился на бок.

Тело Отра выгнулось, тьма затопила мой мир, и, декс ее забери, эта тьма горела...

***

Я открыл глаза. Голова гудела. Воздух вокруг был непривычно тяжелым, в нем витал едва уловимый запах гари. Вдалеке за горами, где Ильма свила гнездо, занималась заря.

Молодое призрачное утро выдалось на удивление холодным, воздух казался почти морозным. Изо рта при каждом выдохе вырывались едва уловимые облачка пара.

Я приложил руку ко лбу и тут же, зашипев от боли, посмотрел на свои ладони. Руки представляли собой сплошной ожог. Кожа в некоторых местах покрылась волдырями, потрескалась и лопнула, из трещин сочилась кровь.

Я закусил губу, постаравшись не думать о боли. В памяти всплыли картины недавних событий, и это заставило меня вскочить.

- Лорд Фэлл!.. Держитесь, прошу вас... - услышал я неподалеку. В голосе Кастера звучало отчаяние. Я увидел его недалеко от огненной печати Отра, в которую недавно рухнуло израненное тело древнего чудовища, от коего ныне не осталось и следа.

Виктор лежал на спине, положив руку на живот. Кастер стоял на коленях рядом с ним и пытался зажать рану. Я поспешил к брату и отцу.

- Виктор!

Мы с Кастером столкнулись взглядами, и в глазах брата читалась страшная мука.

Лицо Виктора было белым, как известь. На посиневших губах выступила кровь.

Я присел рядом, пытаясь понять, насколько все плохо.

Плохо. Очень. Даже с помощью целителя Виктор вряд ли выживет.

- Арн, сделай что-нибудь, - Кастер пытался придать своему голосу строгость, но вышла отчаянная мольба. Я с призрачной надеждой посмотрел на Ольцига и сокрушенно опустил голову. Монах лежал без сознания. Грудь его медленно вздымалась, но, даже если он придет в сознание, у него не хватит сил вылечить такую рану. Он ведь об этом предупреждал.

Я опустил глаза на зияющую дыру в животе отца. Руки Виктора и Кастера были перепачканы кровью наместника, вокруг уже натекла приличных размеров лужа. Не надо быть лекарем, чтобы понять: эта рана смертельна. Виктор должен был умереть сразу, как получил ее, но каким-то непостижимым образом ему все еще удавалось цепляться за жизнь. Возможно, дело в том, что пока завеса не упала, он находился в Царстве Смерти, и кровь вытекала медленнее?.. Трудно сказать наверняка.

- Кастер, я...

- Нет! - перебил меня брат, предугадывая мои слова, - разбуди монаха! Он может помочь!

Стараясь не обращать внимания на боль в руках, я поднялся и направился к Ольцигу, но Виктор ухватил меня за ногу и уставился на меня умирающими, почти безразличными глазами. Казалось, он уже не чувствовал боли, или у него просто не было сил на нее реагировать.

- Н-н-не над-до... - прошелестел он.

- Лорд Фэлл... - умоляюще прошептал Кастер, и Виктор с силой сжал его руку, отпустив свою рану. Кровь хлынула сильнее, и наместник закашлялся.

Я сделал еще шаг к Ольцигу, но Виктор вновь удержал меня, и, кажется, ему стоило огромных усилий это сделать. Лицо его исказилось гримасой боли, рука, хватающая меня за ногу, ослабла.

- Все кончено, - выдохнул Виктор.

- Нет, лорд Фэлл, держитесь! - прорычал Кастер.

На этот раз я не был готов поддержать брата. Я строго посмотрел на него и качнул головой, вновь опускаясь на колени рядом с отцом.

- Он прав, Кастер. Это конец. Виктор не дождется dassa.

Наместник устало моргнул вместо того, чтобы кивнуть. Я сочувственно склонил голову.

- Нет! Лорд Фэлл, вы сильный человек! Держитесь, мэтр Ольциг сумеет помочь, только нужно разбудить его! - выкрикнул Кастер, отчаянно глядя на dassa. Я тяжело вздохнул.

- Ольциг не поможет, брат. Прости.

- Кастер, - еле слышно обратился Виктор. Мой брат с трудом сморгнул слезы.

- Лорд Фэлл, умоляю, держитесь. Мэтр Ольциг очнется, и... - повторял он, как заговоренный.

- Все хорошо, сынок... - с трудом сдержав кашель, произнес Виктор. Я сжал губы, к горлу подступил ком, - я х-хочу уйти.

Глаза Кастера распахнулись в немой мольбе.

- Но...

- Кастер, дай ему сказать, - злясь на собственное бессилие, произнес я, понимая, что это последние слова отца. Брат обжег меня глазами. Он не желал признавать, что я прав.

На несколько секунд Виктор замолчал, прикрыв глаза, и я подумал, что его больше нет, но он заговорил вновь.

- Я уже ни на что не г-г-гожусь. Без магии. Я умер... в тот самый м-м-момент, когда... - он замолчал, словно потерял нить или решил, что продолжать эту мысль бесполезно. Еще несколько секунд онне говорил ни слова. Кастер обеспокоенно сжал его руку.

- Лорд Фэлл...

- Вы д-должны сохранить... Орсс и Арду... - с трудом выдавил наместник, - Кастер... п-п-п-помоги брату.

Я плотно зажмурился, сетуя на бессилие и беспомощность.

Виктор тронул меня за предплечье.

- Если тебе... тоже придется отказаться от м-м-магии... - отец выдержал паузу, сдерживая приступ кашля, - н-не соглашайся...

Эти слова вкупе с шелестящим голосом умирающего Виктора Фэлла пробрали меня до костей. Я сумел только кивнуть в ответ. Виктор перевел взгляд на Кастера.

- Т-ты всегда был... моим сыном... - он слабо улыбнулся, а мой брат мучительно опустил голову и всхлипнул. Виктор вновь посмотрел на меня, - а ты... сменишь м-м-меня, к-как я и думал... Л-л-литиция хотела бы этого...