Преднозначение - Николай Ярославцев

Влада по тому, как он зашевелился, удобней устраиваясь на лавке, поняла, что разговор будет долгим и обстоятельным, и вернее всего, затянется до самой ночи, сбросила с ног сапоги и прилегла поверх меховой полости. Слушала, слушала их речи, да и не заметила, как задремала. Проснулась, а в комнате темно. Лишь на столе испуганно трепещет слабый язычок пламени в глинянной плошке. И звезды в решетчатое оконце заглядывают.

 Радогор, так же, как и она, в одежде пристроился на край лавки рядом с ней и спит, неловко подвернув руку под голову. Пошевелить не посмел, так и промучился на одном боку.

«Растележилась, колода!» - Выругала она, озлившись, себя. И бережно, чтобы не потревожить, коснулась губами его щеки. И снова сердце сжалось, в памяти ожили те двое, в лодке. И их сцепленные побелевшие пальцы. Но как не осторожен был ее поцелуй, Радогор тут же открыл глаза, словно и не спал.

-Заболтались мы. Не заметил, как и уснул. Пригрелся…

-Разбудить нельзя было?

Ответа ждать не стала. Осыпала его лицо торопливыми поцелуями, зарылась руками в мягкие пушстые волосы.

-Что с тобой, Лада? Или опять во сне что привиделось?

-Как вспомню тех двоих  на реке, так сразу слезы из глаз бегут. И мне бы жизни не было, если бы не встретила тебя. Так бы и прожила, промаялась свой век, счастья не изведав.

-Встретила же. – Успокаивая, провел ладонью по спине. – Спи, Ладушка. Рано подниму.

Притянул ее к себе и она с готовностью укрылась под его широкой ладонью, облегченно вздохнув.

-До сих пор живу, как во сне. И боюсь, кончится сон, а тебя нет. И уревусь вся. Потрогаю, вот он ты. Рядом.  И смотрю, смотрю на тебя и насмотреться не могу. И снова реву, но уже от счастья.

-От счастья не плачут. – Проговорил Радогор, засыпая.

-Еще как плачут.  Даже ревут! И те, двое, смотрели в глаза друг другу, и плакали.

-Это дождь.

-И вовсе даже не дождь. – С обидой возразила Влада, устраиваясь удобнее на его плече. – Или я не знаю, где дождь, а где слезы.

Восход встречали уже в седлах.  

 Вырвавшись из города, Влада повеселела. Вдохнула полной грудью густой лесной воздух и звонко засмеялась.

-Одичала! В лесу, как дома.

-Только коня не торопи. Нам ехать еще не одни сутки. Ратимир с ребятами коней загнали, а в пути были почти седьмицу. Нам же коней менять не где. Долго нужны будут. – Охладил ее пыл Радогор, посмеиваясь.

Придержала свою лошадку, приноравливаясь к бегу его коня и приоткрыла губы в белозубой улыбке.

-И все то тебе, Радо, надо наперед угадать.

-Не в гости едем…

Упрямо тряхнула головой и рассмеялась.

-А вот и в гости. К Смуру едем.

Спорить не стал. В гости, так в гости.  Но что – то показалось ей подозрительным в его словах. Наклонилась к нему, свесившись с едла, и заглянула в глаза.

-Но в трактирах больше останавливаться не будем. – Решительно заявила она. – Я еще и ленты ольхе не повязала.

И с этим спорить не стал, чем развеселил ее еще больше. Так и ехали с короткими остановками несколько дней. Останавливались на ночь, сворачивая с дороги, съедали ужин при свете костра и засыпали в густой траве до рассвета. А с рассветом снова садились в седла.

-Радо, а где вран? Или тоже с бэром у Ратимира в Верхнем городе остался?

-Там… - Неопределенно кивнул он головой. И сухо посоветовал. – Одела бы ты, Лада, бронь. Спокойней будет.

-Кого бы нам боятся? – Безбоязненно отмахнулась она, не замечая его озабоченного лица. – Стану я плечи мять…

-Торги близко. От кого бы иначе Ратимир лодии берег? – Пояснил Радогор и настойчиво потребовал. – Одень кольчугу.

Когда он начинал так говорить, в спор с ним было лучше не ввязываться. И Лада, скрывая недовольство, согласилась.

-Остановимся, тогда и одену.

-Сейчас!

Загородил конем дорогу и выпрыгнул из седла. Распустил вязки переметной сумы и достал кольчугу с шеломом.

-Снимай меч! 

Лада засопела, не скрывая обиды, сняла перевязь с мечом, пояс с ножом и наклонилась к нему, щекоча лицо волосами. Сам натянул через голову на нее кольчугу и одел шелом.

-Вот теперь и впрямь дева – поляница. – Удовлетворенно произнес он, когда она закинула за плечи меч и затянула пояс. – Угадали мастера одежку.

И делая вид, что не замечает обиды на ее лице, сел в седло.

Дорога снова отвернула в сторону и скоро между деревьями  показалась река.

-И кого, спрашивается, надо было бояться? – Вытягиваясь на стременах, проворчала она.

Но и  в этот раз Радогор предпочел промолчать.

А дорога то прижималась к реке, выползая на самый берег, то снова уползала в лес, путясь между деревьями. Несколько раз Радогор тянулся рукой к рукояти меча, и всякий раз она останавливалась, не дойдя до нее. Видя его беспокойство, начала тревожиться и Влада, спиной чувствуя на себе злые, холодные взгляды.

Дорога снова свернула к реке, когда кусты вдруг разомкнулись и на дорогу выпрыгнуло сразу несколько человек, выставив перед собой копья.

-Жалеть не будете, ребятки? – Спросил Радогор, упредив  лесных татей. А что это были именно тати сомнений не возникало.  

   Спокойный, размеренный голос Радогора немного обескуражил их. Но только немного.

Копье, направленное умелой рукой ему под ребра почему – то полетело в сторону, а сам Радогор выпрыгнул из седла и исчез. Но прежде из его руки вылетела целая горсть золотистых искорок и сразу несколько нападающих повалились на землю, сбитые ударами его метательных ножей.

Еще одно копье со звоном ударилось в нагрудную пластину ее доспеха, но на крепко затвердив уроки Радогора, она успела отклониться и копье, скользнув, ушло в сторону. Зато ее меч обрушился на плечо обидчика и лес огласил дикий вопль, заставив подумать, что Радогор был не так уж и не прав, обрядив ее  в железный наряд. Пока думала, меч поймал новый удар, но ответить на него не успела. Противник с, искаженным болью, лицом валился сам под ноги Буланки. А за его спиной с мечом в руке, подарком Ратимира и боевым ножом в другой, стоял Радогор.

-Подсылы? – Догадливо спросила она.

-Да нет. – Радогор вставил ногу в стремя и сел в седло. – Лодии поджидали.А тут мы… Добыча сама в руки идет. И всего двое. И что обидно, как у людей спрашивал, не пожалеют ли? Так нет же… Правы те, кто говорит, что дураков не сеют, не жнут…

-Так они и пожалеть не успели. Времени не хватило. – Лада с удивлением смотрела на свой окровавленный меч. И побледнела. Потом поискала того, кого достала мечом. Радогором проследил за ее взглядом и покачал головой, давая понять, что этот уже не жилец на белом свете. Меч разрубил ключицу и почти отделил руку от туловища. Из глубокой раны потоком лилась кровь. Лицо раненого белело прямо на глазах, а его взгляд затягивался мутной пеленой.