Силы Хаоса: Омнибус - Кристиан Данн

Шеар где-то потерял топор в одной из схваток и теперь сражался лишь длинным боевым ножом. И в этом мечник находил нечто особенно возмутительное. Как этот выскочка, претендент на титул Чемпиона Тирана, осмелился насмехаться над ним? Он ударил, сжимая клинок обеими руками, даром, что меч был превосходно сбалансирован как одноручное оружие, и был вознаграждён, с удовольствием оставив порез на потемневшем лице Шеара. Выступила кровь, но затем рана сомкнулась, и она застыла от клеток Ларрамана.

Сражавшиеся воины кружили, пока Ворен не ринулся вперёд с яростным воплем на Красного Корсара. Однако внезапная атака не застала Шеара врасплох, и он легко сохранил равновесие. Меч и кинжал сшиблись, металл с грохотом ударил о металл, полетели искры.

И безумная геометрия Сдвига ничем не облегчала схватку. Из-за её постоянных изменений иногда они сражались нормально, а иногда били друг друга под невозможными причудливыми углами. Ворен пытался удержать в голове мысленную карту местности. Ему никогда ранее не приходилось сражаться на арене, перестраивающейся на глазах. Назвавший это место Сдвигом воин действительно попал в точку…

Шеар безжалостно наступал, вкладывая в удары все силы. Ворен был ловок и силён, но Шеар был во всём ему ровней, и само по себе это вызывало у легионера огромное неудовольствие. Он замахнулся мечом по кривой дуге, намереваясь рассечь защищавшие живот врага пластины брони, но Шеар отскочил, уходя от алчущего лезвия меча. С рёвом Ворен взмахнул клинком над головой, намереваясь обрушить его на открытое лицо Шеара. Он представил, с каким наслаждением рассечёт мерзавцу череп, и вновь закричал от гнева. Вновь заорав, легионер ударил изо всех сил. И когда Шеар не уклонился, когда его меч погрузился в череп, Ворен так удивился, что едва не потерял равновесие. Переполнявшие его гнев, адреналин и решимость оглушали, и потому он смог лишь засмеяться.

Тупая усмешка разошлась по лицу Шеара, кровь хлынула у него изо рта. Он рухнул на колени и уставился в никуда. Ворен медленно вынул меч, наслаждаясь каждым мгновением, чувствуя, как меч рассекает кости, и мёртвый космодесантник рухнул лицом вниз в поток насекомых. Рой тут же облепил новую добычу, а Ворен, шатаясь, направился прочь, прошёл через одну стену и врезался в другую, желая уйти от резни прежде, чем от него уйдёт навсегда рассудок.

Холодная логика опускалась на его плечи словно мантия величия. Они мертвы. Они все мертвы. Он победил. Он убил своих соперников. Теперь осталось лишь покинуть это место и предстать перед Тираном.

Голод и жажда убийств всё ещё бушевали внутри, и Ворен мысленно взял себя в руки. Он найдёт выход из этого лабиринта, преклонит колени перед Гуроном Чёрное Сердце и поклянется ему в верности. Другие Красные Корсары склонятся перед ним, Чемпионом Тирана.

С его губ вновь сорвался истеричный смешок.

— Чемпион Тирана, — произнёс он вслух. — Склонитесь перед Чемпионом Тирана.

Он шёл вперёд, понимая, что опасности не осталось. Стены оставались стенами, а пол не тёк под ногами. Место застыло, и Ворен заставил себя вспомнить, как он вообще попал в Сдвиг. Бой открыл путь в этот кошмарный мир и расшевелил заточённых внутри демонов. И теперь они были усмирены, как сердца, бившиеся в грудях его бывших братьев по оружию. Это была приятная мысль. Ворен шёл вперёд, упиваясь собой и победой. Он увидел впереди люк и узнал его. Выход из Сдвига в Зеницу Ада.

Ворен опустился на колено, опираясь на меч, и тихо произнёс благодарственные слова Фулгриму за то, что он позволил ему зайти так далеко.

Я не подведу тебя теперь, отец мой.

Ещё несколько шагов привели его к широкой арке, и Ворен вошёл в зал, совершенно неотличимый от того, через который он попал сюда…. дни или считанные часы назад. Во всех важных отношениях эти залы были совершенно неотличимы, и Ворен даже задумался, а уходил ли он отсюда?

Он прошёл через комнату, положил руки на колесо люка, легко его повернул и распахнул дверь.

На пороге стоял воин, одетый в треснувшие и разбитые красные доспехи. В руках его был силовой топор, и Ворен замер, резко остановившись.

— Феддей? — мгновение недоверчивого изумления быстро уступило место простым инстинктам. Гнев наполнил Ворена, и бледное лицо его побагровело от ярости.

— Нет. Но, полагаю, ты его убил, чем оказал мне услугу. Я не хотел убивать своего брата, но мы договорились, что один из нас должен уйти отсюда победителем.

— Шеар? — и внезапно всё встало на свои места. Шеар ранил брата в схватке в вестибюле. Феддея убил не он, а Ворен. Да, это была тяжёлая ошибка, и теперь Красный Корсар стоял между ним и заслуженной победой.

— Не подходи ближе, Ворен. Ты проиграл. Тебе осталось лишь склониться перед Чемпионом Тирана.

— Нет!

Со сдавленным, полным ярости криком Ворен бросился вперёд.

Шеар отцепил болт-пистолет и начал стрелять. Выстрелы выбили куски из доспехов Ворена, заставив его отступить. Смех корсара эхом разнёсся вокруг, словно петлёй сжимаясь вокруг бывшего легионера.

— Не расстраивайся ты так, Ворен. В знак благодарности за достойное развлечение я не убью тебя сейчас. Благодаря… — Шеар шагнул назад, наружу. — Благодаря моему новому положению Чемпиона, у меня есть определённый выбор. Поэтому я отдаю тебе Сдвиг. Присоединяйся к другим тварям и зверям, что рыщут внутри. Спустя дни он поглотит твой разум, а возможно и тело. Но только представь, каким ты станешь испытанием для будущих воинов, — усмешка промелькнула по усеянному оспинами лицу. — Возможно, так ты найдёшь идеальную схватку, которой так отчаянно ищешь. Прощай, брат.

Такой яд в последнем слове. Такая ненависть. Такое отвращение и отторжение. На короткое мгновение Ворен мог лишь изумлённо глотать воздух, а затем Шеар захлопнул люк, а снаружи раздались раскаты смеха. Звук закрывающегося на другой стороне замка вырвал легионера из раздумий, и он моргнул.

— Нет, произнёс он вслух, яростно тряся головой. — Нет, нет, нет! Невозможно! Я — Чемпион тирана! Я достоин этой чести, а не ты!

Он бросился к люку и начал бить, вновь и вновь. Он выл в идеальной гармонии с металлическим звоном ударов латниц по двери. Бил, бил, и бил, но не появилось даже вмятины.

Ворен пытался найти вокруг хоть что-то подходящее, но не видел ничего, а потому снова и снова бросался на дверь. Тщета и отчаяние наполняли его мысли, когда тело, содрогаясь в конвульсиях, билось о барьер между этим место и реальным миром. Возможно, реальный мир был здесь?

Возможно, что Ворен продолжал так биться минуты. А возможно часы. Его чувство времени давно исчезло. Войдя в Сдвиг, он утратил почти всё. Время, восприятие, хватку реальности. Из всех чувств у него осталось лишь ощущение себя.

Я — Ворен Авидий. Я — сын Фулгрима, воин Детей Императора. И честь бытия Чемпионом Тирана по праву моя.

Выплеснув свою жгучую ярость, Ворен сполз по люку, вцепившись в лицо в безумном горе. Вместе с углями гнева погас и свет в зале.

Тьма. Повсюду тьма.

Я — Ворен Авидий. Я — сын Фулгрима.

Он повторял это вновь и вновь, словно мантру, отчаянное соглашение между неведомыми и незримыми силами в надежде сохранить себя. Но и этот покой покинул его, и Ворен поднялся на ноги.

Нечто глубоко в Сдвиге взывало к нему, и он вглядывался в непроницаемый мрак. Там что-то было. Возможность. Нечто, чего он ещё не испытывал. Шеар обрек его на судьбу, что была хуже смерти, но даже в ней было обещание. Обещание исполнения предназначения.

Я — вечный воитель. Сдвиг — вечное поле битвы.

Когда Ворен отошёл от люка и направился в бесконечную тьму, по его телу растеклась дрожь удовольствия.

Я — сын Фулгрима. И я…

Где-то во тьме он услышал такой знакомый шум.

Перестук.

Ворен улыбнулся. Улыбка была безумной усмешкой воина, который навсегда оставил надежду вернуть рассудок.

— Склонитесь перед Чемпионом Тирана… — прошептал он, исчезая во тьме.

Крис Прамас

Вглубь Мальстрима

— Просыпайся, Корсар! Мы почти на месте.

Щелчок в сознании Сартака вернул его к реальности, но лишь для того, чтобы тот увидел направленный на него ствол болтера и осуждающее лицо Аргуна, десантника Белых Шрамов, нависшего над ним. Хоть Аргун и не спал несколько дней, его глаза были бдительны, а руки крепко сжимали оружие.

— Я не Корсар! — С гордостью ответил Сартак. — Я, как и ты, десантник. Десантник Ордена Астральных Когтей.

Аргун резко вытянул свою левую руку, грубо схватил Сартака за плечо и рывком уложил его на пол к своим ногам. Приставив болтер к затылку врага, Белый Шрам процедил с отвращением:

— Грязный пес! Когти предали Императора! Ты потерял право называть себя космическим десантником давным-давно! Ты грабитель и пират!

Сартак чувствовал холодный металл, упершийся в него, но почему-то оставался спокойным. Он знал, что его не убьют сейчас, слишком многое было поставлено на карту.