Гидра (СИ) - Максим Бондарчук

Сделать вычисления по траектории оказалось не так сложно. Система тут же выдала соответствующие координаты и дала добро на запуск нескольких ракет. Располагавшиеся за пазухой у боевой машины, они взлетели в небо и быстро направились в нужную сторону. Как кометы, оставляя позади себя шлейф из дыма, они улетали прочь, и вскоре упали в расчетное место.

Взрыв, за ним другой. Треск ломающихся деревьев донесся издалека и разлетелся в разные стороны. Однако ответа не последовало. Огонь, начавшийся изначально, через несколько секунд потух. Да и сложно было требовать пожара от этого места, где влажность достигала предельных параметров и просто не позволяла чему-то постороннему гореть и пытаться воспламенить все в округе.

— Это все? — кто-то спросил в эфире.

Машины отходили все дальше от первоначального места и вскоре оказались на достаточном расстоянии, чтобы оглядеть место, куда упали ракеты.

— Далековато от границы. Почти в самой глубине топей. — говорил Рутгард. — Как они это делают?

— Что именно? — спросил Жан.

— Живут там. Туда невозможно пройти, а уж построить что-то… Ну да ладно, все живы и это уже хорошо. Надеюсь, дрон сделал свое дело и вскоре мы узнаем, что эти варрийцы там устроили.

— Строй походный, направление прежнее. Возвращаемся в штаб. — скомандовал я, надеясь, что разговор уже закончился.

— Не боишься, Рик, что как только мы развернемся к ним спиной, они не набросают туда снарядов?

— Нет, Рутгард, расстояние слишком большое. Бояться нечего.

Странно, но сказанное мною было каким-то убеждением, нежели истинной правдой. Я сам боялся того, что сказал пилот. Никто не знал, что притаилось там, в глубине болот. И если поверить хотя бы десятой части сказанного Николаем, то вероятность подобного обстрела была велика. Но менять приказа я не стал и первым развернулся спиной к болотам. Остальные последовали за мной.

Я все еще думал о том, знал ли этот офицер разведки о возможном обстреле. Наверное, знал, иначе бы не послал такую группу на такое простецкое задание. Вероятно уже кто-то доложил ему об этом и он просто решил проверить слухи на нас, отправив под обстрел тех, для кого ожидание смерти было обыденным чувством.

«Надеюсь, когда я вернусь в штаб, он сможет ответить мне на пару вопросов»

— Доложить о повреждениях.

— Отсутствуют.

— Аналогично.

— Немного потрепан, но системы ведут себя нормально.

— А у меня не все так прекрасно- начал Жан, — Осколками разорвало боковую часть, система подачи боеприпасов в правую «руку» уничтожена. Черт, снаряд разорвался в тридцати метрах от меня и такие повреждения. Даже думать не хочу, что было бы если он попал прямо в меня.

— Тебе рассказать? — не удержавшись, спросил Рутгард.

— Ну давай, я с радостью послушаю тебя.

— Учитывая, что твоя машина — разведчик и не снабжена соответствующей защитой, то одного попадания хватило бы, чтобы тебя разорвало на части. Не оставив ни малейшего шанса на спасение. Конечно, шанс есть всегда, но детонация боекомплекта, неизбежно вызванная разрывом снаряда на поверхности твоей брони, свела бы этот шанс к нулю.

— Главное, что все живы, остальным займутся техники. Это их работа.

— Ты прав, Рик.

Теперь все стихли окончательно. Было ли это шуткой или все произошло спонтанно, но до самого штаба никто не проронил и слова. Наверное, каждый понимал, что промедли мы еще на несколько минут, повода поговорить у нас бы уже не возникло…никогда.

4

Первые несколько минут мне было не по себе. Еще никогда в жизни, за исключением случаев с Кель, мне не приходилось общаться с женщинами-идеологами, и сегодняшнее извещение застало меня врасплох. Не успев покинуть кабину боевой машины, я вдруг встретился лицом к лицу с одной из них. Черноволосой, и с большими карими глазами. Она, словно представительница какого-то древнего народа, чьи предки жили в больших и жарких пустынях, больше походила на амазонку, нежели на человека, наделенного определенными способностями.

— Мистер Граубар — ее голос был мягким и в то же время не мог не заставить обратить на нее внимание.

Я обернулся и взглянул на нее.

— Да, слушаю вас.

— Меня зовут Филина. Я…

— Идеолог…Знаю

— Мы предпочитаем называться воспитанниками Шелвера. Так будет лучше.

Ее голос ничуть не изменился, однако что-то подсказывало мне, что перебив ее слова, я немного задел ее.

— Что вы хотели? Раньше представители подобных структур никогда не жаловали меня такими визитами. Значит, произошло что-то очень важное, если вы вдруг решились на такое.

— Есть разговор. Просто разговор и ничего более. Нам приказано по прибытию в это место ознакомиться со всеми присутствующими на базе. Другим женщинам, как вы говорите «идеологам», поручено точно такое же задание. Мы должны знать, кто нас окружает.

— Удивительно, раньше мне казалось, что подобные вам ничего не боятся, ведь читать чужие мысли, значит знать действия человека на несколько шагов вперед. Зачем же проводить этот опрос.

— Как раз именно для этого, чтобы потом не рыться в ваших мозгах, пытаясь отыскать необходимое, попутно разгребая воспоминания о ваших любовных похождениях.

Она ехидно улыбнулась. — Обычно мужчины хранят их больше всего, забывая даже самое ценное, что в дальнейшем им могло бы пригодиться гораздо сильнее.

Теперь ее тон изменился, поменявшись на более твердый и немного угрожающий. Женщина решила показать свои зубы, но сделала это аккуратно, чтобы со стороны это не казалось именно таким, но при этом, чтобы собеседник все понял как можно яснее.

— Пройдем ко мне. — она вытянула руку и указала в сторону отдельного взятого здания, куда расквартировывали особых лиц.

Делать было нечего, и я пошел за ней. Ханлан все это время наблюдал за нами. Прикинувшись занятым и вытаскивая наружу отдельные запчасти, его глаза все равно упрямо смотрели в нашу сторону, что бы ни дай бог, не случилось ничего не поправимого.

Ее шаг был коротким, но удары, которые она выбила своими ботинками о твердую поверхность, красноречиво говорили о ее характере.

Завернув за поворот и пройдя еще около сотни метров по вымощенной специальным бетонным покрытием поверхности, мы вскоре оказались у нужного места. Охраны не было, но вокруг сновали представители Шелвера. Не обращая на нас никакого внимания, они, словно призраки, были заняты своими делами.

— Прошу наверх, мой кабинет в самом углу, там мы сможем обо всем поговорить.

Но я ничего не ответил. Лишь искоса глянув на все происходящее, я молча начал подниматься по крутой лестнице. В узких коридорах было пусто, даже звуков, напоминавших, что здесь живут люди, не было. Просто мертвая тишина, в которой было невозможно что-то услышать. Наконец, когда путь был пройден, а узкая дверь захлопнулась позади меня, я обнаружил, что стою посреди кабинета, где все стены были буквально усыпаны различными книгами.

«Теория человеческой психологии», «Манипуляции субъектами», «Дистанционный контроль в различных условиях».

Это и еще многое другое находилось на широких полках ее кабинета.

— Я люблю читать. Это мое второе хобби.

Она увидела мой взгляд, скользивший по забитым книжным полкам, и не преминула воспользоваться этим.

— Стоит ли мне говорить правду, если вы и так все узнаете?

Она опустилась на кресло и устало посмотрела на меня.

— Мистер Граубар, вы слишком сильно напряжены, присядьте, и мы начнем все по порядку.

Я послушался ее и сел на приготовленное кресло. Оно оказалось на удивление мягким и тут же заставило тело благодарно заныть.

— Вы считаете, что так легко залезть в чужую голову и начать копаться в ней? Знаете на что это похоже? Словно пытаешься вскрыть задраенный люк используя лишь алюминиевую вилку, а потом, когда это все таки удается, окунаешься в гору воняющего хлама и отходов в попытках отыскать маленький бумажный клочок с нужной информацией. Вот примерно так. Чтобы контакт произошел, необходимы специальные условия, состояние человека, место, много различных факторов, влияющих на конечный результат. Но все это слишком громоздко и сложно для вашего восприятия, мистер Граубар, скажу лишь, что существует очень мало человек, способных на расстоянии и без особых усилий вскрывать головы как консервные банки. Один из них наш наставник — Шелвер. С его слов, ему хватало пятидесяти метров и конкретной цели, чтобы узнать о нем все. Буквально все. Мы же на такое не способны…пока не способны, поэтому я учусь каждый день и эти книги есть часть моей жизни. Поэтому не надо смотреть на меня таким взглядом. Все, что мне надо от вас, это пара ответов на мои простые вопросы.

Ее взгляд был прямым и очень сильным. Таким, что мне пришлось на несколько секунд отвести свои глаза в сторону и дать себе немного отдохнуть.