Яд власти. - Олег Волков

- Ну! Где же вы? – окликнул утус Жуан.

Нарт, разглядывая то домик Сахема, то странный каменный купол, застыл на тропинке. Придворный летописец успел дойти до домика и взяться за медную ручку.

- Э-э-э, простите, утус Жуан, - с трудом подбирая слова, Нарт подошёл ближе, - а что это за странное сооружение за домом Сахема? И зачем его стерегут преторианцы? Причём именно его, а не личное жилище Сахема.

Преторианцы под навесом громко загоготали. Тот, что повыше и пошире в плечах, широк оскалился, а второй отвернул голову и прыснул в кулак.

- Я понимаю, - утус Жуан отпустил дверную ручку, - вы ни разу не были на вершине Утёса. Но, неужели, вы не слышали о Пристани явления?

Нарт тут же сник. Теперь понятно, почему караульные преторианцы заржали, как кони. Витус Умелец, а так же его бессмертные друзья витус Въют и витус Кацак, не рождены смертными женщинами. Великий Создатель сотворил их уже взрослыми. Пристань явления и есть то самое место, где впервые, почти шестьсот лет назад, они появились. Здесь же, после каждой смерти, они воскрешают вновь и вновь.

- Конечно слышал, - нехотя ответил Нарт. – Только, Пристань явления представлялась мне в виде большой поляны, открытой Геполе, дождям и ветрам.

- Так оно и было когда-то. Но, более двухсот лет назад, витус Умелец приказал углубить поляну и возвести над ней этот самый каменный купол, - объяснил утус Жуан. – А часовые поставлены по приказу Коменданта Тивницы. Видите бронзовую дверь? Она заперта изнутри. Уже более ста пятидесяти лет её никто не открывал. Ясно теперь?

- Да, утус, - ответил Нарт.

На самом деле понятно даже больше. На самой Пятой ступени стеречь особо нечего. Любого потенциального вора ждут пять постов возле пяти ворот, а сам Утёс – совершенно неприступная крепость. Да и у кого хватит наглости обокрасть самого Великого Сахема. Больше мифических воров Комендант Тивницы боится проворонить воскрешение Великого Сахема. Тот, кто первым бросится ему в ножки и своими словами расскажет, что произошло во время его отсутствия, получит дополнительные бонусы в схватке бульдогов под ковром.

- Прошу вас, проходите, - утус Жуан толкнул дверь в личные покои Великого Сахема.

Внутри домика никакой сногсшибательной роскоши из разряда стульев из чистого золота, паркета из серебра и соболиных шкурок вместо занавесок. Что прихожая, что нижняя гостевая комната, обе похожи на жилище богатого преторианца из Чёрного город. Дом витуса Окрена обставлен практически так же. В прихожей обычный деревянный пол, скрипит даже, и вешалка, пустая.

Утус Жуан, с видом человека, который бывал здесь много раз, сразу же повёл на второй этаж. Нарт осторожно прикоснулся к деревянным перилам. Сам витус Умелец ступал по этим ступенькам. Мечта вот-вот исполнится. А вот и личный кабинет Великого Сахема.

На личном рабочем месте витуса Умельца, как и во всей Обители, за маской пренебрежения к роскоши угадывается могучее величие. По размерам рабочий кабинет Сахема никак нельзя назвать большим, всего пять на пять метров. Стёкла на окнах цветные, но однотонные, кабинет залит приятным светло-голубым сиянием. Добротная печь сложена без каких-либо изразцов, зато очень аккуратно, каждый кирпичик старательно отполирован. Вдоль стены высокий книжный шкаф. Широкие полки сплошь заставлены тяжёлыми толстыми книгами. В углу, между шкафом и окном, рабочий стол Сахема. На столешнице медный канделябр на три свечи, а рядом чернильница из полированного зелёного камня с белыми прожилками. Возле стола три чёрных стула с изогнутыми спинками. Самый большой и удобный на рабочем месте, два других, для посетителей, сдвинуты в сторону.

За печкой, слева, Нарт вытянул голову, за плотной тёмно-синей занавеской узкий проход. Там, не иначе, личная спальня Великого Сахема. Здесь витус Умелец не только работал, но и отдыхал. Говорят, в эту спальню Великий Сахем никогда не водил женщин. Для любовных утех в Нижнем дворце предостаточно комнат.

Нарт остановился перед рабочим столом Великого Сахема. Неловко как-то, будто находишься в храме Удубы, в главном святилище Вилуры. Стул слегка сдвинут в сторону. Кажется, будто хозяин кабинете на минутку отлучился. Обитое мягкой тканью сиденье зовёт присесть и облокотиться на столешницу.

В Охотничьем дворце, где последние годы жил Сахем, нет ничего подобного. За пределами столицы витус Умелец либо развлекался, либо просто жил, бесцельно убивая время. Вилурой правили доминист. Но! Когда Великому Сахему надоедало пить, кутить и тискать по углам чужих жён, когда он вспоминал о своём самом главном предназначении, то он всегда возвращался в Тивницу, сюда, в этот домик, в этот рабочий кабинет.

Сидя именно за этим столом, Сахем читал доклады, принимал решения и подписывал указы. Среди писцов всех званий и рангов попасть в рабочий кабинет Великого Сахема считалось очень хорошим и очень дурным предзнаменованием одновременно. Очень хорошим, потому что далеко не каждый труженик чернил и палочек удостаивался чести предстать перед Великим Сахемом. Ну а очень дурным, потому что и спрашивал витус Умелец очень строго. Ни раз и не два бывало, что прямо из этого кабинета, от этого самого стола, преторианцы уводили доминистов прямиком в тюремную башню. Откуда, как говорится, до эшафота рукой подать.

Нарт так долго и молчаливо разглядывал рабочий кабинет Великого Сахема, что на время забыл о придворном летописце. Всё это время утус Жуан стоял у двери и пристально смотрел на него. Как-то неловко даже. Нарт отвернулся и принялся читать надписи на толстых корешках книг. Где золотым тиснением, где просто разноцветными чернилами выведено: «О земледелии», «О меди и прочих металлах», «О войне и мире» и так далее.

На самом удобном месте, прямо под правой рукой если не вставать со стула, стоят две особо пухлые книги. На корешке левой выведено «Гексаан». А вот вторая озаглавлена всего одним словом: «Сахем». Но, Нарт наклонился ближе, почему она так важна, если стоит на самом почётном месте рядом с Гексааном?

- Скажите, уважаемый, - Нарт повернулся к придворному летописцу, - что это за книга «Сахем» и почему она стоит на самом почётном месте рядом с Гексааном?

Простой с виду вопрос произвёл на старого придворного магическое действие. Утус Жуан широко улыбнулся и шагнул на встречу. От былой холодной неприязни не осталось ни следа.

- Молодой человек, на место Сахеме не садитесь, не надо. А вот стул для посетителей будет как раз для вас, - утус Жуан присел на ближайший стул возле стола.

Нарт последовал совету и присел рядом с летописцем. Утус Жуан, задумчиво поглядывая то на печь, то на книжный шкаф, заговорил на удивление весьма душевно и проникновенно:

- Утус Нарт, послушайте, что я вам расскажу.

Сразу же после смерти Великого Сахема ко мне зачистили незваные гости. Вы далеко не первый, кто принёс мне письмо от высокопоставленной особы с просьбой провести экскурсию по Нижнему дворцу и Обители Сахема. Почему последние два дня я и живу на Утёсе. Так-то у меня дом свой в Чёрном городе есть.

Нарт терпеливо молчит. Чувствуется, что на душе придворного летописца накипело.

- Так, - продолжил утус Жуан, - какой-то благородный юноша, обмазанный духами как девица на выданье, в первую очередь попросил показать золотой унитаз Сахема. Дескать, ему рассказывали о таком. Другого любопытного юнца больше всего заинтересовал Тронный зал. Ладно, слуга вовремя одёрнул переростка, а то он чуть не плюхнулся на каменный трон Великого Сахема. Мальчик лет пяти – шести, с такими большими голубыми глазами, так наивно и так откровенно спросил, а правда ли, что Великий Сахем кушает только сахарные орехи и мед. М-м-мда.

Утус Жуан хлопнул ладонями по коленкам.

- Вы, молодой человек, первый и пока единственный, кто заинтересовался витусом Умельцем как человеком, как личностью, а не его атрибутами власти, каменным троном и золотым унитазом. И другие экскурсанты доходили до этого кабинета и уходили от сюда с миной разочарования на упитанных физиономиях. Ну а про книги вообще никто не спрашивал, да и не замечал, поди, тоже.

Утус Жуан с кряхтением поднялся со стула и подошёл к шкафу с книгами.

- Да, я знаю – витус Умелец давно забросил государственные дела, пил, куролесил и только зря тратил драгоценное время. Но так было далеко не всегда.

Когда-то, на заре нашей истории, молодой парень по имени Саян, прозванный сородичами Умельцем, основал Вилуру. Из другого мира он, или сам Великий Создатель вложил в его голову сокровенные знания – уже не важно. Но именно Саян Умелец научил людей растить пшеницу, строить дома, разводить коров, плавить медь. Всеми современными науками, письму, чтению, математике, геометрии, мы обязаны ему и только ему.

Ещё каких-то двести лет назад витус Умелец был мудрым, справедливым и энергичным правителем. Под его началом Тивница обрела надёжную каменную защиту, а Утёс стал таким, каким мы теперь его знаем. Он не кутил по ночам с девицами, не жрал дорого вино с юга бочками, а жил и работал в этом домике. Но… Власть страшная штука.