Яд власти. - Олег Волков

Сколько же здесь простора. Словно огромное, похожее на кривой треугольник, озеро. Места столько, что можно было бы запросто построить ещё один Белый город вместе с Утёсом.

Речные воды очерчивают огромный полуостров. Южный форт выделяется более высокими стенами и башнями, хотя размерами он уступает Восточному и Западному. Когда-то на его месте была сторожевая башня, но её давно снесли. Долгое время Белый город не был надёжно прикрыт со стороны реки, Чёрного города не было и в помине. Если летописи не врут, то первыми были построены три форта. Несколько позже промежутки между ними заполнили крепостной стеной.

А это Мкад – самая широкий улица Белого города по форме похожая на овал. С высоты девяносто метров можно разглядеть, как она плавно огибает Утёс и на северной стороне замыкается в кольцо.

На правом берегу Акфара, за высокой деревянной оградой, выделяется группа прямоугольный изб – Каркуй, торговая фактория, где живут купцы из далёкого Миренаара. Как и пятьсот лет назад строгий указ Сахема повелевает менгам селиться только там и нигде более. Хоть и далеки друг от друга Миренаар и Вилура, но однажды их интересы пересекутся. Мало ли что. А так и купцам безопасней, и людям спокойней.

Возле длинной широкой пристани стоит речная ладья. С высоты почти сотни метров трудно судить о её размерах, но рыбацкая лодка, что не спеша плывёт вниз по течению неподалеку, выглядит рядом с ладьёй короткой тёмной чёрточкой.

Эх! Можно было бы ещё долго стоят здесь и любоваться необъятными просторами, но, Нарт поёжился, холодный ветер продирает до самых костей. Это внизу тёплый осенний денёк, а на верху того и гляди уши от холода отвалятся.

Дорога на вершину плавно обошла Утёс через три первые ступени, но перед въездом на Четвёртую круто повернула влево под прямым углом. В плане Утёс похож на толстый крест с закруглёнными концами, но на самом деле четвёртая и пятая ступени представляют собой один вытянутый овал, к которому приставлены первые три ступени. Четвёртая находится в центре, пятая как бы наезжает на неё.

Как и возле ворот Складского двора Нарт заранее вытащил красный пропуск. Едва он поравнялся с раскрытыми настежь створками, как из караулки тут же вышел преторианец. Интересная закономерность, Нарт невольно улыбнулся, только сейчас заметил: ворота Великого дома стережёт воин лет тридцати – тридцати пяти, возле Казарм охраннику лет тридцать пять – сорок, у Складского двора сорок – сорок пять, а преторианцу, который сейчас внимательно читает красный пропуск, будет все пятьдесят. Такая вот своеобразная карьерная лестница: чем выше ступень, тем больше седых волос и морщин на голове и лице стражников.

- Можете проходить, утус, - седой преторианец вернул пропуск и ловко козырнул.

Нарт, спрятав пропуск во внутренний карман, спросил:

- Скажите, пожалуйста, где я могу найти утуса Жуана, Придворного летописца?

- Не могу точно знать, утус, - ответил преторианец. – Вы впервые на Утёсе?

- Да.

- Тогда идите прямо на север, мимо парадных лестниц и храма. Не ошибётесь. Там, в крыле для прислуги, находится личная комната Придворного летописца. А где именно – спросите у прислуги.

- Благодарю вас, - Нарт слегка поклонился.

Ворота Четвёртной ступени остались за спиной. Больше никаких преград, никаких охранников и проверки документов. Четвёртую ступень занимает Нижний дворец. Здесь находятся парадные залы, приёмные разных рангов, самый большой тронный зал и трапезная. В последней, говорят, Сахем такие пиры закатывал.

Широкий проход, быстрее улица, тянется вдоль подножья Пятой и последней ступени. С правой стороны отвесная стена почти белого цвета с едва заметными сильно размытыми чёрными прожилками, с левой – стены самого Нижнего дворца. Входить во внутрь, путаться по многочисленным проходам и натыкаться на закрытые двери, не имеет никакого смысла. Но даже снаружи дворец поражает роскошью и величием.

Первое, что бросается в глаза, многочисленные окна огромных размеров с красивыми витражами. В рисунках из цветного стекла легко узнать диких животных: медведей, оленей, стаю волков на трапезе и одного очень даже натурально изображённого лопоухого зайца. На других собраны лесные и речные пейзажи: залитая солнечным светом поляна, тёмная опушка леса, яркая излучина реки. На третьих картины из легендарной истории. И, конечно же, многочисленные сцены из священной книги Гексаан. Перед одним витражом Нарт замер в недоумении. В нижней части окна изображён большой голубой шар с зелёными пятнами, а над ним очень странное копьё: слишком короткое, чрезмерно толстое и с оперением как у стрелы.

Стены Нижнего дворца покрыты большими квадратными плитками из разных пород камня. Полно художественной лепнины, фальшивых колон и декоративных карнизов. Каждая дверь обязательно с закругленной аркой и обита выпуклыми рисунками из меди. Так на маленькой дверке преторианец в полном боевом облачении изображён так натурально, что издалека его легко можно принять за вполне живого стражника.

Улица вдоль Пятой ступени плавно загибается влево и постоянно ныряет в полутёмные туннели. Остаётся только догадываться, что именно находится в нависающих над улицей отростках. И, Нарт даже оглянулся, пустота. Шаги гулко отдаются в пустых туннелях и эхом отлетают от разукрашенных стен. Впереди и позади не видно ни одного человека, ни одного благородного или хотя бы слуги. Впрочем, Нарт пошёл дальше, оно и понятно: Великий Сахем уже много лет живёт за пределами Тивницы. Дворец пустует, слуг мало, да и те маются от безделья. Так никого и не встретив, Нарт добрался до центральной площади Нижнего дворца.

Да-а-а… Нарт задрал голову. Пусть все знают, что храм на Утёсе самый высокий во всей Вилуре, но это надо видеть собственными глазами, чтобы понять, насколько же он высок. Храм наполовину утоплен в Пятую ступень. Никаких узоров, лепнины и фальшивых колон, только величественная белизна отшлифованного камня. Передняя стена широким полукругом поднимается на тридцать метров, даже выше Пятой ступени. Всего четыре окна, зато каждое шириной два, а высотой пятнадцать метров. Подстать окнам и дверь. И не дверь вовсе, а высокие и узкие ворота. Телега не пролезет, но два человека в ряд всё же протиснутся. Жаль, Нарт подёргал ручку, храм заперт. А то было бы неплохо полюбоваться им изнутри.

Две парадные лестницы охватывают площадь перед храмом по краям. Каждая шириной метров десять. Перила не очень высокие, зато напоминают ряд белоснежных колон или широких ваз. Нарт запрокинул голову, всего три пролёта. Самый первый под прямым углом поднимается метров на шесть, второй отворачивает от первого на девяносто градусов, а третий и последний, поворачивает на сто восемьдесят и выходит на уровень Пятой ступени. Обе лестницы абсолютно симметричны, как будто смотрят друг на друга в зеркало.

В сотне метрах от центральной площади вычурная помпезность и величие светской власти сошли на нет. Стена Нижнего дворца выложена красным кирпичом без какой-либо облицовки. На окнах не цветные витражи, а вполне обычные деревянные ставни. Как ни сложно догадаться, парадный фасад закончился, началась хозяйственная часть. В очередном туннеле, возле распахнутых ворот, стоит та самая телега, которая обогнала при подъёме на Утёс.

Возница успел полностью разгрузить телегу и теперь заново загружает её пустыми ящиками и кувшинами. Пара жирных муж кружится возле сваленных на дно кузова мешков. Слуга, небрежно бросив на телегу очередной пустой ящик, развернулся, чтобы уйти во внутрь распахнутых ворот.

- Уважаемый! – поспешно крикнул Нарт. – Пожалуйста, подскажите, где я могу найти утуса Жуана, Придворного летописца?

Слуга остановился и задумался.

- Идите вон по тому проходу, - слуга показал пальцем на ни чем не примечательный коридор. – Там, почти в самом конце, вы увидите дверь с рисунком на меди. Ну, такая, раскрытая книга, а над ней палочка, типа, для письма. В общем, стучите в дверь с книгой. Если утус у себя, то откроет.

- Благодарю вас, - Нарт отправился в указанном направлении.

Нижний дворец, как и весь Утёс в целом, строился по заранее разработанному плану. Повсюду ровные или округлые линии и прямые углы. Никаких лабиринтов, никакого нагромождения стилей. Во внешнем оформлении доминирует одна единственная идея. Но, при желании, всё равно можно заблудиться.

Нарт нарочито громко постучал в дверь с изображением раскрытой книги и палочки для письма. Но только после повторного уж совсем раскатистого стука изнутри донёсся приглушённый старческий голос:

- Входите. Открыто.

Нарт, толкнув тяжёлую дверь, переступил порог. Кабинет летописца представляет из себя неширокую, но довольно длинную комнату. Первое, что бросилось в глаза, книги. Много книг. Огромное количество книг. Вдоль стен от пола до потолка широкие навесные полки целиком и полностью заставлены толстыми книгами в потрепанных переплётах из толстой кожи. Широкие корешки пестрят цветными надписями. У противоположной стены, возле чуть приоткрытого окна, за столом с наклонённой столешницей сидит придворный летописец.