Заколдованный остров - Алексей Корепанов

Влад медленно повернулся к нему, обдумывая слова слуги:

- Вот как? И какой же такой порядок, по-твоему, мы нарушаем?

- Может быть не сейчас, а когда-то.

- Ага, возмездие, значит, - Влад с интересом окинул взглядом крепкую, чуть сутулую фигуру слуги. Этот разговор напоминал ему утреннюю беседу с Альтером на набережной. - И кто же нам мстит? Где находится этот мститель за нарушенный некогда порядок?

- А кто его знает? - уклончиво ответил Бат. - Мое дело дом в чистоте содержать, присматривать за всеми, работу раздавать и все проверять.

Я же говорю, за порядком присматривать. Противостоять, то есть, энтропии.

- Чему-чему? - изумленно переспросил Влад. - Чему, ты говоришь, противостоять?

- Энтропии, - с невозмутимым видом повторил слуга. - Стремлению к беспорядку.

"Вот такой у меня распорядитель, - подумал Влад. - И чистоту блюдет, и слугами руководит, и слова какие-то заковыристые знает. Вот такой распорядитель... Что-то я хотел ему сказать, еще утром хотел сказать, замечание какое-то сделать... Насчет борьбы с энтропией. Ворота покрасить? Нет, не то..."

Он задумчиво покусал губу, бросил рассеянный взгляд на часы и мысленно махнул рукой: ладно, когда-нибудь да вспомнится... если вспомнится...

- Успехов тебе в противостоянии. - Влад похлопал слугу по плечу. - А я пошел.

Выйдя за ворота, он медленно, щадя пострадавшую ногу, побрел по тротуару, невольно размышляя о словах слуги. "Что за нелепица? - думал он. - Если кто-то когда-то нарушил какой-то порядок, то почему страдать за это должны мы? Мы и сейчас - а не они и тогда. Разве может быть такое? Интересно, а что по этому поводу скажет Альтер?.."

* * *

Когда Влад добрался по уже просохшим и прибранным улицам до амфитеатра, мраморные скамьи, овалом смыкающиеся вокруг просторной арены, были уже почти полностью заняты зрителями. Он протиснулся на свободное место, сел на коричневую кожаную подушечку и осмотрелся.

Зрители - преимущественно мужчины - сверкали перстнями и браслетами под светом направленных на посыпанную песком арену мощных прожекторов, оживленно переговаривались, пили пиво из бутылок, махали руками знакомым. Скользя взглядом по рядам, Влад с удивлением обнаружил на противоположной трибуне Дилию. Девушка сидела, подавшись вперед и уперевшись подбородком в ладони, и смотрела на арену, где разминались почти полностью обнаженные мускулистые бойцы. А чуть выше и правее нее, сложив руки на груди, вперед-назад раскачивался на сиденье Альтер. А под самой крышей, огромным сводом возвышающейся над трибунами и ареной, устроился возле прохода квартальный смотритель Скорпион со своими мордоворотами. Мордовороты хлестали пиво, а Скорпион, оживленно жестикулируя, что-то объяснял соседу - унизанному перстнями чуть ли не с ног до головы толстяку в ослепительно белой тунике. Влад почувствовал, как кровь тяжелыми толчками запульсировала в висках, и поспешно перевел взгляд на арену.

Кожа бойцов лоснилась от пота, рельефные тела, прикрытые только узкими набедренными повязками, впечатляли своей силой, подвижностью и ловкостью. Кисти рук атлетов были перевязаны продольными и поперечными узкими кожаными ремнями; Влад знал, что ремни набиты песком. Медленно раздвинулись красные занавесы четырех лож, расположенных по центру каждой трибуны, к их барьерам подошли трубачи в таких же красных туниках ("Цвета крови", - подумал Влад) и вскинули золотистые трубы. Резкие, похожие на вопли о помощи, звуки раскатились по всему пространству амфитеатра, отразились от перекрытия и обрушились на зрителей. Из туннеля, ведущего под трибуну, к раздевалкам бойцов, неспешной походкой, чуть вперевалку, вышел распорядитель боев - длинноволосый гигант наподобие Скорпиона в традиционной багровой тунике и высоких, до середины голени, ботинках со шнуровкой; в мощной руке он сжимал серебристый жезл, искрящийся в потоках извергаемого прожекторами света. Следом за ним, шагая так же неторопливо и важно, на арену ступили судьи в длинных черных одеждах.

Трубы, наконец, умолкли, и трибуны тут же разразились свистом, приветственными криками и аплодисментами. Влад не свистел и не кричал; он то и дело переводил взгляд с арены на Дилию, продолжавшую неподвижно сидеть в той же позе.

"Она что, и раньше ходила на бои? - подумал Влад, невольно морщась от оглушительного свиста соседей по трибуне. - Не помню. Ничего я не помню..."

Повинуясь взмахам серебристого жезла, бойцы образовали на арене круг, повернувшись лицом к зрителям. Распорядитель боев поднял руку с жезлом и некоторое время неподвижно стоял в этой позе, дожидаясь, пока трибуны угомонятся. И наконец в наступившей относительной тишине раздался его зычный голос:

- Внимание! Сегодня мы начнем наши бои с небольшого сюрприза. - Он сделал интригующую паузу и трибуны затаили дыхание. - Прежде чем начнутся единоборства наших бойцов до победного финала, мы предложим вашему вниманию не совсем обычный поединок.

Распорядитель опустил жезл и вновь замолчал, и по трибунам прокатился легкий заинтересованный гул. Влад вместе со всеми не сводил глаз с длинноволосого гиганта. Схема боев была ему известна: бойцы по жребию делились на пары и дрались до тех пор, пока один из соперников не посылал другого в нокаут. Победители пар в следующих боях состязались друг с другом - и так до финала, до последнего боя, где самым живучим или самым везучим предоставлялась возможность окончательно добить противника. А сейчас распорядитель предлагал начать с чего-то другого...

- Наш первый бой - это бой одного из вас, уважаемые зрители, с одним из вот этих бойцов, - провозгласил распорядитель, обводя одной рукой насторожившиеся трибуны, а другой показывая на переминающихся с ноги на ногу и довольно скалящихся атлетов. - Выбор зрителя я оставляю за собой, а партнера для единоборства выберет сам этот счастливчик-зритель. Да-да, счастливчик! - распорядитель повысил голос, перекрывая плеснувший под своды шум толпы. - Потому что в случае успеха в одной-единственной схватке его ожидает... - вновь последовала еще более эффектная пауза. - А вот что его ожидает, все вы узнаете, когда я прочитаю то, что написано вот здесь.

Распорядитель быстро развинтил свой сверкающий жезл и ловким движением выхватил изнутри свернутую в трубочку бумагу. Подняв ее над головой и очертив рукой круг в воздухе, он вложил ее обратно.

- А то, что там написано, вы узнаете, если тому, кого я выберу из вас, будет сопутствовать удача. Обещаю, что он не будет чувствовать себя обманутым. Наоборот! Ну как, вы согласны с моим предложением?

Трибуны вновь взорвались аплодисментами и свистом. Влад, забыв обо всем, завороженно смотрел на облитый светом жезл, сулящий нечто невероятное, загадочное и заманчивое. Распорядитель вновь поднял руку, требуя тишины, и когда зрители угомонились, объявил: