Пасынки зинданов (Мир, которго нет) - Виктор Кувшинов

Ребята дружно кивнули, но ничего конкретного по этому поводу не могли сказать. Так что Ян продолжил рассказ, а они внимательно слушали его историю, будто пытаясь осмыслить, было ли и с ними что-либо подобное. Во всяком случае, ни тени сомнения в их взглядах рассказчик не заметил. Закончил он свою речь словами:

- Одно я могу сказать наверняка: нам необходимо выбраться из этого зиндана, как можно скорей. Я не верю в душевность и благородство здешних магов, особенно, по отношению к молоденьким девушкам, - Ян заметил, как при этих словах, гневно сверкнули глаза Алекса и испуганно вздрогнули ресницы Саши. Сделав паузу, он продолжил. – Кажется, в этом есть какой-то перст судьбы, что мы оказались здесь вместе. Поверьте старому прохиндею: я не оставлю вас без своей помощи, и в ответ надеюсь на вашу поддержку. Нам необходимо держаться вместе, пока существует общая для всех опасность.

- Да, ты прав, - согласился Алекс. – Нам нужно попытаться выжить, а главное, уберечь Сашу от местных любителей дам.

- А знаете, что? – задумался Ян. – Надо распределить роли, на случай, если мы все-таки окажемся в «гостях» у местного мага. Вот вы довольно похожи и будет неплохо, если назоветесь братом и сестрой. А я буду злым дядькой, который, просто не набрался еще сил, чтобы разделаться с парочкой молодых ребят. Тогда, в любом случае, кто-нибудь из нас будет обладать большей свободой, и сможет попытаться что-нибудь предпринять для общего блага всех присутствующих в случае пленения. И еще, Сашенька, я понимаю, что это нелегко слышать девушке, но постарайся быть пострашнее, ну, или хотя бы грязнее. Сутулее, что ли. Это отведет от тебя чрезмерное внимание мужчин.

- А что, я такая хорошенькая? – кокетливо сощурила глазки девушка.

- Ох! – сокрушенно вздохнул Ян. – Ну почему женщины любой поворот дела используют для того, чтобы поиздеваться над мужчинами? Ты хочешь услышать, какая ты красивая? Пожалуйста: очень красивая! Но сейчас это может сыграть против тебя. Ладно, хватит болтать. Давайте, лучше попытаемся выбраться отсюда.

Спустя некоторое время они, запыхавшиеся и отчаявшиеся, стояли под решеткой, прикрывающей зиндан сверху. Максимум, что им удалось, это подсаживая друг друга, цепляться за железные прутья и висеть на них. Несмотря ни на какие усилия, решетку сдвинуть не удалось.

- Ладно, подведем итоги, - деланно бравым тоном сказал Ян, переводя дыхание. – Отсюда нам не выбраться. Давайте думать дальше.

- А что тут думать, копать надо! Грунт песчаный, так что и голыми руками что-то сможем сделать, - предложил Алекс.

Ян озадаченно посмотрел на парня и мысленно выругал себя за тупость. Конечно, если втроем по очереди делать подкоп, может что и получится. Единственно, надо придумать, как оберегать руки. Он посмотрел вокруг. Яма была совершенно пуста, как и в его прошлое «пришествие». Странно, еще тогда он заметил, что в зиндане не работают естественные потребности организма: не хотелось ни есть, ни пить, ни, соответственно, освобождать свой организм от продуктов метаболизма. Видя, что ребята ожидающе уставились на него, он сказал:

- Ну что вы так на меня смотрите? Ну да, осел – не подумал! Но голыми руками мы долго не прокопаем. Есть на нас хоть что-нибудь твердое?

- Если только лапти, - посмотрела на свои ноги Саша.

- А если ими и копать? – спросил Алекс.

- Да, если на вас нет ничего другого покрепче, остаются только лапти. Надо выбрать какой-нибудь участок и начнем. В тюрьмах люди ложками подкопы рыли, – вдохновился Ян и стал осматривать песчаные стенки их родильного узилища.

- В каких тюрьмах? – послышался пытливый вопрос сзади.

Ян задумался, но ничего не мог вспомнить.

- С ума легче сойти, чем понять, откуда у меня эти мысли. Давайте лучше копать. Вот здесь попробуем. Тут песок явно суше и сыпется.

Он начал отгребать прямо из-под крыши зиндана. Сначала дело шло весело. Песок ссыпался ему под ноги, и он, забираясь по нему все выше, копал под самой крышей. Но крыша не кончалась, а рыхлая масса превратилась в твердую супесь, и могла перейти в еще более твердый песчаник. В конце концов, Ян в изнеможении свалился с откоса, который он успел накопать, уставился на свои сбитые в кровь руки и, сдерживая стон, сказал:

- Лапти лаптями, но не повторяйте ошибок глупого дяди Яна. Теперь я не знаю, когда смогу хоть что-то делать этими стертыми огрызками.

- Нашелся дядя, – подбежавшая Саша осторожно взяла его за руки и, чуть не плача, продолжала упрекать Яна. – Ну зачем надо было так стирать руки? Что мы, не можем по очереди потихоньку выгребать песок? Как обидно, здесь ничего нет, чтобы тебе помочь! Погоди, я придумала.

Она решительно взялась за подол своего крестьянского платья и рванула ткань, так, что в ее руках остался длинный узкий лоскут. Затем девушка довольно умело обмотала его вокруг кистей незадачливого землекопа.

- Стой! – крикнул Ян направившемуся на раскопки юноше и добавил, повернувшись к Саше. – Спасибо тебе, моя спасительница, но не рви свое платье больше, а то оно может стать опасно коротким для окружающих. Лучше оторви подол моей рубахи – она достаточно длинная, и обмотай так же руки Алексу, пока он их еще не сбил о почву.

Саша незамедлительно принялась за дело, и Алекс избежал участи Яна, сохранив свои руки под повязкой. Настил из сколоченных бревен был, действительно, широкий - в расчете на то, что один человек без инструментов не прокопается и за неделю. Им повезло – их было трое, и Саша копала почти на равных, когда у Алекса и Яна больше не оставалось сил. Она неистово вгрызалась в землю, забывая о своем внешнем виде, и Ян только стыдливо отводил глаза, завидев в очередной раз выбирающуюся вперед ногами из лаза Сашеньку, когда она вытаскивала оттуда песок - как ни пачкай красивое и сильное девичье тело, оно не теряет своей привлекательности.

Ян начал замечать, как неравнодушен к девушке Алекс, причем вполне взаимно. Он же почему-то чувствовал себя гораздо опытнее ребят и испытывал к ним, в особенности к Саше, какие-то родительские чувства. Хотя, были ли у него самого когда-нибудь дети, тем более взрослые, он не смог бы сказать, как не мог бы сказать, сколько лет ему было в той жизни, которая приснилась ему перед смертью.

Только на второй день к вечеру им удалось достичь края настила, прокопав четырехметровый туннель под ним. Уставшие от тяжелого труда и начавшегося голода, они стояли у своей кротовой норы и осматривали сверху ловушку для «новорожденных». Последние метры лаза они делали совсем узкими, так чтобы только протиснуться под бревнами. Яну даже пришлось расширять его под себя после девушки, чтобы добраться до фронта работ.