Черная молния. Тень буревестника. - Равиль Бикбаев

— Никогда не понимал футбол, — прервал я Вадима, — а уж фанатов тем более.

— Ты не любишь футбол? — недоумевая искренне удивился он.

— Просто не понимаю, — честно признался я, — финалы мировых первенств смотрю, а так чтобы постоянно и с удовольствием то нет.

— А финалы тогда почему? — улыбаясь поинтересовался Маузер.

— Ну там особая атмосфера, аура ожесточенной борьбы, стремительно нарастающий накал страстей, желание победить, победить во чтобы то не стало, победить не жалея себя. Все, все для победы и нечего жалеть ни себя ни других. Это даже за тысячи километров в телевизионной трансляции всей кожей, каждым нервом чувствуешь. И это не то что возбуждает, но психологически очень сильно стимулирует.

— Оп ля! — сильно хлопнул руками Вадим, — вот это… оно самое. Из-за этого в фанаты и идут. Прикоснуться к борьбе, стать одним целым с командой, одна цель, одна победа и один противник. Вот она подлинная суть настоящего футбольного фаната. Все остальное это только придаток. За накалом, за страстью, за победой, за борьбой, вот за этим и идет фанат на стадион. И находит там свою команду, своих единомышленников, свою борьбу и свою победу. Поэтому фанатам так легко объединяться в группы, команды, клубы.

— Неплохо придумано между прочим, — усмехнулся Маузер.

— Вы полагаете это все придумано? — с сарказмом спросил я.

— Скорее дано правильное направление, так сказать определен вектор движения части общества, — пояснил Маузер, — в любом государстве особенно среди молодежи существует определенный градус агрессивности. Раньше он выплескивался в войнах или социальных конфликтах. Но богатая и сытая Европа уже давно не воюет, а природную агрессию надо куда то девать… а тут футбол. Да бейте и орите сколько угодно, пейте и деритесь под присмотром полиции, лишь бы выплеснув эмоции вы вернулись к обычной жизни. Очень спокойной и размерянной жизни, а когда опять захочется «остренького» пожалуйте на матч. Ну и заработать на этом деле можно весьма и весьма неплохо. Бизнес в спорте быстро развивается, фанаты его составная часть.

— Ну да, так оно вероятно и есть. Но наша страна отнюдь не сытая и богатая, тем более… — вроде как согласился Вадим.

— Послушайте Вадим, — снова прервал я его, — я вот только заметил, а вы сейчас разговариваете как культурный и образованный человек, без жаргона и современных просто чудовищных неологизмов.

— А я и не собираюсь хвататься за пистолет при слове культура, — засмеялся Вадим, — а что до выражений, то теперь я много читаю, в том числе научные труды социологов и историков. Но могу и на жаргоне объяснится. Хотите?

— Лучше про скинов рассказывай, — улыбнулся я.

— Ну так вот, скины это была молодежь которой мало стадионов и околофутбольных стычек. В общем они быстро пошли дальше, стали носить униформу и драться уже по мотивам далеким от футбола. Пока фанаты разных команд дрались между собой, а в этом участвовали и скины, это в общем то никого особенно не беспокоило, даже служило неким предметом гордости, мол смотрите у нас все как в Европе, даже свои бритоголовые скинхэды есть. Но стоило им выйти за установленные рамки, как их тут же пустили под силовой пресс. Из групп скинов вполне реально могло сложиться серьезное молодежное движение с явно выраженным националистическим уклоном. А уж от этого и до настоящей политики один шаг. Вот скинов и пустили под нож. Самых непримиримых вожаков пересажали, остальных запугали. Почти все активные скины состоят на оперативном учете. Как какая заварушка их трясут как груши. В том числе и для профилактики, чтобы не забывали кто в стране хозяин. Как молодежное движение скины в принципе уже уходят в прошлое. Только в стереотипах ТВ остался пьяный «тупой скин нацист» одетый в стиле милитари обвешанный нацисткой символикой и громоподобно изрыгающий расистские лозунги. Этой страшилкой ТВ кормит своих зрителей. Смотрите: Вот он чудовищно тупой русский нацист. Не знаю, может в провинции это и прокатывает, но у нас над этими ряжеными артистами просто смеются. Давно же нет таких в реале, это просто подстава.

— А рокеры?

— Если ты говоришь о ребятах на мотоциклах, то правильнее их называть байкерами. Их немного было еще меньше осталось, — пояснил Вадим и продолжил рассказывать, — Быть крутым байкером — рокером это весьма дорогое удовольствие. Мотоцикл, снаряжение форма, постоянные траты на бензин, очень не многие ребята могут это себе позволить. Но вообще я кое-кого из байкеров знаю, неплохие парни. Вы на их внешний вид не особенно смотрите, технически это очень культурные люди, минимальный фактический уровень настоящего байкера это автомеханик — инженер. Некоторых можно смело конструкторами назвать. Многие из них прилично зарабатывают, а мотоцикл и своя компания это адреналин и отдушина от скуки повседневной жизни. Следующая группа или этап развития молодежного движения это футбольные фирмы. В околофутболе они сейчас «погоду делают». В фирмы входят молодые ребята от шестнадцати до двадцати пяти лет. Атрибутику фанатов они носят только на матчи. А так они обычные ребята, практически все учатся и работают, люмпенов там просто нет. Это не скины и не фанаты в негативном смысле этого слова. Все много занимаются спортом, без этого в фирме делать нечего, слабаки там не нужны. Фирма это компания своих парней близких по взглядам и мироощущению. Приход в фирму это первый отсев в движении, фанатом в принципе при желании может стать каждый, но в фирму возьмут далеко не всякого. Только тот кто готов встать в любой драке (месилове) рядом со своими, кто откликнется на их призыв о подмоге, только того примут в фирму. Ну и драки конечно, ребятам самоутвердится охота. Последние годы, драки между фирмами это своего рода соревнования кто круче, кто лучше подготовлен, у кого больше сторонников. И драки сейчас проходят по принципу «чистые руки» как в старину кулачный бой «стенка на стенку». Фирмы это серьезные, жесткие, хорошо организованные и очень сплоченные ребята. Авторитета «с улицы» в фирме никогда не признают, только свой, только тот кто выстоит рядом в любой драке, только того выслушают в фирме и далеко не факт, что выслушав, послушают и пойдут туда куда их зовут. Состав у фирм бывает разный от сотни бойцов, до десятка. Но есть такие десятки, что любую неорганизованную сотню раскидают. Фирмы не нацисты и далеко не все там националисты, многим вообще все откровенно по фигу. Но если тронуть парня с фирмы то ответ будет. Иначе фирма просто распадется и такие случаи бывали. Откровенно говоря многие приходят в фирму не ради футбола, просто хотят найти надежных товарищей, чтобы не жить в одиночку.

— Нормальное стремление обрести близких по духу людей, — заметил Маузер.

— И получить защиту от других фирм, прочих неурядиц и разных организованных преступных групп, — усмехнулся я, — в том числе и желание поднять свой социальный статус в молодежной среде.

— Ну они не только получают защиту, но дают ее, — нахмурившись возразил Вадим которому сильно не понравился мой тон, — если посмотреть на фирму как на социум…

Услышав правильно и к месту употребленное понятие «социум» я растерянно посмотрел на Вадима, тот довольно улыбнулся (типа видал? не лыком шиты) и продолжил:

— … то ее можно даже воспринимать как самоорганизацию, как мобильное сообщество самообороны всегда готовое перейти в нападение, как свою культурную среду и как ответ тем теоретикам кто утверждает, что «русское быдло» к самоорганизации не способно в принципе. Рекомендую таким теоретикам прийти на футбольный матч в столице и высказать это все публично, так сказать проверить теорию практикой. Результат не замедлит быть, и я не уверен что и полиция такого теоретика сможет спасти. Но фирмы службы тоже держат под присмотром, ребята с фирм специально не выставляются, но и особенно не прячутся и при желании найти их не проблема. Хотя все фирмы автономны, но их лидеры друг друга знают и если возникнет необходимость то свои действия скоординировать смогут. Но только скоординировать, ничьих приказов фирма слушать не будет. Дальше пошли автономные группы, время их появления это конец десятилетия нулевых. Скинов прессуют, фанаты «под колпаком» и многие активисты ушли в тень. К футболу они теперь имеют отношение не больше чем обычные болельщики. Рисоваться среди фанатов, скинов и среди фирмовых бойцов, автономщик не будет, это опасно, это чистое «палево». Те кто вышел из той среды, рвут старые контакты. Обычно они заявляют: мол все ребята, я отхожу, женюсь, на работу устроился, универ кончать надо или вообще все надоело и так далее. Расходятся как правило по хорошему, извините за тавтологию (я опять изумленно поднял брови, термин «тавтология» редко встречается в бытовой речи даже у специалистов филологов), но «фанаты» это совсем не фанатики, хочет человек уйти «скатертью дорога», поставил отвальную, молодец спасибо, останемся друзьями. Все. Из поля зрения стукачей трущихся в околофутболе, такой автономщик просто выпадает. С остатками скинов тоже самое. Если в автономную группу боец приходит из байкеров, то он как правило связь со своими не рвёт, просто языком не треплет. Но сейчас большинство ребят приходит в автономные группы с улицы, они вообще в принципе ни на никаких учетах не состояли. Приходят это даже не совсем верное выражение они их сами создают и остаются в тени. Выявить, определить количество и состав автономных групп никто не может. Есть такие группы которые вообще только тренируются и готовятся к серьезным событиям. Службы ловят тень, но она ускользает, они кидаются из стороны в сторону, но то что они видят это всего лишь тень которую они сами же и отбрасывают. В боксе есть такое тренировочное упражнение: «Бой с тенью». Но еще никто не выиграл бой у тени, ни у своей ни у чужой.