Сто затей двух друзей. Приятели-изобрететели - Валентин Головин

ЦИП Пахомыча

Что день грядущий мне готовит?

А. С. Пушкин

С утра, когда начинало припекать жаркое летнее солнышко, из своей избы появлялся дедушка Пахомыч. Он садился на крыльцо, с удовольствием вытягивал ноги, обутые в толстые широкие валенки, и обычно говаривал:

— Пускай мои научные ноженьки всласть погреются, дармовым теплом попользуются.

Однажды странные стариковские речи услышали проходившие мимо два наших приятеля. Они приветливо поздоровались и не утерпели полюбопытствовать, почему дед свои ноги называет научными.

Какая такая наука поместилась у него в его мохнатых валяных сапогах?

— А та наука о погоде, которой ЦИП занимается.

— Откуда ж вашему цыпу-цыпленку известна метеорология? И что, цыпка сводки погоды своим носиком вам по пятке азбукой Морзе выстукивает?

— Эх, мальцы, мальцы, — проговорил с укоризной дед. — А еще городские. И вовсе ЦИП — это не птичье дите, не курицын сын, а Центральный институт прогнозов!

— Опять нам совершенно не ясно, дедусь, как такой обширный институт вместился в ваши валенки. Разрешите в них посмотреть.

Ребята заглянули внутрь сапог, но ни «цыпок», ни ЦИПа, разумеется, там не обнаружилось.

— Вот, мои милые, где он тут, мой ЦИП-то, — показал дед на свои острые коленки, — послушаю я порой научные ноженьки, что они по-своему мне докладывают: ежели мозжит, быть дождю. Вот и вся здесь моя наука. Еще с гражданской войны прицепился этот ЦИП, пристал ко мне этот самый проклятущий ревматизм. Но истинно народ говорит: нет худа без добра. Есть маленькая польза и от этой хворости — она про непогоду наперед понятие дает.

— Это, дедусь, накануне дождя давление воздуха падает, а влажность возрастает. Ваши суставы и начинают поэтому ломить и побаливать, — объяснил многознайка Пуговкин.

— А у нас, — продолжал Пахомыч, — и кот Васька погоду предсказывает…

— Час от часу не легче. То у вас были научные ноженьки. Теперь объявился кот-грамотей. Уж не потомок ли он того знаменитого пушкинского ученого кота, который идет направо — песнь заводит, налево — сказки говорит?

— Нет, нашенский котофей не породистый. Вроде как бы дворняжка. Да и на собачку малость смахивает, — ответил дед.

— Неужели лает? — удивились ребята.

— Ну, лаять не лает, а на свист бежит. Приезжал летом мой сынок из своего вуза в отпуск. Был тогда Васек еще котеночком. Поил его мой сын молоком, а сам всякий раз нарочно посвистывал. Вот мурлыка и попривык. И сейчас только свистнешь, а котище тут как тут. Глядите-ка. — Пахомыч присвистнул, и действительно через минуту появился рыжий Васька и стал важно и просительно ластиться к дедовским валенкам. — Чует кошка, чье мясо съела, — промолвил добродушно дед и, нагнувшись, почесал у Василия за ухом. Кот зажмурился от удовольствия и громко замурлыкал.

— А котик-то ваш умница — и в погоде разбирается и на свист откликается.

— Какой там умник? Ума с наперсток, а спеси воз…

— Погодите, дедушка, одну минуточку, Мне хочется записать эту пословицу в свою тетрадку. Я ведь всякие поговорки и прибаутки повсюду собираю, как другие ребята коллекционируют почтовые марки иль монеты, — сказал Ромашкин.

— Ну что ж, милый, запиши. Народ теперь, я погляжу, пошел образованный, ученый. Всякую букашку строчат на бумажку…

Мишка вынул из кармана штанов тетрадь и стал вслед за балагуром дедом записывать все его поучительнее и забавные словечки и побасенки.

— А как же этот усатый-полосатый о погоде вам дает знать? — спросил Пугрвкин.

— Вся живая тварь на свой манер ненастье чует.

Ласточки и стрижи в вышине летают к хорошей погоде, а понизу росятся — к дождю. Ежели кот Васька и пес наш Тузик лежат всяк клубком, спрятав носы, жди похолодания. Да и петя-петушок по ночам не вовремя раскукарекается — к перемене погоды.

— Вот те раз! — воскликнул Ромашкин. — Выходит, нам в дорогу — «тра-та-та, тра-та-та!» — надо взять с собой кота, стрижика, собаку, петьку-забияку — вот компания такая и станет нашим походным ЦИПом?

— Ну, зачем этих зверей и птиц таскать с собой повсюду? — миролюбиво промолвил Пахомыч. — Есть немало других попутных и путных примет. Конечно, бывают и беспутные, непутевые приметы, вроде такой: перебежал кот дорогу — пути не будет. Это не примета, а просто глупое суеверие, темный предрассудок. А вам надо знать всякие правильные приметы. Да не одну-две. А то получится предсказанье, как у той шалой старухи, которая по двум приметам гадала, гадала да надвое сказала: либо дождик, либо снег, либо будет, либо нет.

И дедушка Пахомыч еще долго-долго толковал о множестве любопытных, не раз им проверенных примет про погоду и ненастье.

— Витька, а что, если нам самые полезные дедовские приметы срифмовать, чтобы их было легче выучить? — предложил Ромашкин, когда они шли обратно в лагерь от Пахомыча. — Послушай хотя б такую примету: стрижи высоко — дождь далеко… стрижи низко — дождь близко… Тут рифмы стоят на месте, как солдаты в строю.

— Что ж, — отозвался Витька, — ведь еще сам Пушкин дал о погоде совет: старайся наблюдать различные приметы…

Трудно передать, сколько было горячих споров, сколько было исчиркано и изорвано бумаги, прежде чем друзья вдвоем закончили сочинять свое стихотворение:

Знать полезно для похода,Ждет какая нас погода.Будет дождик или нет,Много разных есть примет:

Стриж летает высоко —До дождя нам далеко.Если стриж летает низко —Знай, ненастье где-тоблизко.

Коль дым стелется по саду,Вновь осадки, видно, рядом.Кверху дым идет столбом —Будет день чудесным днем…

Аромат цветов полейПеред ливнями сильней.Муравьи ушли домой —Значит, дождь не за горой.

Комары, тепло почуя,Дружно, весело танцуют.В тучи солнышко садится —Может дождикприключиться.

Если к ночи ветра нету,То хорошая примета.Звезд усилилось мерцанье —Непогоды предсказанье.

Всяких много есть примет —Будет дождик или нет.Ждет какая нас погода,Разъяснит сама природа.

— Ну вот, — с удовлетворением произнес Ромашкин, начисто переписывая стихи. — Чем нам брать в поход для определения прогноза погоды кота, собаку, петьку-забияку, возьмем-ка с собой в дорогу эти десять верных примет ЦИПа Пахомыча. Они в путешествиях всегда пригодятся.

В лагере Мишка первым делом дал стихи Кате.

— Помести их в нашу лагерную стенгазету с подписью: «СКРИП».

— Что за СКРИП? Сами наскрипели стихи, а за какой-то скрип прячетесь?

— Нисколько не прячемся! СКРИП по буквам означает: Специальные Корреспонденты Ромашкин и Пуговкин.

— А хорошо бы вы, скрипачи, соорудили нам при лагере метеоплощадку для наблюдений за погодой, — предложила Катя. — Наши юннаты давно мечтают заняться этим делом. Да вот беда — приборов никаких нет.

— Попробуем обзавестись и приборами, — ответил Ромашкин, а сам подумал: «Легче всего, конечно, закупить всяческие дорогие барометры, гигрометры, термометры, но гораздо интересней их изготовить самим».

Несколько дней все видели вихрастые головы наших изобретателей склоненными над книжками и тетрадками.

Юные конструкторы не только что-то чертили и рисовали, но и изучали всякую нужную литературу. И через неделю в лагере возник свой метеопост. Он был расположен на возвышенном открытом месте. В центре стоял высокий шест с флюгером. Флюгером служил легкий фанерный силуэт самолета ТУ-104, свободно вращавшийся от ветра на вертикальном гвозде. Под самолетом на шесте была прибита крестовина с буквами: С — север, Ю — юг, В — восток, 3 — запад. Самолетик выкрасили, чтобы его не попортили дожди, голубой водоупорной краской.

Из обыкновенной большой табуретки ребята построили метеобудку для приборов. Они удлинили с помощью брусков ножки табуретки, а с боков ее набили ребристые стенки. Ведь на приборы не должны были попадать ни лучи солнца, ни капли дождя. Сверху будку покрасили белой масляной краской. В ней разместились термометр, гигрометры и барометр.

— Известно, — объяснял Пуговкин ребятам, которые пришли полюбопытствовать, как и что устроено на площадке, — что керосин от тепла сильно расширяется. Принесет, бывало, зимой с мороза вечером хозяйка полную бутыль керосина к себе домой — глядь, а утром бутылка стоит в керосиновой луже. За ночь-то он разогрелся, расширился да и вылился. Вот эта его особенность и помогла нам устроить термометр. Растворили мы в керосине немного масляной краски, чтоб он лучше был виден, и налили его в пузырек с трубкой. По его уровню мы теперь и отмечаем температуру воздуха не хуже, чем ртутным термометром.