Добыча демона. Жена поневоле (СИ) - Витор Анна

Слишком яростно пылал огонь в желтых глазах змеи, чтобы она говорила неправду. Королева победоносно расхохоталась.

— Кажется, ты призвала сюда своего ручного демоненка, ангел? Тогда спросишь у него… если выживешь. Вру я или нет! Наги никогда не врут. Мы говорим только правду. Это особенность нашей магии. А тебе, детка, я не просто расскажу твое будущее! За то, как ты поступила, я покажу тебе его сама, лично…

С этими словами змея изогнулась и впилась мне в шею, жадно, как вампир. Я вскрикнула, ощущая слабость. Яд проник в мою кровь. Ноги подогнулись, и королева разжала руки. А я медленно опустилась к ее ногам, на светлый песок, прижимая ладонь к ранке на шее. Мои глаза закрылись, но казалось, я все видела…

— Ты приносишь только беду… — в моем воспаленном от яда разуме слился воедино и злобный шепот мамы, и шипение змеи со шрамом, рассекающим ее щеку надвое.

Перед глазами вспышкой пронеслись похороны и странное ощущение облегчения. Я держала маску благочестия перед знакомыми, я выполнила свой долг, шепча молитвы, стоя над могилой и притворяясь идеальной дочерью. Но внутри я ощущала лишь то, что наконец свободна. И могу делать все, что пожелаю. Обрезать волосы, купить короткое платье, завести кота… Больше не будет разочарования в родных серых глазах. Больше не будет отвращения, спрятанного в глубине зрачков. За двадцать лет я так и не сумела понять. Меня не любили, потому что я не заслуживала любви? Или потому что моя мать просто не захотела дать мне любовь. Брать, а не давать — таким был ее принцип по жизни. И когда она умерла, на похороны пришло всего несколько человек. Ни друзей, ни знакомых… Ей просто никогда не был никто нужен. Даже родная дочь, которая не смогла выдавить ни слезинки даже на кладбище. К счастью, никому не было до меня дела. Как всегда.

— Тебе нравится дитя демона? Ты и ей принесешь беду… Убьеш-шь ее однажды…

— Нет! — коротко отчаянно вскрикнула я, силясь открыть глаза.

С прошлым справиться было проще, чем с видением из будущего. Горящая от жара девочка мечется по кровати, а бледный от гнева Даниэль бросает мне в лицо жестокие слова: «Это ты виновата в болезни Алисии!»

Глава 29

— Этого не будет! Это ложь! Я никогда не причинила бы вреда его дочери! — я снова инстинктивно, в бреду, сжала кольцо. Камушек до боли отчетливо впился в ладонь, и наваждение немного отступило. Мои ресницы испуганно взлетели вверх. Я увидела змею, которая снова обвивала меня всем телом. Не человека, змею. Ее вертикальные зрачки и раздвоенный язык. И то, как она проводила им по ранке на шее, стремясь собрать мою магию до капли.

— Не намеренно, но нанесешь вред… — Безразлично поправила меня королева. — Ты слишком беспечна и поплатишься за это. Наш мир не терпит чужаков. Он накажет тебя за вторжение!

— Я уже ваша! Я стала ангелом, а не попаданкой! — Я попыталась пошевелиться, но у меня не получилось. Свинцовая слабость охватила меня. И единственное, что я смогла, это приподнять руку с кольцом и нанести еще один удар по хвосту змеи. Та зашипела от боли и оторвалась от меня, впиваясь новым укусом куда-то в бедро. Мы словно танцевали с ней смертельный танец, и ни одна из нас не хотела отступить.

— Ты убьешь и его… Твоего демона. Если останешься с ним. Если останешься в нашем мире. Ты — чужачка. Ты отравляешь наш мир собой. — Я ничего не ответила. Лишь слезы покатились по щекам. С каждой секундой все больше яда разливалось в моей крови. С каждой секундой все больше я верила королеве змей, что снова обернулась в человека. И сейчас почти бережно держала меня, прижимала к себе, касаясь пальцами укуса на бедре. Моя кровь на ее руках едва заметно светилась…

— Наш мир проклят тем, что ангелы и демоны не могут быть вместе. — Почти нежно шепнула мне королева змей. — Спроси у него самого… Демон все подтвердит. Все до последнего слова. Ты принесешь ему лишь беду, не счастье. Он не сможет противиться искушению. Он поддастся тебе… И умрет.

Я молчала, закрыв глаза. Из последних сил закрывая мысли и сознание от змеи. Не желая видеть картинку, что упорно насылала мне королева. Если я увижу умирающего по моей вине Эля, я сдамся. Перестану бороться. Отдам всю свою магию чертовой гадюке, отдам до капли. Лишь бы защититься от ее жестоких слов. Но та жертва, что отдал мне незнакомый ангел, окажется пустой. Я не могу этого допустить!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Получай! — Я сорвала кольцо с пальца, швыряя в песок. И в тот же момент ощутила всплеск магии. Я была доведена до отчаяния, прося помощи у кольца напрямую. И это сработало! Мой тайный артефакт откликнулся на просьбу, давая на короткое время магическую силу словно взаймы. И за моей спиной взметнулись белые крылья. Им было тесно в этой песчаной камере, они заполнили ее всю. Но главное другое! То, что края каждого белого пера оказались окованы металлом. И впились в тело змеи, оставляя сотни ран. Они не успевали затягиваться даже при сумасшедшей регенерации королевы, и та отпустила меня, бессильно рухнув на песок. Уже у моих ног…

— Ты слишком понравилась мне, девочка. Поэтому я допустила ошибку, доверившись тебе. И я умираю. Посмотри на меня. Запомни мои слова. Любовь делает тебя слабой, Рута. Чувства — разрушают внутри. Поверь мне, девочка. Ты и демон — вы будете вместе лишь пока врете друг другу. Оба. Как только один из вас откроется, второй погибнет. Вы не можете полюбить друг друга. Одиночество — вот единственное ваше будущее. — Змея силилась встать, но у нее не получалось. Она лишь слабо извивалась, скользя хвостом по песку. Но тело и лицо ее снова стало привычными мне — обликом молодой девушки. Мои крылья медленно растаяли за спиной, и я опустилась на колени, ощущая жалость к умирающей королеве. На моих глазах блестели слезы. Я начинала осознавать, что убила ее. Сама. В первый раз в жизни…

Глава 30

Я не помню, сколько просидела над трупом королевы змей, не шевелясь. Может, час, а может, и сутки. Время здесь, под землей, тянулось иначе, чем сверху. Медленно и невыносимо, как песок сквозь мед.

Эль переместился незаметно и обнял меня за плечи. Крепко. Крепче, чем я думала. Я даже не вздрогнула. Словно окаменела. Жестокие слова и картинки королевы Змей вертелась в голове, как на повторе. Я приношу беду. Всегда и всем. Я помню, как мама под конец своей жизни ругала меня, что я делаю слишком мало для нее. Всегда — слишком мало. Мало сижу у ее постели, мало держу за руку во время приступов боли. Готовлю невкусный бульон, который она могла есть. Я помню ту пощечину слабой исхудавшей рукой. Оставившую след на сердце, не на щеке. Мама даже не извинилась. Ведь я всегда была ее собственностью. И все делала не так.

Сейчас все будет так же. Не по моей вине, просто я невезучая. Я попала в такой мир, который отравляю одним своим присутствием. Я связалась с мужчиной, у которого дочь, хрупкая, как нежный цветок. Которую я уничтожу по неосторожности. Я принесу погибель и мужчине, только потому что я — ангел, а он — демон. И нам не быть вместе, никогда. Черное и белое не сойдутся воедино. Ни на земле, ни здесь, на Инферио. И я могу лишь урвать свой кусочек счастья, соврав Элю в глаза. Просто пробыть вместе с ним неделю, месяц… А потом тихо уйти обратно на Землю. Разбив ему и дочери сердце. Это единственное хорошее, что я принесу этому миру. Освободив его от себя.

— Иди ко мне? — Эль не стал ругаться, хотя я ждала этого.

Он лишь прижал меня к себе крепко, и я спрятала лицо на его груди. Глаза жгли непрошеные слезы, но я вела себя тихо и незаметно, чтобы он не увидел моей слабости.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я так перепугался, — в голосе Даниэля звучала лишь нежность. — Хорошо, что ты послала цветок. Он привел меня к тебе. Я думал, тебя придется спасать, а ты…

— А я справилась сама. Не спрашивай, как, — в моем тоне прозвенела непрошеная жесткость. Словно я… усвоила слова королевы змей. И больше не собиралась открываться демону. Если мне придется врать все время для того, чтобы остаться с ним, я это сделаю. Я пообещала это сама себе.