Изменение обязательств - Ирина Валерьевна Блохина

из вышеуказанных форм «нет основания особо упоминать в проекте, ибо такой договор подлежит общим правилам о договорах, заключенных в пользу третьего лица, по применению коих изъявление должником согласия на оный имеет то последствие, что договорившиеся стороны не в праве после того изменить или отменить договор, если не сохранили за собой этого права в самом договоре»108.

Таким образом, замена должника в обязательстве, основанная на соглашении кредитора с третьим лицом, принимающего на себя обязанность первоначального должника, была выведена за пределы регулирования главы об уступке требований и переводе обязательств проекта Гражданского уложения, а в проектируемых статьях о переводе долга нашла закрепление конструкция, основанная на соглашении должника с третьим лицом.

Согласие кредитора на перевод долга рассматривалось в качестве юридического факта, с которым связывался переход обязанностей к новому должнику. «Договор о переводе обязательства, – разъясняли авторы проекта Гражданского уложения, – переносит ответственность по обязательству с должника на третье лицо лишь со времени изъявления на то согласия со стороны верителя, так что если согласия не последует, то и переход означенной ответственности считается не совершившимся, т.е. должник не освобождается от обязательства»109.

Отсутствие согласия кредитора не влияло на действительность самого договора о переводе долга. Частью 2 ст. 163 проекта Гражданского уложения (ред. 1914 г.) предусматривалось, что «лицо, принявшее на себя обязательство должника, несет в отношении его обязанность своевременно удовлетворить верителя, хотя бы последний отказал в согласии на перевод обязательства».

С момента получения согласия кредитора «новый должник получает право пользоваться всеми теми возражениями против кредитора, которые вытекают из главного обязательства. Это следует из того, что новый должник занимает место прежнего и, значит, воспринимает все то главное (в плюсе и в минусе), что имелось у его предшественника: здесь происходит частное преемство в долге»110.

Следует отметить, что российская дореволюционная правовая мысль продвинулась в вопросе перемены должника куда более, нежели современная. Проблемы влияния перевода долга на состояние обязательства получили серьезное и глубокое исследование.

Современное право до недавнего времени уделяло перемене должника значительно меньше внимания, чем перемене кредитора. Гражданский кодекс Российской Федерации в качестве формы перемены должника называл лишь перевод долга и не упоминал об иных случаях замены должника. При этом легальная дефиниция перевода долга отсутствует до сих пор, что порождает различные подходы к рассматриваемому правовому явлению.

Например, В.А. Белов считает, что перевод долга есть результат реализации сложного юридического состава, состоящего из: а) договора о переводе долга, по которому одна сторона (старый должник-делегант, или переводитель) слагает с себя обязанность, составляющую содержание определенного обязательства, перелагая (переводя) ее на другую сторону – нового должника (делегата, или принимателя), и б) односторонней сделки кредитора (делегатария), содержание которой заключается в даче им согласия на замену должника в обязательстве в соответствии с договором о переводе долга111.

При этом В.А. Белов делает вывод, что результатом заключения договора о переводе долга является возникновение правоотношений между должниками – старым и новым, а результатом дачи согласия кредитора – возникновение новых обязательственных правоотношений между кредитором и новым должником и прекращение обязательственных отношений между кредитором и первоначальным должником. Перевод долга, по мнению ученого, служит основанием возникновения двух отношений, причем в каждом из них по два участника, и основанием прекращения одного отношения, также двустороннего. То есть В.А. Беловым не признается факт изменения обязательства при переводе долга, а указывается на прекращение правоотношения у одних лиц и возникновение у других.

Изложенная позиция раскрывает отношения, возникающие при переводе долга с внутренней стороны, то есть со стороны субъективных прав и обязанностей. Формально же, с внешней стороны, перевод долга не влечет прекращения обязательства, что находит подтверждение в нормах гражданского права.

На основании ст. 391 Гражданского кодекса Российской Федерации перевод должником своего долга на другое лицо допускается лишь с согласия кредитора. Таким образом, юридический состав перевода долга является более сложным, чем юридический состав уступки требования. В то время как для цессии достаточно договора между цедентом и новым кредитором, для перевода долга необходимо также волеизъявление кредитора, согласие которого входит в юридический состав перевода долга и отсутствие согласия которого влечет ничтожность сделки перевода долга.

Долг, так же как и право (требование), может отчуждаться одним лицом и приниматься другим. Кредитор в этой сделке не участвует, но поскольку для него имеет значение личность должника, он вправе отказать в согласии заменить последнего. Однако согласие кредитора хоть и входит в юридический состав, влекущий замену должника, не может рассматриваться в качестве основания прекращения одного правоотношения и возникновения другого. Права и обязанности сторон изменившегося правоотношения будут существовать в силу конкретного обязательства. В подтверждение этого новому должнику передаются документы, удостоверяющие правовое основание юридической обязанности. Более того, в ст. 201 Гражданского кодекса Российской Федерации говорится о том, что перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления, поэтому течение данного срока будет продолжаться и после перевода долга, что свидетельствует о сохранении обязательства.

Действующее гражданское законодательство предусматривает, что в обязательствах, связанных с осуществлением их сторонами предпринимательской деятельности, перевод долга может быть произведен по соглашению между кредитором и новым должником, согласно которому новый должник принимает на себя обязательство первоначального должника. Первоначальный должник и новый должник несут солидарную ответственность перед кредитором, если соглашением о переводе долга не предусмотрена субсидиарная ответственность первоначального должника либо первоначальный должник не освобожден от исполнения обязательства. К новому должнику, исполнившему обязательство, связанное с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, переходят права кредитора по этому обязательству, если иное не предусмотрено соглашением между первоначальным должником и новым должником или не вытекает из существа их отношений.

Стоит заметить, что условия перевода долга по соглашению между кредитором и новым должником схожи с правилами исполнения обязательства третьим лицом. При этом нормы об исполнении обязательства третьим лицом создают для кредитора обязанность принять исполнение в установленных ими случаях; правила о переводе долга предлагают осуществить исполнение по соглашению с кредитором.

Как и при цессии, последствием перевода долга может стать появление множественности лиц на стороне должника (кумуляция). Это происходит в том случае, когда должник не выбывает из обязательства, а остается обязанным перед кредитором наравне с другим должником, например в сложном по структуре обязательстве.

Гражданский кодекс Российской Федерации говорит также о переходе долга в силу закона. К таким случаям относится, в частности, правопреемство при наследовании и реорганизации юридического лица.

Отличительной чертой наследственного правопреемства является то, что замена должника происходит без согласия кредитора, но при условии принятия наследства правопреемником должника. Кредиторы наследодателя