Читающее Средневековье - Вячеслав Олегович Шпаковский

Текст выполнен золотыми и серебряными чернилами, фон инициалов – изумрудно-зеленый. При иллюминировании рукописи использовались сусальное золото и свинцовые белила. Бордюры выписаны золотом по синему фону. Черный фон страниц выгодно подчеркивает в целом весьма ограниченную цветовую гамму художественного оформления. При этом яркий декор на черном фоне явно создает ощущение чего-то страшного, какой-то угрозы. Книга довольно хорошо сохранилась, хотя в некоторых местах наблюдается шелушение черной краски.

Автор – анонимный миниатюрист «Черного часослова». Стиль явно указывает на то, что он входил в круг Виллема Вреланта, одного из ведущих мастеров книжной миниатюры, работавших в Брюгге. Автор так и остался для нас безымянным, зато получил имя «Мастера Черного часослова». О других манускриптах, выполненных этим мастером, ничего не известно. Для кого был изготовлен «Черный часослов», тоже неизвестно. В книге нет изображения герба ее владельца, и можно только лишь предполагать, что заказчиком рукописи мог быть один из придворных герцога Карла Смелого. Есть и еще шесть похожих часословов, в частности «Черный часослов Карла Смелого» (Австрийская национальная библиотека, Вена) и «Часослов Марии Бургундской», который хранится в этой же библиотеке.

А какой часослов самый-самый известный? Тут двух мнений даже и быть не может. Ну конечно, «Великолепный часослов герцога Беррийского», или «Роскошный часослов герцога Беррийского», всемирно прославившийся циклом иллюстраций «Времена года», который состоит из 12 миниатюр с изображением развлечений знати или крестьянских работ на фоне средневековых замков.

Заказал его герцог Жан Беррийский братьям-миниатюристам Полю, Жану и Эрману Лимбургам в 1410–1411 годах, причем манускрипт так и остался незавершенным из-за смерти всех трех художников и самого заказчика в 1416 году. Календарная часть к нему была добавлена анонимным мастером в 1440–1450-х годах. Затем, в 1485–1486 годах, над ним по указу Карла I Савойского работал художник Жан Коломб, но некоторые листы за его авторством также остались незавершенными. Манускрипт хранится в замке Шантийи (Музей Конде), поскольку, по завещанию покойного владельца, передавшего его государству, книга никогда не должна покидать пределов замка. В часослове 206 листов (412 страниц), которые сгруппированы в пять частей, 66 из них имеют иллюстрации размером во всю полосу, 65 представляют собой миниатюры небольшого формата.

Информации они содержат просто море. Вот, например, иллюстрация с обменом подарками при дворе герцога Беррийского во время встречи Нового года. Сам герцог сидит во главе стола в синей одежде. В толпе гостей Лимбурги, как считается, изобразили самих себя (двое в красных тюрбанах и перед ними один в белом). Маленькая собачка ходит по столу и, видимо, играет роль ходячей салфетки. В тимпане миниатюры (ее верхняя часть) изображены созвездия Козерог и Водолей. Впрочем, есть и такое мнение, что на этой миниатюре изображено нечто совсем другое. Не празднование наступления Нового года, а пир по случаю завершения переговоров с англичанами в замке Жиак 6 января 1414 года, которые проводились как раз герцогом Беррийским.

12. Миниатюра «Январь», или «Новый год у герцога Беррийского». «Великолепный часослов герцога Беррийского»

13. Миниатюра «Февраль». «Великолепный часослов герцога Беррийского». Интересно, что на первый взгляд зима довольно снежная и холодная

14. Но вот на этом увеличенном фрагменте миниатюры очень хорошо видно, что художники на двух участниках этой сцены почему-то не нарисовали нижнего белья…

Мы видим, что они все втроем греются возле пылающего очага (вместе с кошкой), вот только у двух персонажей – юноши и девушки – под верхней одеждой почему-то ничего нет. Неужели, имея такое хозяйство, они были настолько бедны, что не могли себе позволить даже этого?

15. А еще там имеется вот такая гротескная фигурка, которая тоже непонятно что означает. Впрочем, о таких забавных фигурках на страницах средневековых книг мы еще расскажем…

Глава 8. Часослов с самыми красивыми… полями на страницах!

…ибо от величия красоты созданий сравнительно познается виновник бытия их.

Книга премудрости Соломона, 13:15

1. Коронация Джана Галеаццо в Сант-Амброджо. Вот только кто же это водружает корону на его голову? Сам малыш Иисус. Вот оно как! (Ок. 1404 года.) Страница из «Генеалогии дома Висконти». Национальная библиотека Франции, Париж

Часословы были поистине прекрасно оформленными книгами Средневековья. Но, наверное, многим читателям хотелось бы спросить, а был ли среди них, ну, скажем так, самый украшенный – причем именно украшенный, а не наполненный живописными миниатюрами? Наверняка среди тысяч часословов можно было бы найти даже несколько таких книг. Но мы расскажем лишь об одном, история которого самым тесным образом связана с судьбой одного выдающегося для своего времени человека.

В 1351 году у правившего в итальянском городе Павии герцога Галеаццо II Висконти родился сын Джан, который уже в 1360 году женился на Изабелле Валуа – дочери французского короля Иоанна II, получил за нее в приданое графство Вертю в Шампани и титул графа Вертю.

Уже с 1375 года Галеаццо II, крепким здоровьем не отличавшийся, начал привлекать Джана Галеаццо к управлению принадлежавшей ему частью миланских владений, тогда как второй частью и самим Миланом управлял его брат Бернабо, которого не любил ни сам Джан, ни его миланские подданные. Когда 1378 году Галеаццо II умер и Джан Галеаццо по феодальному праву стал соправителем Бернабо, и тот, чтобы привязать к себе племенника, выдал за него свою дочь (Изабелла Валуа к этому времени уже успела умереть). Естественно, что и на приданое он не поскупился, вот только интриговать друг против друга ни дядя, ни племянник после этого отнюдь не перестали.

В мае 1385 года Джан Галеаццо проезжал мимо Милана и сообщил дяде, что хотел бы его поприветствовать. Бернабо ничего плохого не заподозрил и вместе с двумя старшими сыновьями, без оружия и без свиты, выехал ему навстречу. Его тут же схватили, отвезли в Милан и заключили в крепость. Джан Галеаццо после этого въехал в Милан, где его восторженно приветствовали горожане. Большой совет (Совет девятисот), безоговорочно наделил его всей полнотой власти в городе.

Понятно, что с дядей Джан Галеаццо поступил «не очень хорошо», поэтому над Бернабо устроили гласный суд, где и выдвинули против него массу самых чудовищных обвинений. Интересно, что все они вроде бы были обоснованы, почему его в Милане и не любили. Ну а закончилось все тем, что Бернабо посадили в крепость Треццо, где в декабре того же года он скончался