Красавица из 5 «В» - Ирина Антонова

Накануне конкурса она сама подготовила наши костюмы и аккуратно сложила в два новеньких жёлтых пакета.

Утром мы с сестрой проснулись по будильнику и сели завтракать. Бекки вяло ковырялась в тарелке, мне тоже есть не хотелось.

Мама внимательно взглянула на Ребекку.

— Бекки, ну-ка посмотри на меня! — вдруг сказала она и дотронулась губами до лба сестрёнки. — О, у тебя лоб горячий! Вот ваша вчерашняя горка! Докатались!

И тут же принесла градусник.

— Тридцать восемь! — ахнула мама. — Ребекка, живо в постель!

Сестра слабо сопротивлялась, но тут точку поставил папа, который по утрам подвозил нас в школу. Я же обречённо сказал:

— Мам, всё пропало.

— Нет, прекрасно выступите и без Ребекки! — заявила мама и принесла диск с записью.

— Я сама позвоню Артуру Артуровичу и всё объясню. Попрошу его, чтобы вам не снимали баллы.

Папа торопился на работу. Я не глядя схватил один пакет, кинул туда диск и, расстроенный, побежал за папой. Мы уже опаздывали.

В школе у зала я наткнулся на своих друзей. Они важно разгуливали в мушкетёрских костюмах, гордо демонстрируя шпаги. Я быстро объяснил им всё про больную сестру, про температуру, сунул ошеломлённому Мишке в руки диск и помчался в костюмерную.

Но самое страшное было впереди!

В пакете оказался костюм Бекки! Я тупо смотрел на длинное воздушное платье в оборочках и бантиках и с горечью вспоминал свой великолепный мушкетёрский костюм.

Мысли роились и путались у меня в голове…

Выйти на сцену было необходимо! Невозможно подвести команду. Выйти без карнавального костюма — это явно ещё один минус.

Эх, была не была! Я с отвращением стал натягивать на себя платье Прекрасной Дамы. К счастью, оно тянулось в ширину. Обувь не подошла. Я в отчаянии оглянулся и увидел запасные мушкетёрские сапоги. Надел. Не босиком же идти.

Вместо моей чудесной мушкетёрской шляпы я нахлобучил ужасный парик с накрученными буклями.

Увидев меня, ребята выпучили глаза.

— Ребекка! Ты не болеешь?! — в один голос спросили они.

— Это я, Реми… — прошипел я сквозь зубы, — костюм дома остался, — добавил я и забрал у оторопевшего Виталика свою шпагу.

— Время! Время! На выход! — торопил Артур Артурович, выпихивая нас на сцену. — Действуем! Новые акценты! Импровизация! Вперёд!

И вот я на сцене. В платье Бекки и со шпагой в руках. По залу прокатился лёгкий шум. Тут заиграла знакомая музыка, она захватила нас, и мы стали двигаться почти автоматически, забыв обо всём.

Свет бил в глаза, и мы никого не видели… Но слышали… Представляю, как это было!

Путаясь в юбках, Прекрасная Дама прыгала по сцене и исступлённо вопила в микрофон припев бравой мушкетёрской песни:

— Мушкетёры, вперёд! Мушкетёры, вперёд!

Вдруг, высоко выбросив вверх ногу, как и полагалось по сценарию, Прекрасная Дама, показала всему залу свои великолепные мушкетёрские штаны. Это была единственная часть моего костюма, которую я надел ещё дома. И, конечно, сапоги!

Зал грохнул от хохота. Этого Прекрасной Даме показалось мало, и она стала отчаянно биться на шпагах с мушкетёром Виталиком. Юбки очень мешали, и пришлось их подхватить свободной рукой.

— Давай, Бекки! Не сдавайся! — кричали девчонки из зала.

— Это Реми! Давай, Реми! — кричали мальчишки.

А в это время на заднем плане Мишка с Тимуром старательно выполняли сложный акробатический этюд со шпагами.

Завершить выступление мы планировали пирамидой, и вот один из мушкетёров внезапно оказался на плечах Прекрасной Дамы и поднял шпагу вверх. Двое других поддерживали это сооружение, картинно опираясь на своё оружие.

Зал гремел и рукоплескал!

Только что мы с ужасом ждали позорного провала, а вместо этого получили сразу три награды: билеты в аквапарк — за первое место в нашей возрастной группе, приз «За оригинальность» и билеты в цирк, а ещё приз зрительских симпатий, в виде огромного шоколадного торта.

В тот же день мы дружно съели наш приз зрительских симпатий, оставив кусочек Ребекке. А когда сестра выздоровела, все вместе побывали в цирке и в аквапарке.

Вредная Ребекка всё время повторяла:

— Если б не я, вы бы не получили столько призов!

Но, скажу вам по секрету, все говорят, что гвоздём программы была Прекрасная Дама… со шпагой!

История с попугаем, или Как мы встретили Новый год

Тридцать первого декабря папа вдруг решил, что мы должны обязательно навестить дядю Андрея.

Дядя Андрей — папин старый приятель — живёт далеко за городом.

— Ура! — закричала я. — Едем к дяде Андрею с тётей Ирой! Едем к Лимончику!

Лимончик — это говорящий попугай с жёлтым хохолком, какаду.

Мама пыталась папе возразить:

— Мы же решили встретить Новый год дома, своей семьёй!

Своя семья — это папа, мама, я и наш пёсик Фантик.

— А мы и встретим дома! — бодро ответил папа. — Я всё рассчитал! Проводим старый год в гостях, пообщаемся — и бегом на автобус. К одиннадцати часам будем дома.

В общем, папа маму уговорил.

Как всегда, у дяди Андрея было замечательна! Мы обменялись новогодними подарками, сели за праздничный стол у нарядной ёлочки и стали пить чай с вкуснейшими тёти Ириными пирожками.

Потом взрослые начали какие-то свои разговоры, а я подошла к Лимончику. Он сидел в просторной клетке с качелями и колокольчиком.

— С Новым годом, Лимончик! — сказала я и дала ему кусочек яблока.

— Пр-р-ривет! — отозвался попугай и забавно позвонил в колокольчик.

Я рассмеялась:

— Нет, ты скажи: «С Новым годом! С Новым годом!»

Пока я учила Лимончика новым словам, начался домашний концерт. Папа взял гитару и вместе с дядей Андреем запел свой любимый романс:

«Утро тума-а-ан-ное, утро седо-ое…»

Мама не удержалась и позвала меня — чтобы я продемонстрировала свои таланты. Пришлось сесть за пианино и в который раз сыграть «Сурка» Бетховена. И даже спеть: «Из края в край вперёд иду…»

Выступать мне помогал Лимончик. Птицу выпустили из клетки, и она сразу перелетела на верхнюю крышку пианино. Попугай то внимательно слушал мелодию, склонив набок головку, то начинал быстро бегать по зеркальной крышке — туда-сюда, туда-сюда… Лимончик танцевал!

После выступления я ещё позанималась с Лимончиком, разучивая «И мой суро-ок со мно-ою…»

Конечно, мы еле-еле успели на последний автобус до города. В заснеженном центре было пустынно и очень красиво. Всюду висели сказочные электрические гирлянды, а в окнах и витринах виднелись сияющие ёлочки.

Подошёл наш трамвай. В пустом вагоне сидели кондуктор и три-четыре пассажира. Время приближалось к двенадцати. В вагоне было тихо, только колёса бодро стучали по рельсам.

И вдруг чей-то тонкий скрипучий голос пропел:

— И мой суро-ок со мно-ою…

Потом послышались звуки, похожие на пианино, и снова: «И мой суро-ок со мно-ою…»

Все начали недоумённо оглядываться друг на друга, а мы уставились на мамину большую сумку, куда она положила пирожки «на дорожку» от тёти Иры и свою тёплую шаль. Звуки раздавались оттуда.

Когда мы открыли сумку, то увидели выглядывающего из-под маминой шали попугая Лимончика. Он деловито выковыривал изюм из пирожков.

Попугай уставился на нас и снова громко проскрипел:

— И мой суро-ок со мно-ою…

— Попугай! — объявил всем папа и стал звонить дяде Андрею.

— Следующая остановка — улица …тр-бр-фью! — с присвистом вещал из сумки Лимончик, копируя голос диктора.

— Ну прямо цирк! — умилилась кондуктор.

Мама быстро закрыла сумку, чтобы проказник не вылетел. Это попугаю не понравилось, и он стал сердито вопить и свистеть:

— Улица, улица… Пр-ривет! Др-р-ружок, съешь пир-р-рожок! Фью…

Когда до нашей остановки оставалось совсем чуть-чуть, воздух за окнами вдруг взорвался фейерверком.

Золотые фонтаны взлетели справа и слева и рассыпались сотнями звёзд в тёмном ночном небе. Это чудо повторялось снова и снова! Трамвай, казалось, уже не бежал по блестящим рельсам, а плыл в море волшебного огня.

— С Новым годом! — объявил водитель трамвая.

— С Новым годом! — сказала кондуктор.

— С Новым годом! — начали поздравлять друг друга пассажиры.

Все улыбались. Мне кондуктор дала красивую новогоднюю конфету с длинной пушистой бахромой.

Под громкие взрывы разноцветных ракет мы добежали до дома. Там нас ждал перепуганный шумом Фантик. Я подхватила пёсика на руки и шепнула ему на ушко:

— С Новым годом, трусишка! А у нас гость…

Гость, то есть Лимончик, выбрался из сумки, отряхнулся от крошек и взлетел на мамин любимый фикус.

— Др-р-ружок, съешь пир-р-рожок! Следующая остановка! Фьюу-у! — прокричал попугай и присвистнул, глядя на ошеломлённого Фантика.