Пророчество Синей Звезды. Начало - Эрин Хантер

— Отлично! — похвалил Камнехвост, — Продолжай тренироваться.

Усевшись неподалеку, он внимательно смотрел, как Синелапка отрывает куски мха и складывает их в быстро растущую кучу возле дерева. Очень скоро она нашла правильный ритм движений и заметила, что теперь куски мха у нее получаются более толстыми и гораздо более ровными. Прервавшись, Синелапка посмотрела на наставника, ожидая похвалы, и с удовольствием увидела радостный блеск в его глазах.

— Ты просто чудо! — проурчал Камнехвост. — И хотя ты вряд ли мне поверишь, но эта работу дает тебе нужные боевые и охотничьи навыки.

— Как это? — поразилась Синелапка.

— А так. С каждым куском мха ты все лучше владеешь своим телом и движениями, — ответил Камнехвост. — Когда ты научишься быстро и аккуратно рвать мох, то сможешь без труда располосовать морду вражеского кота или одним ударом прикончить дичь.

Замурлыкав от удовольствия, Синелапка с гордостью посмотрела на кучу содранного мха.

— А теперь, — продолжал Камнехвост, — нужно отнести все это домой.

Синелапка бросилась к куче, чтобы ухватить побольше мха зубами.

— Чтобы перенести эту кучу в зубах нам потребуется несколько заходов, — снова остановил ее Камнехвост.

Синелапка смущенно захлопала глазами, глядя на крошечный кусочек мха, который ей удалось схватить.

— Сначала мох нужно отжать, вот так, — сказал Камнехвост, с силой надавливая на пласты мха лапами. — Так мы избавимся от лишней влаги. А теперь скатай все клочки вместе и прижми подбородком. — Он быстро и аккуратно скатал огромный зеленый шар и покатил его перед собой. — Теперь можно и в зубы взять немножко!

Синелапка весело заурчала, сдерживая смех. Камнехвост выглядел таким забавным, когда прижимал подбородок к груди, а мох торчал по обе стороны его головы.

— И ничего смешного! — строго одернул ее наставник. — Я знаю, что это выглядит забавно, но разве ты хочешь несколько раз бегать вверх и вниз по склону?

Синелапка решительно помотала головой.

— Я тоже так думаю, — махнул хвостом Камнехвост. — Представь себе, что это дичь, которую мы несем голодному племени. Чем больше мы принесем тем больше животов наполним!

Синелапка выпрямилась. Интересная мысль, пожалуй, так она и будет думать! Она принялась с жаром утрамбовывать свой мох, потом скатала его, как показал Камнехвост, и наклонилась, чтобы придержать получившийся шар подбородком. Это оказалось труднее, чем она думала, особенно когда Синелапка схватила большой кусок мха в пасть.

По дороге к подножию оврага она несколько раз роняла обе охапки, но Камнехвост терпеливо ждал, когда она подберет свою ношу. Он не предлагал ей помощь, а просто стоял и наблюдал, дожидаясь, когда Синелапка будет готова тронуться в путь.

Поднявшись на гребень холма, Синелапка повела носом, выискивая запах сестры. Ей не хотелось, чтобы Снеголапка увидела ее в таком жалком виде: подбородок глубоко ушел в мох, шерсть на грудке вся мокрая от влаги.

Спускаться вниз оказалось еще труднее, чем подниматься: из-за мха Синелапка не видела своих лап, поэтому ступать приходилось на ощупь. К счастью, Камнехвост шел впереди и останавливался всякий раз, когда она оступалась.

Наконец они добрались до подножия холма. Но на этом трудности еще не закончились. Попробуйте протиснуться в узкий лаз, толкая перед собой огромный клубок мха! Не успела Синелапка сделать и нескольких шагов, как часть ее мохового шара зацепилась за колючки утесника!

— Мышиный помет! — выругалась она, пытаясь снова скатать мох.

«Наверное, я первая кошка, которая входит в свой лагерь хвостом вперед!» — с досадой подумала ученица. Сгорая от стыда, она выбралась из туннеля. Длинные космы мха свисали с ее подбородка, как борода.

Пестролапка тут же подбежала к ней.

— Занята? — спросила она, внимательно разглядывая Синелапку.

Выронив мох, Синелапка твердо взглянула в глаза подруге:

— Сегодня я научилась правильно работать когтями и нести два куска дичи одновременно!

— Иными словами, ты собирала мох для подстилок, — пренебрежительно фыркнула старшая ученица.

Сердито помахивая хвостом, Синелапка смотрела вслед удаляющейся Пестролапке. Потом она заметила, что Камнехвост внимательно наблюдает за ней, сидя на поваленном дереве, и глаза его так и сверкают от еле сдерживаемого смеха. Подавив ворчание, Синелапка снова скатала мох и покатила его через поляну.

— Скажи, Воинский закон разрешает насыпать чертополох в подстилку своему товарищу по палатке? — спросила она, выплевывая мох.

Камнехвост покачал головой.

— Боюсь, что нет, хотя ты не первая, кому в голову приходит такая мысль! — Подобрав свой мох, он протиснулся через ветки в палатку старейшин.

Синелапка с горьким вздохом последовала за ним.

— Ох, молодцы какие! — воскликнула Зяблица, когда они вошли внутрь. — Я уж боялась, что не смогу проспать еще одну ночь на голом папоротнике! Сейчас стало так холодно, кости так и ломит.

Шаркун, положив голову на лапы, покосился на Синелапку:

— Ну и каково это — стать ученицей?

— Отлично! — соврала Синелапка.

«Было бы отлично, если бы мы поохотились, вместо того чтобы собирать мох! — подумала она про себя, но тут же прогнала эту мысль. — Собирать мох тоже очень важно», — без особой уверенности напомнила она себе.

Камнехвост уже возился над подстилкой для Сорняка, сгребая в сторону старые вонючие стебли папоротников. Синелапка бросилась ему на помощь, а Сорняк лениво перекатился в сторону, не открывая глаз.

— Передай мне мох, — попросил Камнехвост, когда они закончили.

Синелапка взяла охапку и бросила ее в гнездышко Сорняка.

Ловко растрепав мох когтями, Камнехвост стал рассовывать его между оставшимися стеблями папоротника, и вскоре вся постель оказалась выстлана мягкой пушистой зеленью.

— Завтра мы принесем свежий папоротник, чтобы заткнуть края, — пообещал он Сорняку,?

— Вот и славно, — зевнул старый кот. — А то у меня все косточки ноют в такую погоду.

«Даже спасибо не сказал!» — обиделась Синелапка, но промолчала.

Когда Сорняк забрался в свое гнездышко, наставник и ученица принялись устраивать постели для Зяблицы.

— Тут колючка! — взвыл Сорняк.

— Дай-ка я посмотрю, — тут же отозвался Камнехвост.

Сорняк тяжело перевалился на бок, а Камнехвост тщательно осматривал его подстилку пока не отыскал твердый кусочек.

— Это всего лишь кусок корня, — ответил он отбрасывая находку в кучу старого папоротника.

— Одна беда с этими новыми оруженосцами, — затряс головой Сорняк. — Они словно соревнуются, кому удастся насовать больше камней и сучьев в мох для подстилок! — Продолжая ворчать, он свернулся клубочком на своей подстилке. — А посуше нельзя было найти? Сырость болотная, а не мох!

— Мох скоро просохнет, — спокойно ответил ему Камнехвост. — На корнях он всегда немного сырой.

Синелапка старалась держать хвост прямо, но он все равно трясся мелкой дрожью.

«Как обидно! Как некрасиво!» У нее все когти болели от усталости, а Сорняк словно нарочно ищет, к чему бы придраться. Однако Камнехвост не выказывал даже и тени раздражения. Он просто кивнул и продолжил менять подстилку Зяблице.

Проглотив обиду, Синелапка села рядом и стала помогать. К тому времени, когда они перестелили все три гнезда и вынесли старые подстилки на поганое место, она уже валилась с лап от усталости.

Золотое солнце Листопада уже начало опускаться за верхушки деревьев.

— Ты заслужила обед, — сказал Камнехвост. — Возьми кусочек из кучи и поешь с товарищами, — он кивнул на Пестролапку и Лоскутника, с аппетитом уплетавших дичь возле пня. — Ты сегодня отлично поработала!

Похвала наставника воодушевила Синелапку. Кивнув, она подошла к куче с добычей и взяла себе мышь. Усевшись рядом с Лоскутником, Синелапка холодно посмотрела на Пестролапку и отвернулась. «Хороша соседка по палатке, нечего сказать! В первый же день не упустила случая посмеяться над новой ученицей».

Черная кошка на миг оторвалась от своего дрозда и сказала:

— Спорим, они тебе даже спасибо не сказали?

— Кто? — растерянно уставилась на нее Синелапка. — Старейшины?

— Да все знают, что старики вечно всем недовольны, — хмыкнула Пестролапка — Разумеется, они заслужили право на ворчание, но эта мысль мало утешает, когда таскаешь их вонючие подстилки!

Лоскутник сытно вытер пасть лапой.

— Космач говорит, что старики ворчат потому, что завидуют. Сами-то они уже ничего не могут, вот и обижаются на каждый пустяк.

— Нашли чему завидовать! — фыркнула Пестролапка. — Это же здорово, ничего не делать! На, — оторвав кусочек дрозда, она пододвинула его Синелапке. — После такой работы ты своей мышкой не наешься. Это же надо, в первый же день поменять подстилки всем трем старейшинам!