Похищенная картина. Убийство у школьной доски. Обожатель мисс Уэст. Рубины приносят несчастье - Эдигей Ежи

Она перелистала книжку и нашла корешок, свидетельствующий, что 16 сентября она выписала чек на сумму пять долларов на имя Энис Хэллорен, при этом на счету осталось 82 доллара.

— Разве это не доказательство? Если полиция не поверит, могу показать им чек, — Джейни взяла с полки большой конверт и вывалила на стол его содержимое.

Порывшись в куче бумаг, взяла узкий листок с банковской перфорацией и протянула его Хильде.

Это был чек на пять долларов, выписанный на имя Энис Хэллорен. Хильда взглянула на оборотную сторону, удостоверилась, что все правильно. Три передаточные надписи: первая, мелкая и аккуратная, — подпись Энис Хэллорен, вторая — неразборчивые каракули, с трудом складывающиеся в подпись «Олаф Андерсон», и последняя — «Б. Коэн, кассир».

— Андерсон? — Хильда удивленно наморщила лоб.

— Да, школьный истопник. Вы же знаете, он вечно ходит по всей школе и продает лотерейные билеты.

— А ко мне он ни разу не приходил. Впрочем, это не удивительно — по мне сразу видно, что азартные игры меня не прельщают.

— Вот вам и доказательство, — убежденно произнесла Джейни.

— Вы правы, кое-что это несомненно доказывает, — согласилась Хильда.

VII. Сумасбродная затея

Поздним вечером Хильда добралась до своей обители — небольшой квартирки на 76-й стрит. Первым делом тщательно разорвала и выбросила намокшую газету с заметкой об ирландской лотерее, затем ее вожделеющий взгляд упал на домашние тапочки возле кушетки, служившей ее постелью. Но раздеваться не стала, сразу же направилась к телефону. Девушка в госпитале, узнав ее голос, заторопилась:

— Да, инспектор Пайпер. Он отдыхает. В самом деле отдыхает. Да, мэм. В семь часов его оперировали. Профессор Хэмптон. Операция прошла успешно…

— Не заговаривайте мне зубы, — прервала ее Хильда. — Когда он придет в себя?

— Может, завтра, может, через несколько дней, при сотрясении мозга трудно что-либо предсказывать, сами понимаете. Позвоните завтра.

— Позвоню, не сомневайтесь, — пообещала Хильда.

Сняла шляпу, переоделась и наконец-то сунула ноги в тапки, — неожиданно раздался оглушительный телефонный звонок.

— Слушаю, — устало ответила она, и вдруг усталость мгновенно улетучилась. В трубке звучало мощное стаккато мистера Уолда Эмерсона Макфарланда, директора школы, ее начальника.

Несмотря на возбужденное состояние, мистер МакФарланд не изменил своей привычке выражаться несколько витиевато. Он хотел бы сообщить мисс Уайтерс о прискорбном инциденте, имевшем место во вверенной ему школе; ему уже звонили из полиции и из газет, и он хотел бы немедленно встретиться и побеседовать с мисс Уайтерс о деле необычайной важности.

— Я хотел бы встретиться с вами незамедлительно, — закончил он. — Это совершенно необходимо.

— Подождите минутку, — Хильда задумалась: окинула взглядом удобную кушетку и дверь в спальню, из-за которой доносился храп двух ее соседок, тоже учителей, но из другой школы. Они уже давно, в отличие от нее, отдыхали от дневных трудов.

Время, да и место не совсем подходящие, чтобы принимать мистера Макфарланда, как, впрочем, и любого другого джентльмена.

— Буду у вас через десять минут, — решилась она.

Снова пришлось одеваться, обуваться, выходить в ночь. Хорошо еще, что мистер Макфарланд живет всего лишь в нескольких кварталах, у Центрального парка.

Но хорошего было мало: дождь пополам со снегом яростно набросился на нее, а такси, в погожие дни обычно наводнявшие Манхэттен, как назло, имеют привычку исчезать при первых же признаках непогоды.

Хильда решительно зашагала мимо огромных новых многоквартирных коробок, пестревших многочисленными объявлениями: «Продается в рассрочку — восемь спален, восемь ванных комнат, гостиная, кабинет, библиотека и другие помещения».

Наконец она приблизилась к веренице скучных серых домов на 81-й стрит, мрачно возвышавшихся в темноте, будто волнолом, отделяющий Центральный парк от черного моря Гарлема.

Она взобралась по скользким ступеням в неосвещенный вестибюль и нажала кнопку. В темной глубине дома послышалась унылая трель звонка. Ей не пришлось долго ждать — дверь распахнулась, и на пороге появился Макфарланд в расстегнутой рубашке с короткими рукавами. Очки болтались на груди на широкой черной ленте, волосы, обычно прилизанные, торчали седым ореолом над встревоженным лицом.

— Мне пришлось самому открыть дверь, Розабелл уже спит, не хотелось беспокоить ее, — вместо приветствия произнес Макфарланд, но Хильда не удивилась — это была его обычная манера. Тем более что все сказанное— чистая правда. Неряшливая и сонная леди, работавшая у Макфарландов, наверняка в этот час сладко спала, правда далеко отсюда, на Леннокс-авеню, поскольку вот уже несколько лет они не могли позволить себе держать постоянную прислугу.

Хильда проследовала за директором через нечто среднее между холлом и приемной в кабинет, уставленный книжными полками. Макфарланд опустился в кожаное кресло за обшарпанным дубовым столом и с озабоченным видом принялся грызть ногти. Хильда, так и не дождавшись приглашения сесть, окинула взглядом комнату и пододвинула к себе ближайший стул.

— Недавно я беседовал по телефону с сержантом Тейлором из полиции, — начал директор, — он посоветовал утром позвонить в главное управление. Кроме того, я имел беседу с несколькими настойчивыми господами из прессы. Мне сообщили о прискорбном, весьма прискорбном инциденте, имевшем место с молодой женщиной, известной нам обоим. Вкратце…

— Вкратце: сегодня вечером была убита Энис Хэллорен, — помогла ему Хильда. — Ради Бога, ближе к делу. Я не затем шла сюда под дождем, чтобы выслушивать то, что и так знаю-

— Конечно, конечно, — он так энергично закивал головой, что очки едва не слетели у него с носа. — Предположим, что этот несчастный случай действительно является убийством, — он с трудом выдавил из себя это слово. — Надеюсь, вы выразите желание, учитывая ваш предшествующий опыт в э-э… данной области…

— Желание? Какое желание? — Нервы Хильды уже не выдерживали обрушившихся на нее в этот вечер испытаний.

— Надеюсь, э-э, как я уже сказал, в свете вашего предшествующего опыта, вы выразите желание действовать в моих интересах и в интересах опекунского совета, также весьма озабоченного происшедшим, в качестве… э-э… в качестве…

— Хотите сделать из меня сыщика?

— Вот именно! — Мистер Макфарланд никогда не улыбался, но сейчас его лицо изобразило некое подобие улыбки. — Разумеется, вы можете считать себя временно освобожденной от ваших педагогических обязанностей на период, необходимый для расследования. Мы постараемся найти вам на это время замену. А также любые расходы — любые необходимые расходы… — тут он чихнул в ладонь.

— Это большая честь для меня, но ведь я не сыщик. — Хильда была несколько озадачена, но вместе с тем испытывала удовлетворение. — Мне пришлось принимать участие в расследовании одного убийства, но тогда я случайно пришла в аквариум, а там нашли труп в бассейне с пингвинами. В другой раз я пила чай с инспектором, а его вызвали на дело, но…

— Я полагаюсь на вашу добрую волю, — торжественно изрек Макфарланд. — В случае, если это дело будет завершено быстро и без излишней огласки, я рассмотрю возможность произвести изменения в руководстве школы. Как правило, заместителем директора назначается мужчина, но, полагаю, женщина на этом посту была бы более уместна. Должен заметить, что мистер Стивенсон не лучшим образом справляется со своими обязанностями. Члены опекунского совета мистер Чепни и мистер Вилли согласны последовать моим рекомендациям, которые я намерен им представить в конце семестра.

— Ради Бога, — не выдержала Хильда. Его краснобайство действовало ей на нервы.

— Так мы договорились? Разумеется, вы будете информировать меня о ходе расследования. Я всегда верил в победу разума над грубой силой. Если вам понадобится совет, можете смело обращаться ко мне.