Бесчисленные времена - Джон Браннер

— Полагаю, вы нашли записи Хиггинса, — проговорил хозяин. — Но, заверяю вас, холодные цифры создают ложные впечатления о возникшей ситуации. У Хиггинса не было причин сомневаться в моей кредитоспособности, ведь я весьма далек от положения, когда человека считают бедняком.

— В самом деле? — ледяным тоном осведомился дон Мигель.

— Что вы имеете в виду? — Дон Архибальдо густо покраснел и оскорбленно откинул голову, не меняя, однако, амплитуды раскачивания цепочки с кристаллом. — Вы полагаете, что находитесь в жилище живущего подаянием?

— Да.

Это грубо произнесенное слово сразило Руиса. Он глубоко вздохнул:

— Признаю себя полностью побежденным… В последнее время мои имения в Шотландии почти не приносят дохода. Знаете, почему я подарил маркизе маску? Я надеялся, что она предоставит в мое распоряжение некую сумму, чтобы избавить меня от временных — я подчеркиваю, временных! — трудностей.

Цепочка раскачивалась туда-сюда. Дон Мигель молчал. Дон Архибальдо нетерпеливо смотрел на него, ожидая ответа. Наконец дон Мигель почувствовал, что достиг желаемого эффекта.

— Не имеет смысла, дон Архибальдо! — рявкнул он. — Перед тем, как прийти сюда, я долго беседовал с инквизитором. Он — эксперт в области человеческой души и сознания. Я принял средство, нейтрализующее снадобье, которое вы подмешали в это превосходное вино. Вот вам и не удается убаюкать мое сознание своим маятником-кристаллом, и память мою вы не можете отключить, как это случилось с беднягой Хиггинсом.

Слова хлестали, как удары бича. Руки дона Архибальдо упали, он побелел и заскулил:

— Клянусь вам, я не понимаю!

— Ваши клятвы лживы! Вы отлично меня понимаете. Вот как все было на самом деле. Искушение стать одним из тех счастливчиков, которые вопреки закону путешествовали в прошлое, было так сильно, что вы его не вынесли. Но чтобы подкупить сотрудников, обеспечивающих поездки, пришлось изрядно потратиться. К тому же росли ваши долги у Хиггинса. Незавидная ситуация! Без сомнения, он крепко нажал на вас, чтобы вернуть долги, и вы опасались, что он сообщит другим торговцам рынка о вашей неплатежеспособности. Вероятно — ведь, в принципе, вы человек неглупый, — первоначально вы собирались оставить контрабандную маску у себя и тайком любоваться. Но когда Хиггинс принялся вам докучать, вы решили отдать ее в качестве частичной оплаты долга. Однако вам была известна его осторожность и привычка проверять, разрешены ли к импорту темпоральные вещи, которые ему предлагают. Тогда вы придумали хитрый выход: внушили, что он приобрел маску у некоего неизвестного лица… Не удивительно, что он не мог сказать инквизиторам, у кого именно! Да и как вспомнить о человеке, которого не существует? Только к его служащим вы не подступались, верно? Я переговорил с ними, но даже человек, который у Хиггинса ведает списками товаров, не сумел вспомнить маску. Вы надеялись, что торговца заключат в тюрьму за темпоральную контрабанду. В тюрьме он не стал бы вам докучать, напоминая о долгах. А маску вы подарили с таким расчетом, что маркиза за несколько дней разболтает всему свету о своем новом приобретении и привлечет внимание человека, который осознает, что маска в нашем времени пребывает незаконно. Подставляя Хиггинса под удар, вы собирались себя представить невинной жертвой обмана. Сыграли вы хорошо. Я сперва сомневался в своих выводах, но затем вы вытащили цепочку… Инквизитор меня предупредил о подобных трюках, и теперь я убедился в вашей вине.

Дон Архибальдо в ярости отшвырнул цепочку.

— Все это — нагромождение лжи! — закричал он. — Эта чепуха не сможет никого убедить, кроме дурачка вроде вас!

— Я готов пойти на такой риск, — ответил дон Мигель. Он извлек шпагу из ножен и коснулся острием груди собеседника. — Дон Архибальдо Руис, в соответствии с полномочиями, данными мне Службой Времени, вы арестованы по обвинению в темпоральной контрабанде! Следуйте за мной для ответа перед судом. Вам пришлось иметь дело с коррумпированными сотрудниками Службы, но сегодня вы можете убедиться, что, по крайней мере, некоторые из нас выполняют свои обязанности как положено. Ведь мы имеем дело со временем и материей, из которой создана Вселенная.

Глава восьмая

Пространство между кристаллическими колоннами тихо гудело и вибрировало. Люди, ожидающие в Зале Времени возвращения сотрудника, волновались и поминутно вытирали лбы — вблизи колонн и всегда было жарко, оборудование особенно раскалялось, когда до прибытия путника из прошлого оставались секунды. Принц Новой Кастилии, изнемогая от жары, что-то бормотал. Наконец, терпение его лопнуло, и он щелкнул пальцами, подзывая адъютанта.

— Вина! — рявкнул он. — Жара просто ужасная!

— Слушаюсь, ваше высочество, — с готовностью отозвался адъютант. — И для господ Генеральных сотрудников?

Красный Медведь согласно кивнул своей удлиненной индейской головой, а падре Рамон не шелохнулся. После короткой паузы, пока принц решал — так да или нет? — он также неопределенно махнул адъютанту, мол, иди.

— Вы полагаете, падре, что мы поступили правильно? — резко спросил принц.

Падре Рамон, похоже, витал мыслями в неведомых мирах и не очень-то стремился возвращаться в настоящее. Он повернулся к принцу и криво улыбнулся.

— Насколько это было возможно — правильно, — отвечал он. — Мы, по крайней мере, твердо знаем, что золотая маска вернется на свое место; а разумно ли само возвращение — на это остается только надеяться.

— Если вы сомневаетесь в разумности возвращения вещи, — фыркнул Красный Медведь, — то почему создаете нам столько неудобств?

— Мы просто обязаны ставить под сомнение разумность своих поступков, — миролюбиво пояснил падре Рамон. — Взгляните на колонны. Думаю, предстоит великий момент — гудение усиливается.

Дежурные техники и все, кто находился в Зале Времени, застыли на своих местах. Внезапный грохот, словно удар грома, запах раскаленного металла — и в пространстве между колоннами появилась тень, на глазах обретающая материальность. В Зале Времени возник сфероид из железных и серебряных прутьев, которые продолжали светиться, пока из машины, вернувшейся в настоящее, уходила накопленная энергия.

Посреди каркаса съежился человек. Падре Рамон вскочил.

— Живо, живо! — приказал он техникам. — Помогите ему!

Люди бросились к сфероиду, одни — чтобы разобрать сооружение из металлических прутьев, другие — чтобы помочь дону Мигелю добраться до шезлонга. Рабы поспешили за подкрепляющими напитками и тазами с теплой водой.