Опыт счастливых - Дмитрий Семеник

А скольких ребят он вытащил с улиц и привел в залы! Социальная значимость этого человека гораздо ярче, ценнее и выше, чем у большинства современных членов правительства, генералов или бизнесменов. Он — единственный на сегодня реальный авторитет для молодежи, в пиар которого не вкладывал деньги никто. Он до сих пор существует в автономном плавании, по сию пору не отмечен и не замечен в той мере, насколько он это достоин. Американцы говорят: если бы он жил в Америке, он был бы национальным героем США. Но современной России Федор в качестве национального героя не нужен. Он далеко не богатый человек, он работает на свой страх и риск. Тренируется в условиях, которые явно не соответствуют его способностям и таланту.

Вот пример православного воина, который сражается с именем Христа на устах и за свою страну, пример православного спортсмена, который достоин подражания.

— В контексте самовоспитания мужчины, стоит ли сегодня молодым людям служить в армии? Известно, какие преступления творятся в сегодняшней армии и насколько бесправен там человек.

— Если обратиться к апологетам марксизма — ленинизма, то вспоминается очень яркая и точная мысль: «армия — это кривое зеркало общества, которому служит». Я уверен, что в сегодняшнем состоянии в России жить оскорбительно. Нам ничего не остается другого, как жить оскорбленными. И наша оскорбленная жизнь в оскорбительном государстве рождает оскорбительную, к сожалению, армию.

И здесь я должен признаться, что за многие, многие годы я так и не нашел ответа на заданный вами вопрос. Отвечу честно: я не знаю. Я не могу взять на себя ответственность за судьбы других людей, заявить что-то категорическое, бравурное, например: «Идите все в армию и там станете настоящими мужчинами». Знаю другое: прятаться от армии, бежать от нее и вести себя нечестным образом, по меньшей мере, оскорбительно по отношению к самому себе. Но при этом я не готов сказать, что я рад, что сегодня наши мальчики идут служить в армию. Потому что я прекрасно понимаю, что с тем уровнем боевой учебы, которая существует сегодня, год, проведенный в армии, пройдет в жизни этих ребят как минимум неэффективно. Но и прятаться от армии по сути своей омерзительно.

— Считается, что настоящий мужчина должен быть физически сильным и способным при необходимости с помощью насилия отстоять свои интересы и защитить своих близких, себя. Насколько, на ваш взгляд, физическое здоровье, выносливость и способность к насилию важны для того мужчины, который хотел бы быть настоящим?

— В мире, в котором мы живем, идет война между добром и злом, и мы являемся солдатами на этой войне. Война — это насилие. Солдат, не способный проявить насилие по отношению к врагу, солдатом называться не может. В этой связи интересно будет вспомнить о том, что существование рукопашного боя в современной системе подготовки вооруженных сил не имеет своей целью формирование арсенала выполнения боевых задач.

Рукопашный бой сохраняется как тренинг психической готовности к выполнению боевых задач и комплексная физическая подготовка личного состава. Рукопашный бой тренирует психическую готовность к насилию в отношении самого себя и психическую готовность к насилию в отношении противника. Если человек психически не готов бить другого человека, он никогда не сможет его убить.

Нас и на войне, и в мирной жизни окружает насилие. Только с одной стороны есть насилие сладострастное, совершаемое с удовольствием, а с другой стороны есть насилие вынужденное, которое совершается тогда, когда выбора, к сожалению, другого нет. Потому что непротивление злу зло умножает. Непротивление врагу отдает твою землю и твою семью во власть врага. В этой связи мы все вынуждены уметь защищаться. Нет, к сожалению, другого выхода.

— Если поставить тот же вопрос ребром, то как вы считаете: мужчина не умеющий драться, мужчиной называться не может?

— Мне или больше, чем другим людям, везло или, наоборот, совсем никогда не везло в этом деле, но мне удивительно узнавать о том, что кто-то ухитряется прожить приличное количество лет, не столкнувшись с необходимостью драться.

Один раз я видел человека, который заявил мне, что ему пятьдесят лет, и он ни разу не получал по лицу. Я был поражен этим, я не мог понять, о чем он вообще говорит. В другой раз мне один мальчик написал мне письмо на ту же тему и примерно следующего содержания: «Андрей Николаевич, вы пишите какие-то немыслимые ужасы. Про страшных людей, которые постоянно могут напасть на любого, про то, что насилие всегда близко. Я живу в Москве, я играю на скрипке. У меня отец музыкант. И дядя мой тоже музыкант. Мой папа никогда ни с кем не дрался, у него просто не было в этом никакой необходимости. И мой дядя тоже никогда ни с кем не дрался, и тоже потому, что у него не было такой необходимости. Зачем же вы врете, что описываемые вами ужасные вещи происходят на каждом шагу? У меня в жизни не было ни одной ситуации, в которой мне было бы нужно драться. Просто не было! И я уверен, что такой ситуации не будет никогда».

Я ему ответил: «А я вам завидую! Я не понимаю, как вы это делаете. У меня такие ситуации возникают раз за разом».

Когда я вот сейчас не дрался уже в течение года на улице за свои идеалы или представления, либо потому, что кто-то вдруг решил набить мне мою лысую физиономию, я начал спрашивать самого себя: что со мной случилось? Может быть, постарел, выгляжу как-то по-другому? Или Господь меня милует каким-то особенным образом. Но для меня реально поразительно то, что около года мне не понадобилось использовать мои навыки известного характера.

Кстати, тому мальчику из Москвы наш товарищ, ныне покойный, написал: «Дружище! Я вырос в Купчино. Сейчас я расскажу вам одну историю. Когда я учился в ПТУ, мальчики из соседней группы выкололи гвоздем глаза своему однокашнику. За то, что он то ли в карты им проиграл, то ли нашкодил как-то особенно цинично. По историческим меркам это было совсем недавно. Это — Купчино. Это — Петербург.

Так вот, кто вам сказал, что вы будете двигаться по своей жизни только по тем маршрутам, где нет мальчиков из Купчино? Кто вам сказал, что вы случайно не окажетесь с этими ребятами в одном вагоне поезда, едущего во Владивосток, и они не выпьют водки? Кто вам сказал, что однажды на темной улице не окажется вообще ни одного горящего фонаря, но при этом там не окажутся ребята, которым срочно надо будет закурить, выпить или Бог его знает еще что?»

И вот тут важно понять следующие вещи: если вы не будете чистить зубы, вам грозит кариес. Если вы не думаете о своей безопасности, ваша безопасность вас подведет. Поэтому лучше уметь что-то, но без необходимости не пользоваться этим, чем не уметь и не смочь своим отсутствующим умением воспользоваться, когда это понадобиться. Это просто некий здравый смысл, и не более чем.

В этой связи меня поражают люди, которые не прикладывают усилий, чтобы стать сильнее. Равно как меня поражают и те, кто не прикладывают усилий, чтобы быть умнее, эрудированнее, образованнее. Обучение — это бесконечный процесс, в нем не бывает достаточных достижений. Достаточность — это эфемерное понятие. Если я «достаточно образован» или я «достаточно силен», то только относительно чего-то или кого-то. Это бесконечный процесс, учиться и тренироваться нельзя прекращать никогда, как нельзя прекращать чистить зубы.

— Насколько для мужчины возможно и необходимо применять насилие не для защиты от врагов, а для защиты своих интересов, при воспитании детей, в обращении с супругой? Для того, чтобы морально давить на других людей, имея физическую силу и подготовку, достаточные для того, чтобы при необходимости и физически на них воздействовать?

— При достижении поставленной перед нами цели мы должны применять все методы, которые могли бы нам помочь эту цель достигнуть. Но выражение «цель оправдывает средства» омерзительно по сути своей: и в своих целях и в средствах нужно иметь то внутреннее ограничение, которое диктует нам вера Христова. Потому что недопустимо перешагивать через любовь к своим близким и к Родине, и именно любовь должна нас предостеречь от чрезмерности насилия. Когда ваш ребенок съел ваше варенье, то очевидно не надо стрелять в него из охотничьего ружья, достаточно дать ему подзатыльник. И то и другое — проявления насилия. Оно оправдано кражей варенья. Но есть здравый смысл и внутреннее состояние любви, которое борется не за ворованное варенье, а с проступком ребенка и борется за то, чтобы он более так не поступал.

Так вот, выстраивая свои отношения с другими людьми, мы прежде всего должны думать о людях, и должны по мере сил пытаться их чему-то научить, и не должны думать о своих личных богатствах, вещах или обидах. Применяя насилие, мы должны не наказывать человека, а указывать ему верный путь, а это совсем другое. Это две полярные вещи.