Собиратель теней. Становление рода - Николай Викторович Степанов

и совершенно растерянное лицо танцмейстера. А еще обескураженных музыкантов, которые засмотрелись на нас, наверное, позабыв, что всю мелодию исполнять не стоило, и доиграли ее до конца.

– Молодой человек, кто вас научил так прекрасно танцевать? – спросил местный учитель танцев.

– Уроков никто не давал. Наверное, сам Вард постарался. Или это у нас семейное.

Глава 6

Предложения о вступлении в род

После первых же слов о нападении на Борину меня накрыл приступ ярости. Хорошо еще, что известие пришло во время встречи с ректором и профессором Этманом, иначе бы сразу кинулся искать Ямского. И, если бы нашел… Граф Силамский, лишь взглянув на меня, быстро окутал вязкими чарами, не позволявшими делать резких движений, а декан «угостил» успокоительным заклинанием. В таком состоянии продержали несколько минут, за которые я как раз успел послушать о небольших синяках и ссадинах на теле Борины, от которых уже сегодня не останется и следа.

Зная возможности магического питомца невесты, я сразу понял, что мерзавцы атаковали мощно, и другую студентку на ее месте после таких атак наверняка бы ждала незавидная участь. Потому слова начальника охраны взволновали меня еще больше. Заметив, как я реагирую на не обеспечившего безопасность моей девушки чиновника, ректор побыстрее отпустил его от греха подальше.

– Алтон, Ямского в академии больше нет и не будет. Его подельникам еще предстоит выбрать наказание, но не на горячую голову. Обещаю, каждый из виновных получит по заслугам.

Я клял себя последними словами за то, что снял с Борины охрану местных привидений. Думал, никто не решится напасть…

«Нужно поскорее перебираться в замок. Мой дом – моя крепость, которой родовое имение должно стать как можно скорее. Эх, думал сначала привести несколько комнат в порядок, но, видать, не судьба. Значит, будем жить и попутно обустраиваться».

Мысли о доме немного охладили пыл.

– Успокоился? – спросил ректор, когда я перестал дергаться.

– Почти.

– Тогда слушай меня внимательно. Гултон Ямский уже отчислен из академии. Все, кого он подговорил, сейчас в карцере. Каждого из них ты можешь вызвать на смертельный поединок. Полагаю, никто не сможет отказаться или выставить вместо себя замену без угрозы потерять дворянскую честь. Однако ж толку от их гибели не будет никакого. Зато вреда от их семей…

– Они напали на мою невесту, и должны быть сурово наказаны! – прорычал я.

– Наказаны – да. Убиты – нет. Тебе нынешних врагов мало? Думаю, достаточно. А теперь на секунду задумайся, сколько ресурсов тебе потребуется, чтобы полностью восстановить имение?

– Много, – ответил я, пока не понимая, к чему клонит Силамский.

– Вот именно. Они у тебя есть?

– Пока нет.

– Так вот, преступление, совершенное против невесты графа, да еще графа магии, может быть смыто либо кровью, либо выплатой крупного штрафа в пользу пострадавшего. Уверен: папаши тех придурков будут рады пожертвовать десятки тысяч золотом, лишь бы уберечь своих чад от смерти.

– Сколько? – у меня глаза на лоб полезли от озвученных сумм. Совсем недавно и пять тысяч казались мне огромнейшими деньгами

– Ямские обязаны заплатить не менее тридцати тысяч, а те, кто напал на твою девушку – от пяти до десяти. Причем, если не возражаешь, могу все эти хлопоты поручить казначею академии. Он хороший специалист, и в таких делах разбирается лучше нас с тобой. Если он не выудит из них сотню тысяч, я сильно удивлюсь.

– Сначала переговорю с Бориной, потом дам ответ, – пробурчал я, хотя мнение невесты знал. Она, в отличие от меня, чаще выступала за бескровное решение проблем. – Отпустите уже меня!

– Конечно, – кивнул ректор.

Сразу ощутил освобождение от магических оков и с трудом переборол желание подскочить.

«Спокойнее, Платон Громов, спокойнее. Не стоит пороть горячку», – мысленно успокаивал себя.

– Спасибо, господа, прошу прощения за несдержанность, – выдавил из себя. – Могу я, наконец-то, увидеть Борину?

– В наш лазарет тебя проводит профессор, – Силамский говорил нарочито спокойно, словно пытался звуком голоса утихомирить мою внутреннюю бурю. – Обязательно обсуди с невестой предстоящую помолвку. Уверен, это отвлечет ее от грустных мыслей.

Мы с Этманом покинули кабинет и направились к светло-зеленому трехэтажному зданию в дальнем углу академии.

– Ничего угрожающего здоровью у нашей красавицы не выявили, но решил на всякий случай отправить ее под присмотр целителей, – пояснил декан.

– Спасибо, профессор. Вы очень многое для нас делаете.

– Твоя невеста – лучшая ученица первого курса. Так что можешь считать, тебе досталось огромное сокровище.

– И какие-то подонки посмели поднять на это сокровище свою поганую клешню? Я все-таки устрою им взбучку. Пусть не смертельный поединок, а обычный.

– Пожалуй, ты прав. Они ведь еще и правила академии грубо нарушили, за что, по идее, должны быть сразу исключены. Хотят продолжить учебу – пусть докажут, что способны не только гуртом на одну хрупкую девушку нападать.

Этман, как и я, был настроен довольно агрессивно. Дерзкое нападение на любимую ученицу явно задело его за живое.

– На что эти сволочи вообще рассчитывали?! Неужели думали, что ТАКОЕ им сойдет с рук?

– Некоторые титулованные студенты, даже обучаясь в академии, считают, будто мир вращается вокруг них. Ямский – наиболее яркий представитель таких недоумков. Его отец, граф, владеет крупными земельными наделами и серебряными рудниками, замыкая тройку самых богатых людей Миригии. Гултон – его второй сын. Не наследник, но среди всех членов семьи самый одаренный магически. И вот этот барончик за три года учебы заимел среди довольно способных студентов более десятка должников. А в качестве оплаты брал обязательную услугу.

– Что еще за оплата такая?

– На будущее учти, Алтон: никогда не соглашайся на возврат долгов услугой. Или, в крайнем случае, четко оговаривай ее вид. Например, услуга, не порочащая честь. Уж тогда точно не придется нападать на девушек.

Пока дошли до лазарета, профессор рассказал про основных участников нападения. Половина из них принадлежали к семьям титулованных дворян.

– Представляешь, никто из должников Гултона даже не подумал, что в драку может вмешаться призрачная стража.

– А откуда охранники вообще узнали, что в сквере произошло нападение?

– Многократное использование заклинаний и артефактов привело к возмущению магического фона. Призраки его чутко ощущают, вот и явились выяснить, что происходит.

Когда мы с профессором вошли в палату, там находились трое наших друзей и Ургас. Судя по разлившемуся в комнате аромату, пили любимый отвар учителя.

– А вот и Алтон с Этманом пожаловали! – обрадовался нам наставник. – Присаживайтесь, чайку вместе попьем.

Мне сразу освободили место возле невесты. Поздоровался со всеми, сел рядом с Бориной. Пострадавшей она уже не выглядела.

– Как состояние? – тихо задал ей вопрос.

– Все хорошо. Ты с