Темные секреты драконов. Обещания - Ника Ёрш

рискнул сейчас? И сказал волшебное слово? – уточнил Конрад, явив очаровательную улыбку, от которой у меня зашлось сердце. – Неужели оставишь на морозе?

– Судя по привычке топтаться под окнами студентов, ты закаленный, – бросила я с напускным безразличием, продолжив путь домой.

– Тогда добрых снов, гера Эффит, – раздалось сзади. – Таких снов, чтобы однажды вы пригласили меня к себе.

– Мечтай о чем-то более реальном, – ответила я, ускоряя шаг и испуганно гадая, что было бы, постучись Конрад на самом деле?..

⁂

Следующий день не задался от слова совсем.

Я плохо спала и мечтала лишь о том, чтобы меня оставили в покое на пару дней. Мироздание услышало, и… сделало наоборот.

Рано утром за мной пришел бледный сонный студент и испуганно попросил срочно отправляться в ректорат.

Снова.

– Они там совсем на время не смотрят? – спросила я со злостью.

Парень пожал тощими плечами, сцедил в кулак зевок и пробормотал:

– Сказали, это очень важно. Гер Ардо ругался с приезжим мужчиной. Тот грозился разнести весь факультет некромантии. Потом они решили, что без вас не разобраться.

– А ты что там делал? – удивилась я.

– У меня отработка за плохое поведение, – ответил парнишка и потер глаза.

На вид ему было около восемнадцати. Невысокий, очень худой, бледный. Что он вообще мог сделать? Видимо, скепсис сильно отразился на моем лице.

– Слышали, к ректору недавно его погибший кот вернулся? – тоскливо спросил студент.

– Нет, – покачала головой я.

– Наверное, решили замять скандал, – вздохнул парнишка. – В общем, это я. Случайно. Тренировался чертить схемы для поднятия нежити. Специально выбрал маленький яблочный сад у ректорского дома. Подальше от всех кладбищ и других возможных захоронений… Ну и вот.

– Вот? – Мои брови сами приподнялись. – Ты оживил захороненного там котика?

– Угу, – грустно согласился парнишка.

– Может, тебе помог кто-то с четвертого курса? – усмехнулась я. – Многим первокурсникам приходится прикрывать старших. Тебе угрожали?

Студент закатил глаза и раздраженно сдул светлую челку с лица.

– Вы совсем как гер Ардо, – сказал он недовольно. – Одни и те же вопросы. Но я бы никогда не стал прикрывать чужие ошибки. Зачем мне это? со мной угрозы и шантаж не пройдут. Прокляну ведь. Я вспыльчивый.

– Ты ж моя радость, – воодушевилась я. – Как зовут такого прекрасного представителя темных сил?

– Вади́р, – ответил парень, хмурясь. – И я не терплю насмешек.

– Понимаю, – кивнула я. – Будем знакомы. Гера Эффит.

– Наслышан. – Он чуть улыбнулся. – Я буду у вас учиться через полтора года. Спасибо, что пришли к нам в академию.

– Пожалуйста, – хмыкнула я.

– Я могу идти? – уточнил парень. – У меня отработка.

– Иди, – кивнула я, заинтересованно глядя на парня.

Когда-то отец часто повторял, как любит свою работу. Искренне. Не смотря на море забот, неприятностей и рутины. Здесь, в академии, он отдавал себя полностью, стараясь вырастить из студентов способных магов, дать им путевку в будущее. По моему мнению, многие из ребят больше заслуживали порки, чем хорошего отношения. Но папа лишь смеялся, продолжая свое дело. Тогда в его глазах горел свет, способный указать дорогу сотням одаренных тьмой.

И только теперь я начинала понимать тоску отца по этому месту. Я смотрела вслед зевающему щуплому пареньку и представляла, какого великолепного специалиста могла взрастить академия. И наоборот, мне было страшно, что неправильный педагог через полтора года мог потушить в студенте жажду знаний, напугать или вовсе исключить из академии за оплошность. Хотелось быть здесь и лично контролировать этого Вадира. И Миртона Эшера. И сотню других ребят, которые учились здесь.

– Хорошо, что у них есть Налсур, – прошептала я, возвращаясь в дом.

Оставив дурные мысли, быстро оделась, причесалась и отправилась в приемную ректора. Требовалось узнать, кому я снова встала костью в горле. До последнего думала, что с проблемами и угрозами приехал отец Лусира.

Но ошиблась.

– Нас посетили отец и сын Дорахи, – встретив меня в коридоре, прошипел Налсур. – Изволят угрожать. Знаешь почему?

– Понятия не имею, – моментально солгала я.

А сама тут же припомнила практику и то, с каким усердием Экхан исполнял роль избалованного глуповатого студента…

– Чтобы ректору врала с такой же уверенностью! – приказал Налсур и кивнул на дверь. – Пойдем. Они заждались.

Мы вошли в приемную, где моментально затих разговор.

К нам обернулись трое: ректор, крупный брюнет лет сорока и его точная копия раза в два моложе. Дорохи оказались смуглыми, черноглазыми и одинаково недовольными.

– Вот и гера Эффит! – Ректор обрадовался мне, как родной. – Сейчас она все объяснит.

– Очень надеюсь, – высокомерно кивнул старший гость, представляясь: – Роуэр Дорах. Приветствую. Вы, я так понимаю, новый куратор пятого курса некромантов? Там учится мой сын – Гомер.

«Числится,» – поправила я мысленно. Но вслух произнесла тактичное:

– Очень приятно познакомиться.

– А мне – нет, – припечатал мужчина, сверкнув черными глазищами. – Моего сына оклеветали во время практики. И я виню вас. Гомер, подойди и расскажи, как было.

Парень выступил вперед, но не успел сказать и слова, как его отец продолжил:

– Сын и я – шокралийцы! На таких как мы ведется охота. Именно поэтому гер Ардо рекомендовал отсидеться дома, под охраной. И что в итоге?

– Не представляю, – покачала головой я.

– Кто-то изображал Гомера во время практики, – подсказал Роуэр Дорах. – Выставив настоящим дураком! Как вы это объясните, куратор?!

Я открыла рот, собираясь ответить по всем пунктам. Да так, чтобы никому не показалось мало! Но меня опередили.

– Разумеется, мы наняли человека, чтобы он играл роль вашего сына, – вмешался Налсур. – Администрация города умеет считать. Мы не могли отправить семерых студентов вместо восьми. Иначе Гомер не получил бы аттестацию по итогу учебного года. А мы не хотим терять столь ценные кадры.

– В таком случае, вы наняли отвратительного актера! – не унимался Дорах старший. – Потому что до меня дошли слухи о его некомпетенции и глупости.

Гомер грустно вздохнул и снова отступил за папу, приговаривая:

– Кто теперь будет отвечать за мою репутацию? Лучше бы я оставался здесь.

– Ни в коем случае! – слишком поспешно отозвался наш декан. И тут же добавил с нотками беспокойства: – Безопасность превыше всего. Мы это оговаривали.

И тут до меня дошло, почему Налсур советовал забрать парня из академии. Ему не нравился инфантильный папин сынок! Этот Гомер совершенно не вписывался в группу моих пятикурсников, и точно не привнес бы туда ничего хорошего.

– Какой толк будет в дипломе сына, если о нем скажут, что он идиот? – продолжал негодовать Дорах старший.

– Не верьте злым языкам, – посоветовала я с самым серьезным видом. – Мало ли кто и что говорит? Это зависть! Ведь я поставила вашему сыну «отлично» за практику. А изображавший Гомера мужчина лично обезвредил нежить первого класса. Дело было ночью на старом кладбище. Кровавое зрелище! Актер пострадал, конечно, но уже наверняка поправился. Так что, если кто-то сказал, что мнимый Гомер вел себя недостойно – это вранье. Однако, вы всегда можете отправить сына на следующую практику, чтобы он проявил себя еще лучше.

– Тот мужчина обезвредил нежить первого класса? – хмуро повторил Дорах-старший.

– Под моим наблюдением, – кивнула я. – Это было жутко и завораживающе одновременно. Бой при полной луне. Актер работал серебряными клинками. Нежить рвала и метала, но не смогла противостоять нашему актеру. Для Гомера битва стала бы отличным опытом. Оставляйте его с нами и в конце учебного года просто не узнаете. Он возмужает еще больше! И не волнуйтесь, у академии отличная страховка в случае травм.

– Но их мы постараемся избежать, – вмешался ректор, заискивающе улыбнувшись.

– Я буду очень стараться, – кивнула, посмотрев на ошалевшего от нарисовавшихся перспектив Гомера и подмигнула: – Здорово, если в следующую практику ты поедешь с нами. Обещаю предоставить тебе возможность отличиться. Нам предстоит много опасного, адреналин будет переплетаться с тьмой и кипеть в крови!

– Гера Эффит, вы забываете о грозящей шокралийцам опасности, – покачал головой Налсур. – Это не шутки. Но, если все присутствующие будут настаивать на риске, мне останется лишь согласиться. Место Гомера свободно. Вторая практика будет очень скоро. Слово за вами.

У ректора дернулось веко. Я нервно сцепила руки за спиной. Кажется, в этот миг мы впервые желали одного и того же –