Некромант-самоучка, или форменное безобразие - Ардмир Мари

— И чего сидим, чего молчим? Вам что, делать больше нечего? — Возмущение мое было оправдано, от черного немигающего взгляда магистра ни ложка салата не лезла в рот, ни кусок яичницы, ни даже компот с пирогом. У незваного соседа дрогнули уголки губ, но он упрямо продолжал безмолвствовать и смотреть. — Магистр, как вас там… — не ответил, — …вы есть собираетесь? Или намерены просто глазеть и портить мне настроение?

Вот тут произошло чудо, он встрепенулся, выходя из созерцательного забытья, изрек шутливо:

— И никакого почтения: ни к старшим, ни к преподавателям.

— Годы, прожитые впустую, уважения вызывать не должны, — повела я плечом и потянулась к компоту.

— А если не впустую? — заломил неизвестный бровь.

— Ну, сами посудите, у людей, всю жизнь занятых, смотреть без причины привычки нет. А вы смотрите, и не первый раз, и… — хотела сказать еще кое-что, но он меня перебил.

— Вы очень похожи на мою жену.

Стакан выпал из моих рук, звонко соприкоснулся со столом, затем с полом и разбился. Из эхо-порта тут же раздалось: «Порча имущества академии! Кадет… кадет… — Ворчун не знал, как обратиться, в конечном счете заявил: — Девушка, с вас штраф, уплатите в бухгалтерии пять медяков».

— С собой денег нет, запишите на мое имя.

«Но вы не зарегистрированы в базе!» — ответили мне.

— Откройте гостевой счет, — ответила я неизвестному и в волнении спросила у магистра: — На какую жену?

— Бывшую.

Ох, и сразу в столовой посветлело, потеплело, дышать стало легче.

— Хорошо, что на бывшую, а не на будущую, — вздохнула свободнее, за пирог взялась, и уже совсем тихо: — Я бы такого счастья не перенесла.

— Это еще почему?

— Потому что вы хмурый, здоровый, глазеете, — ответила я как на духу и попросила: — Ешьте уже и не перебивайте мне аппетита.

— Вот это молодежь, — раздалось рядом ворчливое, — вот это замашки.

— Под стать академии. — Я откусила лакомство и зажмурилась, смакуя.

— Вы слышите возрожденного духа? — насторожился магистр.

— Конечно, — с трудом прожевала кусок, усмехнулась: — Он постоянно летает тут, ворчит, скабрезничает, иронизирует на пустом месте.

— Но я в списки кадетов вас еще не внес…

— Думаете, это его заткнет? — оживилась я. — Если да, то внесите меня поскорее. А то я за трое суток умаялась его слушать. Весь день ворчит, не замолкая, а когда его друг заявляется ночью, до утра хохочут.

В почти пустой столовой неожиданно наступила гнетущая тишина. Длилась она недолго, но была впечатляющей.

— Нарушаем комендантский час, пускаем посторонних?..

Магистр зловеще прищурился, глядя куда-то в сторону. И под его черным взором в воздухе появился вначале туман, а затем и бестелесный призрак сухонького щуплого старичка с хиленькой бороденкой. Таких в нашем Приграничье почитают, а не подставляют. И я бы слова не сказала, если бы на вопрос: «Нваг-нваг Севой, что скажете в свое оправдание?» — он не заявил:

— Не было такого! Привиделось ей.

— Не привиделось, а послышалось, — поправила я неточную формулировку. — И чтоб не быть голословной, скажу, в прошлую ночь вы упомянули некую Нигбетту.

Призрак зашипел, а мой сосед весьма удивился:

— Правда? И что о ней говорили?

— О ней ничего, а о мужике, что прятался в шкафу, многое.

— Да молчи ты! — шикнул дух, краснея.

— А чего молчать? — возмутилась я. — Вчера же не его наглая дамочка дурила, а какого-то горца-змееволоса.

Сказала, и дурно стало самой, потому что у мужчины, сидящего напротив, из сложной косы вдруг выбился длинный черный локон с призрачной головой змеи.

Милостивый боже, неужели он и есть тот самый?..

— Да-да, — словно бы прочитав мои мысли, простонал дух-хранитель, едва шевеля губами, — именно его и имели в виду.

— А дама, она была бы… — и замолчала на полуслове, потому что в крепко сжатых руках горца начал трескаться деревянный стол. — Или бу…? — опять проявила свой интерес и опять осеклась на полуслове. Потому что руки магистра раскрошили стол и шлепнулись на колени.

— Была бу… — понял меня дух, — а теперь уж вряд ли бу… — Нваг-нваг Севой тоже осекся под черным взглядом змееволоса. А тот как взревет:

— И вы молчали?!

Старичок предпринял попытку сбежать — исчезнуть, но взмахом руки магистр ему не позволил. Надо признать, вид у горца был настолько страшен, что мне даже стало жаль бестелесного духа, и я, подхватив сердитый возглас, тему перевела.

— А действительно, и почему вы молчите?! — С возмущением: «Что?!» призрачный хранитель учебного заведения обернулся ко мне и получил сердитое в лоб: — Что-что! — указала на испорченный стол, спросила: — А где предупреждение? Где требование оплатить в бухгалтерии ущерб, нанесенный имуществу академии?

— Так у него счет открыт на разрушения…

— Да? Тогда откройте мне долгосрочный кредит, и краны в комнате почините, и трещину на потолке… — потребовала я и приказала: — Немедленно!

Это был лучший вариант для вывода духа из подчинения вышестоящему должностному лицу, и старичок, поняв мою уловку, отчаянно взмолился, указав на досадное упущение:

— Но это не в моей компетенции!

— Да? Тогда передайте кому надо, — и, заметив его знак рукой, добавила: — лично.

— Сию секунду! — Счастливый Нваг-нваг Севой исчез, а злой горец остался.

— Куда?! Вернитесь! — взревел магистр, и из его сложной прически выпутались все змеи разом. Он быстро понял, что криком ничего не добиться, и обратил внимание на ускользающую из-за стола меня. — Как вы посмели отдать ему приказ?

— Как гостья, — пролепетала я, подтягивая к себе поднос и кося взглядом на выход. — Вторая брошюра для поступающих, пункт 9.2.1. «О гостях и их возможностях по время визита». Начинается со слов: «В случае опасности вы имеете право на незамедлительную помощь хранителя академии…»

Соскользнула со стула и сделала несколько неуверенных шагов.

— Вы что, — удивился горец, хмуря лоб, — ее наизусть заучили?

— За три дня безделья чего только в голову не придет, — отмахнулась я и, бросив поднос на чистку, сбежала.

И зря сбежала, а также зря пряталась и зря надеялась, что Нваг-нваг Севой не найдет меня за пределами академии в соседнем мрачном лесу… Нашел, поблагодарил за отсрочку разборок с магистром и вызвал в деканат. Это был не простой вызов, оказалось, что мои бумаги наконец-то приняли к рассмотрению и теперь лично со мной желает переговорить декан. Услышав об этом, я устроила забег до своей комнаты, самые быстрое переодевание и укладку волос в прическу, которая добавляла мне хоть немного лет. В противном случае меня ожидало очередное удивление и вопрос: «Деточка, ты что здесь потеряла?» Но вот сейчас, готовая к встрече внутренне и внешне, я уже предвкушала, как подпишу документы на свое зачисление и…