Снежное пламя - Ширли Грин

Шкаф оказался не больше и не меньше как целой комнатой с двумя рядами полок и проходом между ними. Нижний ряд занимала обувь, верхний — завернутые в целлофан свитера, между ними висела на плечиках разнообразная одежда. Приятно пахло кедром.

Глаза лихорадочно искали халат, пальцы машинально ощупывали твидовую ткань жакета. Отыскав на вешалке белый бархатный халат, Кристина мгновенно набросила его на плечи. Хозяину, вероятно, он был чуть ниже колен, ей же доставал до самых лодыжек. Поудобнее завернувшись в него, она туго завязала пояс.

Все произошедшее с ней Кристине казалось дурным сном. Ее зазнобило при одной мысли, что не поддающиеся разумному объяснению последние события могли повлиять на ее психику.

Джастин Магнуссон пугал ее. Он по-прежнему видел в ней хорошо замаскированную репортершу, которая любой ценой готова была раскрыть тщательно скрываемую им тайну.

Нелепость ее положения заключалась в том, что она и в самом деле была журналисткой. Не той, которую он ожидал, но все-таки…

Она вспомнила, каким тоном он заявил, что все без различия репортеры, в его понимании, не могут называться людьми. После такого далеко не лестного заявления признаться, что она тоже принадлежит к столь презираемому им журналистскому племени, с ее стороны было бы глупо и опасно.

Самодур ты, подумала Кристина, оставшись наедине с собой. Возможно, он просто не представляет, кто же такие профессиональные репортеры, корреспонденты на самом деле. Она, например, хорошая журналистка, по праву собой гордится, а еще больше дорожит тем, чего сумела добиться в своей области. Благодаря серии ее статей внимание целого сообщества влиятельных американцев было привлечено к удручающему положению пожилых людей в домах престарелых. В другой раз она полгорода подняла на ноги, когда потребовалось собрать пожертвования для сложной и дорогостоящей детской операции. Она делала благородную и полезную работу, и этот человек посмел, без всяких на то оснований, очернить не только ее, но и всех ее коллег, большинство из которых были честными тружениками, влюбленными в свое дело. Может быть, она все-таки знает его имя? Кристина закрыла глаза и попыталась хоть что-то вспомнить. Нет! Имя Джастина Магнуссона ничего ей не говорило. Она вздохнула и подумала, что впредь следует держаться с ним осмотрительнее и не поддаваться его мужскому обаянию. Кристина дотронулась до щек и обнаружила, что они пылают. Боже! Так значит, Джастин ее раздел до нитки и уложил в постель. Он сказал об этом якобы вскользь, но потом заметил, как красиво она сложена…

— Остановись! — громким шепотом прервала она поток мыслей, принявший нежелательный оборот.

Еще раз проверив, хорошо ли запахнут и завязан халат, Кристина поспешила к выходу, который, если верить хозяину, вел в ванную. Отворив дверь, Кристина замерла.

Перед ней была не просто ванная. Как и спальня, эта комната оказалась отделанной в черных и кремовых тонах. У дальней стены располагалась огромная, похожая на маленький бассейн ванна: краны медные, ступеньки выложены блестящим черным кафелем, мозаика на полу из белой плитки. В кабинке из дымчатого стекла и меди душ; комод, предназначавшийся для различного белья, был специально огорожен. В центре, прямо под световым люком — двойная раковина. В люке ничего кроме серой мглы. Но все ухищрения дизайнера затмевали впечатление от самой комнаты. Мистер Магнуссон явно был человеком с размахом и тонким вкусом, если смог позволить себе такое великолепие.

Потрясенная Кристина, немного опомнившись, нагнулась, пошарила в шкафчике под раковиной в поисках зубной щетки и пасты для зубов. Потом, разглядывая свое отражение в зеркале, она механически чистила зубы, но, в конце концов, рука ее замерла, а взгляд стал задумчивым…

Кто он, спросила она себя, охваченная естественным любопытством. Богатый и неотразимо обаятельный, горячий и вспыльчивый, как порох, но мгновение спустя — вкрадчивый и любезный, как герой-любовник в популярном фильме.

Кристина была убеждена, что он не сомневается в ее профессии. Он верит — она проникла в его дом с намерением раскрыть его тайну.

Что это, интересно, за детективная история, о которой он с ней даже говорить не смеет? Неплохо было бы узнать об этом, промелькнуло в сознании Кристины.

Нет, не стоит. Лучше не дразнить гусей, пока не уляжется метель, и она не сможет покинуть этот странный дом.

Разве она здесь для того, чтобы вытягивать из него ценную информацию? Она просто попала в беду, а хозяин дома, несмотря на всю свою подозрительность, спас ее от смерти. Разве это благодарность с ее стороны — вмешиваться в его жизнь и спрашивать о том, на что он решительно не желает отвечать?

Но разве узнать чуть больше о человеке, проявившем гостеприимство, — это грех? Кристина совсем запуталась в том, как же все-таки лучше себя вести.

С тяжелым вздохом Кристина вновь пошарила в ящичке под раковиной, отыскивая щетку для волос. Там ее не оказалось, зато она нашлась в спальне на полке из черного орехового дерева. Стоя возле камина, Кристина начала расчесывать волосы и почувствовала, как же ей здесь хорошо! Уютно в спальне этого незнакомого мужчины, уютно рядом с огнем, пылающим в камине. Ласкает комфорт в его ванной, потому что она поразительно красива — завораживает глаз изяществом линий, изысканностью отделки.

Кристина аккуратно положила щетку на полку и так торопливо отдернула руку, будто этот невинный предмет туалета мог вдруг ожить.

На самом же деле, Кристина боялась признаться, что она за столь короткое время помимо своей воли уже перешла на дружеские, почти интимные отношения с незнакомым мужчиной.

Кристина потуже затянула пояс халата и поспешила из спальни в гостиную. И вновь ее ждал сюрприз: она изумленно разглядывала роскошный камин, стол из черного орехового дерева, бесконечные ряды книжных полок, два глубоких кожаных кресла, пол, устланный великолепными коврами любимых хозяином кремовых расцветок. Утопая в кресле или расположившись прямо на ковре, можно было смотреть телевизор с огромным экраном или слушать прекрасную музыку. Кристина тотчас представила себе: двое обнявшихся людей, забравшись в одно кресло или растянувшись на ковре, под успокаивающий треск поленьев в камине наслаждаются музыкой или смотрят захватывающий фильм.

Она уже не скрывала, что просто влюблена в этот дом, из которого, к сожалению, ей необходимо уйти, и чем скорее, тем лучше.

Открыв дверь, Кристина оказалась в холле с винтовой лестницей, ведущей на первый этаж. Она увидела парадный вход, прихожую, выполненную в сумеречно-серых тонах. По лестнице Кристина спустилась к входу; пройдя еще несколько ступенек вниз, она оказалась в большой гостиной. И снова ей представилось нечто необыкновенное.