Крылья - Юрий Астров

Воскресенье они превзошли нечувствительно. К вечеру шалавка все же куда-то убралась, и Семен облегченно лег спать в одиночестве.

Через пару дней ему позвонил Олег.

— Ты все еще жаждешь полюбоваться на самоубийцу?

— Дак… надо!

— Ну, езжай. Сразу два свеженьких. Баба отравилась уксусной кислотой, молодая, да скотник с хутора повесился — жена опохмелиться не дала.

— Слушай, а где ты находишься?

— Ах, да… Ну, Красную больницу знаешь? Вот там и нахожусь. Спросишь любого медика.

Семен пошел было в сарай, где стояла «Волга», но вдруг резко остановился. Автомобиль играл в его планах существенную роль, и «засвечивать» его преждевременно не стоило. Чем черт не шутит? Вдруг хай поднимется!

Красная больница была районным стационаром. Одно- и двухэтажные дома и домики, разбросанные в парке на окраине городка, производили несколько даже идиллическое впечатление. Тишь, гладь и божья благодать! Другое дело, — как выяснилось из разговора с приятелем, — что вся сантехника сгнила, стены старых, еще дореволюционной в основном постройки, корпусов не поддавались уже никакому ремонту. И вообще — еще до перестройки затеяли было строительство новой больницы, да так и забросили — денег нет.

Морг, однако, находился в подземном бункере. Дверь была открыта, но на запоре болтался огромный амбарный замок. Дверная коробка — дуб, крепко строили при царе Николае. Значит, нужен ключ. На этот счет у Семена Орестовича был припасен воск — и даже за пару последних дней проведены некоторые опыты. Ключ, кстати, торчал в замке.

Спустились вниз.

— Добро пожаловать! — усмехаясь, произнес Олег. Семен быстро осмотрелся. Так, столы здесь… На этом — отравившаяся девица, а где удавленник? Ага. Он подошел к нему, считая шаги от двери и запоминая направление. Лицо повесившегося от безысходности похмелья скотника выражало не муку, не боль, а какое-то невероятное изумление. На правой руке не хватало пальца. Запомним… Остальные столы тоже были заняты, но их обитатели посетителя морга не интересовали.

Патологоанатом с любопытством следил за посетителем. Значит, надо и к девице подойти, а потом…

А вот девушка явно мучилась. Ну, понятно, кислота же… А жаль девку — молодая, красивая… Ну, пора.

Семен сморщился, схватился за рот и, пробормотав «Я сейчас», опрометью выскочил из морга. Прислушался. Нет, Олег следом не идет. Осмотрелся — никого кругом не видно, хорошо, что морг на отшибе. Достал ключ и крепко вдавил его в воск — правой и левой стороной. Сунул воск в карман сумки, висящей на плече, и крикнул вниз:

— Олег, пойдем, я уже насмотрелся!

Тот вышел из подвала.

— Ну, как, впечатлило? Блеванул?

— Впечатлило. Удержался, — коротко ответил Семен Орестович. — И долго они тут у тебя лежат?

— Да по-всякому. Этих двух — сегодня сделаю вскрытие, а завтра их родственники заберут.

— Не сделаешь, — уверенно заявил Семен, доставая из сумки бутылку коньяку.

— Эт хорошо! — оживился Олег. — Эт мы щас! Но имей в виду: вскрытие я сделаю. В любом виде сделаю, лишь бы на ногах стоял!

Положение осложнялось. Действовать нужно было этой ночью.

Быстро выпив бутылку коньяку под закусь вареными яйцами (обед, прихваченный Олегом из дому), приятели расстались.

Чуть на взводе, Семен дома переоделся и пошел в сарай, служивший гаражом и мастерской. Долго шаркал там напильником, пока вроде бы не добился нужного результата. А потом улегся вздремнуть перед новым подвигом.

М-да, подвиги… «Каким идиотизмом я занимаюсь!» — неожиданно прозвучало в голове у Семена. «Кошек варю, с чертями торгуюсь… Теперь еще это…» Но остановиться наш герой был уже не в силах. Слишком глубоко завяз.

И слишком обещающей была награда.

… «Волгу» он спрятал в лесополосе у грунтовой дороги, что проходила мимо больницы, но с противоположной от ворот стороны. Перелез через кирпичный забор, осмотрелся — нет, не ошибся, морг был рядом.

Подошел, пользуясь тенями деревьев как прикрытием (стояла полная луна) к бункеру… Черт! Дверь была открыта. Тихо спустился на несколько ступенек… Из морга доносилось какое-то пение.

Если бы не события последних месяцев, Семен Орестович, может быть, даже испугался. Но сейчас он понял, в чем дело, сразу же, как разобрал слова песни, простой, как мычание, и звучавшей примерно в той же тональности:

«Всем известно, что студентыРедко платят алименты,Всем известно, как они бедны.Но они не прочь пороюПогулять с чужой женою,Взяв ее взаймы».

Студенческая песня, модная в 60-е. Пел ее, разумеется, Олег. В каком уж состоянии он делал вскрытие — Семен не видел, но — делал.

Ох, и сволочь… Видно, после того, как Семен Орестович ушел, Олег взялся-таки за спирт, который так навязывал приятелю. И потом продрых до ночи, а теперь занимается работой. А то ведь завтра за трупами приедут…

Ладно, подождем. Семен поднялся по ступенькам вверх, осторожно выглянул наружу. Нет никого — и ладушки. Он осторожно обошел морг по периметру, всматриваясь в окрестности. Потом отошел к забору, сел так, чтобы виден был вход в бункер, и стал ждать. Ужасно хотелось курить — но нельзя…

Почти час пришлось ждать Семену, когда, наконец, он услышал голос Олега:

— Тот желтый цыпленок все звезды склева-а-ал!

«Эк его растащило на песни времена молодости!» — удивился злоумышленник. Патолог тем временем стал возиться с замком. Потом, покачиваясь, удалился.

Немного обождав, Семен подошел к моргу, достал из кармана ключ… Что такое? А замок-то не закрыт! Не справился врач с замком! Это тебе не трупы резать, тут голова нужна трезвая! Ну, прекрасно. Еще раз осмотревшись, Семен Орестович спустился по ступенькам, открыл дверь… Свет лучше не включать, мало ли… Он и так все запомнил. Считая шаги, подошел к нужному столу… Руку отрезать нужно левую, на правой одного пальца нет, вдруг да не подойдет… Он, конечно, не анатом, но отрезать кисть не так уж и трудно. Бросив ее в приготовленный пластиковый пакет, Семен вышел из морга, снова осмотрелся, перелез через забор, сел в автомобиль и мгновенно уехал.

Легче легкого.

По дороге он вспоминал последний разговор с домовым, предшествующий как раз этой акции Семена.

— Ай, какой хороший бакс! — восхищался суседка. — Ну прямо всем баксам бакс! Жаль, что не в Америке живем, я б на него пол-страны скупил!

— Скупить-то на баксы и пол-России, — возразил Семен.

— ! — неожиданно согласился домовой. — Но ты ж не за этим его добывал?

— Не за этим.

— Значит — отказываешься от неразменного доллара?