Синестетик (СИ) - Держапольский Виталий Владимирович "Держ"

— Последний вопрос! — пытаясь как можно дольше оттянуть страшный момент, воскликнул Немков. — Причем здесь мой мозг и ваше возвращение домой? Я должен знать, хотя бы перед смертью! Последнее желание! — совсем отчаявшись, попросил Роман.

— Что ж, вполне себе вменяемая просьба, — согласился с доводами Немкова пришелец. — Хотя, я тут у вас за пробежавшие годы уж очень сильно очеловечился — надо отвыкать разговаривать с мясом! Слушай: попав сюда восемьдесят лет назад, я оказался в очень затруднительном положении — отсталая планета, недоразвитые технологии и абсолютное отсутствие Магии! Как по мне — так полная жопа! Ладно, до развития технологий, чтобы я смог построить аппарат, способный вернуть меня назад, по моим расчетам оставалось не так-то уж и много времени. Можно подождать. А вот Магия… До сих пор даже высшие иерархи Созидающих не разобрались, что это такое, откуда изначально берется? Предположений много, но результат нулевой. Я, в частности, работал над решением этой проблемы в своей лаборатории, когда все и произошло… Магия, — продолжил он свой рассказ, — на сегодняшний момент, и так было всегда, продукт конечный, разовый, никто не умеет её вырабатывать. Поэтому Созидающие и держат целый круг Первопроходцев-старателей, вычисляющих молодые миры с Источниками, и обчищает их под ноль. Однако, совсем под ноль ничего зачистить невозможно, остается пыль, миллиардные доли эльма, рассеянные по всей планете, а то, и по всей галактике! Но иногда, как шутка природы, раз, наверное, в миллионы лет, рождаются организмы, способные накапливать и преумножать магию. Это, кстати, одна из теорий происхождения Источников… К примеру, второй по силе полюс моего мира — клан Шедимов, содержит в заточении некое Существо Высшего Порядка, обладающего такой способностью. Оно — постоянный Источник их Магии.

— А причем здесь я? — спросил Роман.

— Твой мозг, приятель, тоже обладает схожей способностью накапливать Магию! Правда, в мизерных количествах, но я надеюсь, что её хватит на перенос…

— Так может… подождать? — Надежда на спасение вспыхнула с новой силой. — Пусть накопиться побольше этой самой магии, чтобы наверняка…

— Я устал ждать! — рявкнул Хараст. — Хватит болтать, пора за работу! Но ты не бойся, я не буду грубо копошиться в твоей голове — если не получится с первой попытки, вдруг что-то останется на вторую…

Ученый-пришелец сдернул с головы седоволосый парик. К изумлению Немкова, его блестящая и абсолютно лысая голова оказалась «оборудована» множеством разъемов-контактов, вживленных непосредственно в череп. Хараст подошел к агрегату, к которому тянулись прозрачные трубки, через которые некоторое время назад вливались лекарства в жилы Романа и вытянул из его чрева пучок изолированных пластиком проводов, оканчивающихся неким подобием металлических штекеров.

— Ну-с, — произнес маньяк, — поехали!

Металлические штекеры один за другим со щелчками заходили в гнезда контактов на голове пришельца. Машина загудела, выдвигая консоль с трехпальцевым манипулятором, остановившимся над головой Романа. Манипулятор опустился, захватывая голову Немкова в железные тиски. По прозрачным трубкам вновь побежала какая-то жидкость.

Со стороны манипулятора послышалось какое-то жужжание, а после Роман почувствовал какую-то неприятную «дрожь», как при сверлении зубов в стоматологическом кабинете. Только сверлили сейчас не его зубы, а череп. Сверло вгрызалось в кость, но боли не было. Видимо лекарства чокнутого профессора были эффективнее всех известных Роману болеутоляющих, и позволяли «пациенту» оставаться в сознании во время операции. Хотя бытует мнение, что кости черепа и головной мозг сами по себе «не чувствуют» боли, но так ли это на самом деле, Роман не знал. Да и не хотел бы узнать!

Момент, когда сверло прошило теменную кость, он действительно не почувствовал, как не почувствовал и внедрение в мозг многочисленных микродатчиков, раскинувших свои сети на уровне нейронных связей. Лишь легкий дискомфорт, небольшое головокружение — и все.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А вот профессору наоборот «поплохело», по крайней мере, так показалось Роману. Пришелец слегка «сбледнул» и пошатнулся. Уцепившись рукой за спинку кресла, он подтянул его к себе и «скоропостижно» упал на подушку, где и замер, откинув голову и закатив глаза. Жгут разноцветных проводов, подключенных к разъемам его черепушки, рассыпался, словно длинные распущенные волосы по плечам.

— Совершен вход в режим слияния, — раздался металлический голос Болвана. — Начинаю обратный отсчет: десять, девять, восемь…

Роман почувствовал нарастающее давление в голове, но больно не было. Просто немного мутило и подташнивало, как будто кто-то помешивал в его черепе ложкой постепенно разжижающиеся мозги.

— … семь, шесть, пять… — не останавливаясь, продолжал отсчитывать секунды ИИ.

Неожиданно где-то рядом сильно громыхнуло. Роман дернулся от резкого звука, но голову повернуть не смог — она было крепко зафиксирована в манипуляторе адской машины пришельца. Он лишь сумел зацепить краешком глаза стремительно распространяющийся по операционной клуб пыли.

— … четыре, три, два…

— Всем лежать! — скомандовал грубый голос. — Работает ОМОН!

Маньяк, погруженный в транс, названный Болваном режимом слияния, отреагировал, но как-то вяло. Едва он попытался подняться с кресла, его голова взорвалась веером кровавых брызг — у кого из бойцов ОМОНа не выдержали нервы.

— …один. Сигнал обнаружен. Канал передачи выстроен…

И мир для Романа померк.

Глава 6

По темным коридорам фамильной усыпальницы баронов фон Рум, соблюдая все мыслимые и немыслимые меры предосторожности, крались двое: первый — умудренный годами профессиональный вор Равид, невысокий коренастый коротышка с поеденной язвами физиономией, сломанным в трех местах приплюснутым носом-картошкой и маленькими глубоко посаженными глазками, по кличке Рябой и его молодой «напарник» — Дорик, худой, нескладный и угловатый, как пообтрепавшееся пугало, но вместе с тем подвижный и вертлявый субъект, откликающийся в Выжженных Пределах, извечной вотчины ворья, наемных убийц, попрошаек и прочего криминального сброда, на погоняло Оторва.

— Да говорю тебе, не ссы, папаша, никто нас тут не запалит! — горячо шептал Дорик на ухо своему наставнику и учителю, застывшему у очередной развилки усыпальницы. — Я уже лет пять, как сюда тропочку протоптал…

— Нишки, мелкий! — зашипел на Оторву Равид. — Если до этого не спалился, это не значит, что и в этот раз пронесет!

— Да ладно тебе, Рябой, — вальяжно протянул Дорик, — я фартовый!

— Дурной ты, — презрительно сплюнул на пол Равид, — и кони двинешь так же, по-тупому. Запомни, сявка мелкокалиберная, осторожность в нашем деле никогда не бывает лишней!

— Да запомнил, запомнил, — тихо прошептал Дорик, закатив глаза — достал уже этот брюзга своими нравоучениями! — Пойдем, что ли? — спросил он напарника. — А то до утра не управимся!

— Не видно же нихрена! — пожаловался Равид. — Темно, хоть глаз коли!

— Так я ж говорил: абгрейдь темновизары! Они у тебя устарели давно!

— Ты знаешь, сколько барыги за последнее обновление просят? И это за пиратку!

— А то ж! Но если хочешь не напрягать моргалы в темноте — чехлись, Равид!

— Поиздержался я в последнее время, — признался Равид напарнику. — Старый я стал, для таких вот наскоков. Прошло мое время… Похоже, завязывать пора.

— С катраном те завязывать пора, Рябой! — Не проникся жалобами старшего напарника Оторва. — Много Сизому заторчал?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Одним скоком не отработать… — Печали Равида не было предела. — Пообещал, если долг за три дня не верну — Шедимам продаст, на восьмой круг черпальщиком.

— Не ссы, Рябой, возьмем мы сегодня чего-нибудь на скоке! — пообещал Дорик. — Глядишь, и отобьём твои долги! Оторва добро помнит! А меж собой позже сочтемся!

— Твои бы слова, да Эль-Шаддаю в уши! — с надеждой прошептал Равид. — А ваще, от души, Дорик!