Несущий свет - Борис Григорьевич Рогов

Началось всё с того, что команда «Быки Феста» в последнем матче высшей лиги обыграла кушитов. С трудом, с большим напряжением всех сил, но обыграла. Да. Платой за победу стала травма одного из нападающих. А этот нападающий прошёл отбор в качестве третьего астронавигатора в команде, подготовленной для полёта.

– Наверняка, у него был дублёр?

– Спрашиваешь! Конечно, был, но как назло, днём ранее дублёр попался на какой-то ерунде. То ли ему лицо попортили, то ли он кому-то рыло начистил, выяснять не стали. Посадили обоих в келью тимориаси[11], чтобы подумал, как обычно в таких случаях. И попала надзирателю шлея под хвост. Отказался он парня отпускать. «Положено триста часов, – будет сидеть триста и ни минутой меньше».

– А через начальство не пробовали?

– Ты забыл, как у нас устроена система местных наказаний? Напомню. Надзиратель для проштрафившегося и бог, и царь, и воинский начальник. Никто ему ничего приказать не может. Вознаграждение он получает в виде процента от штрафов по итогам года.

– Получается, команда осталась без второго навигатора? Но это же...

– Ты правильно думаешь, но не правильно перебиваешь. Экий ты торопливый. Слушай дальше.

Официально команда полетит и в самом деле в неполном составе. Но! Во время тестовых испытаний я заметил одного паренька. Очень похожего по описаниям на нашего великого мифического героя Астроса. Он не прошёл испытания. Занял второе после победителя место. Не добрал всего несколько баллов, кажется, срезался на экстремальной медицине.

– Вот его и взять! – Алекси увлёкся историей.

– Не получится. Существуют правила формирования команд. Раз не прошёл, значит не прошёл. Но я нашёл выход! Вернее этот паренёк, так сильно мечтал попасть на борт, что сбежал из кадетского корпуса и сейчас прячется на складе космопорта. Почему-то он решил, что провиант будет грузиться именно там.

– А это не так?

– Конечно, нет! Но я ему помогу. И сделаю так, что он сам не заметит, что ему кто-то помог. Стечение обстоятельств, хе-хе. – Хитро захихикал ректор. – Но эту историю можно будет обнародовать только после того, как корабль окажется на орбите, ни часом ранее. Наши стратеги и навархи от космоса настолько погрязли в инструкциях и предписаниях, что могут скомандовать возвращение обратно.

4. НА ОБРАТНОЙ СТОРОНЕ ЛУНЫ[Б.Г.1]

Гениос почувствовал, что проснулся. Сквозь сомкнутые веки пробивался зеленоватый свет. Откуда-то издалека доносились человеческие голоса. Ужасно чесалась шея, но пошевелиться он боялся, опасаясь выдать себя.

Он вспомнил, как проник на базу подготовки бортов дальнего космоса. Для этого ему пришлось просто сменить цвет кожи с любимого рубиново-красного на буро-зелёный травянистый. Он вспомнил, как лежал несколько долгих томительных часов на сухой и тёплой земле у самых ворот грузового терминала. Как услышал разговор двух операторов погрузчиков, которые в перерыве между сеансами погрузки вышли покифарить[12]. Гоплиты толковали, медленно вдыхая ароматный дым кифароса, о том, что начальство как всегда само не знает, чего хочет, что зачем-то перетряхивают уже уложенный биоматериал для дальнефлота.

Именно эти слова вселили в него уверенность, что у него всё получится. Он проследил за парнями черного форменного окраса, занимавшимися контролем биомеханических погрузчиков.

Дождавшись, когда парни уберутся, Гениос быстро отомкнул электронный замок и выгреб содержимое объёмом и весом приблизительно соответствующее его габаритам. Потом забрался внутрь транспортной полости и впал в состояние каталептического анабиоза. В этом деле у него на всём курсе не было соперников. Сейчас этот навык пригодился ему как никогда ранее.

... Ген тихо вздохнул, боясь привлечь внимание возможных свидетелей его пробуждения, и слегка разомкнул веки. Сквозь ресницы увидел только тусклое золотистое свечение, проникающее под крышку. При этом никаких звуков. Ни скрипов, ни шорохов, даже неразборчивые голоса, доносившиеся до него во время сна, куда-то исчезли.

Тем громче показался щелчок, похожий на звук закрывающейся двери в переборки при разгерметизации. В своё время тренеры корпуса выпили из кадетов декалитры крови, отрабатывая условный рефлекс на подобный звук. До автоматизма отработанный навык заставил тело вскочить на ноги, а мозг искать решения, куда можно спасаться в незнакомой обстановке. Ситуация осложнялась тем, что совершенно неясно, куда бежать. Перед глазами Гена торчало только какое-то оборудование неизвестного назначения. Ничего подобного они не изучали. Хотя как уверял их архиментор, их программа была самой передовой.

Хитросплетение цветных и прозрачных трубок пульсировало и переливалось всевозможными оттенками и такие узлы заполняли всё пространство. То самое с золотистым потолком. Но потолок сейчас интересовал Гениоса меньше всего. Входы и выходы! Вот то, что ему сейчас нужно. Звук точно был от разгерметизации, но где? Если бы авария произошла, тут бы уже свистел уносящийся в космос воздух.

– Спокойно, товарищ! – вдруг услышал парень приятный женский голос откуда-то из-за самого крупного скопления труб и проводов. – Как ты сюда попал? И кто ты такой?

– Я слышал звук потери целостности оболочки... Мне послышалось? – пропустил ответ мимо ушей Гениос.

Из-за конгломерата труб показалась невысокая худощавая девушка приятного светло-шокладного цвета. Добрую половину торса от плеча до талии покрывал какой-то замысловатый орнамент. При этом волосы на голове и в паху переливались оттенками апельсинового. Такого же оттенка «вырви глаз» губы и радужка глаз.

– Всё в порядке с оболочкой, – женщина усмехнулась, – но я повторяю вопрос. Кто ты? Как попал на корабль дальней косморазведки? Судя по цвету, ты связан с кадетским корпусом?

– Я это... Прошёл испытания... Ну... В общем, отстал от списочной команды... потом догонял... – начал плести Гениос какую-то ахинею, не в силах сообразить, как ему себя представлять.

– О, демоны вселенной! Что ты мямлишь, как я не знаю кто. Имя! Фамилия! Звание! Специальность! Внятно и чётко.

Командный голос привёл Гениоса в привычное состояние: «приказ – выполнение». Принял строевую стойку и, сложив руки на груди, привычно отчеканил:

– Кадет пятого курса Навигационного корпуса Гениос Аталидис. Архилохьяс[13] учебного взвода. Выпускные тесты сданы. Диплом номер 23-56-87. Доступен в общей сети по запросу. Специализация – «навигация на дальности выше 500 парсеков».

Гениос набрал воздуху и продолжил доклад.

– Я прошёл конкурсную проверку готовности для зачисления в команду этого корабля, набрал максимальные очки, но допустил неточность в оценке биологической привлекательности вновь обнаруженных планет в дополнительном задании, поэтому