Мой ангел-хранитель - Барбара Картленд

— Можно, я поеду с тобой, Мариетта? — спросил он. — Я хочу проехаться в коляске и, возможно, когда лошади будут свободны, покататься на одной из них.

— Тебе придется спросить разрешения у месье Бове, — ответила Мариетта. — Но я не возражаю.

— Тут столько мест, где можно кататься верхом; лошади кажутся резвыми, они должны уметь прыгать.

— Будь осторожен, — предостерегла его Мариетта. — Маркиза очень огорчит, если что-то случится и одна из его лошадей останется хромой. Насколько я могу судить, их всего две.

— Но ведь здесь хватит места для сотен, — возразил Руперт.

Мариетта рассмеялась.

— Судя по тому, что рассказал месье Бове, я не думаю, что маркиз может себе позволить купить много лошадей.

Руперт вздохнул.

— Если бы я жил в таком большом замке, — сказал он, — то хотел бы иметь много лошадей и ездить на них каждый день.

Мариетта понимала, как много это для него значит, и, помолчав, сказала:

— Будем надеяться, маркиз не станет возражать, чтобы ты катался на тех двух лошадях, которые у него есть. В конце концов, сам он не может на них ездить.

Брат с сестрой вернулись в замок, мадам Коллин уже дожидалась их в холле.

Мариетта увидела, что лошадей, которых маркиз привез из Парижа, вывели из конюшен. Девушка сразу поняла, что это породистые животные и они наверняка понравятся Руперту, который постоянно катался верхом, пока они жили в Англии, так как других развлечений в этом безлюдном уголке у него не было.

Мариетта была благодарна, что прежде, чем полк отца присоединился к армии Веллингтона, тот достал для них четырех отменных лошадей.

Девушка тоже ездила верхом, но большую часть времени ухаживала за матерью, пока та не умерла.

А после ее смерти нужно было заботиться о Мейвис и Руперте.

«Как хорошо, — думала Мариетта, — что папа настаивал, чтобы я училась и другим языкам, кроме английского». Некоторых удивляло, что девушка столь усердно работает над французским.

— Они наши враги, — говорили Мариетте подруги, — мы не должны иметь с ними ничего общего и уж точно не должны говорить на их языке.

— Враги или не враги, — всегда возражал отец, — важно уметь разговаривать на языках других народов. Когда война закончится, я собираюсь поехать с семьей за границу, а посещать страну и не владеть языком ее коренных жителей совершенно бесполезно.

Поэтому Мариетта выучилась говорить не только по-французски, но также по-немецки и по-итальянски.

Всю дорогу из Англии во Францию она помогала Руперту, который уже немного говорил по-фрацузски.

Мариетта знала, что языком владеет свободно, и с удовольствием обнаружила, что может легко и естественно общаться с французами, вместе с которыми теперь живет.

Девушка твердо решила, что первым делом примется обучать французскому и Мейвис.

Густав остановил лошадей напротив парадной двери. Мариетта села на место рядом с ним, а Руперт вместе с мадам Коллин сзади.

Густав ловко и быстро вел коляску по подъездной аллее, имевшей запущенный вид. Они проехали сквозь большие железные ворота, которые были разбиты, и мимо двух сторожек, также находившихся в плачевном состоянии.

Спустя короткое время они повернули к поселку, где узкие улицы тянулись между высокими домами с острыми крышами, совсем не похожими на те, что Мариетте доводилось видеть в Англии.

Они напоминали маленькие Ноевы ковчеги.

Когда коляска проезжала по центру поселка, взгляду открылась старинная церковь на площади. В конце площади находилось что-то похожее на маленькое estaminet[13], и Мариетта заметила нескольких человек, сидящих на земле у порога.

Однако Густав, следуя указаниям мадам Коллин, повез их по другой узенькой улочке. Доехав до середины улицы, они остановились возле очень маленького домика, где жила мадам Коллин.

Густав натянул поводья, пассажиры сошли и направились к дому.

Гостиная была крошечной, но безупречно чистой, и Мариетта с первого взгляда поняла, что это уютный домик. Месье Коллин сидел в кресле у камина.

Он хотел встать, когда вошла Мариетта, но девушка положила ему руку на плечо и остановила.

— Ваша жена рассказала мне, — начала она, — какой у вас сильный кашель, месье, и я уверена, что не стоит слишком много двигаться, раз он вас так беспокоит.

— А он действительно беспокоит, мадемуазель, — ответил он хриплым голосом. — Такое чувство, будто кашель душит меня, и я ничегошеньки не могу с этим поделать.

Сказав это, месье Коллин закашлялся, и, глядя на него, Мариетта поняла, что кашель причиняет ему боль.

— Так вот, месье, — сказала девушка, — я помогла вашей жене при ожоге, и она уже чувствует себя гораздо лучше.

— Это правда, — подтвердила мадам Коллин. — Ты не поверишь, да я и сама верю с трудом, но сейчас я уже почти не чувствую его. А когда уходила в замок, боль была нешуточная!

— Я советую вам, — обратилась Мариетта к ее мужу, — пить отвар из трав, которые я привезла. Обещаю, что вашим легким станет значительно лучше. А еще вы должны трижды в день полоскать горло теплой водой с медом.

— С медом! — воскликнул месье Коллин.

— Да, с медом! — повторила Мариетта. — Можете также пить ее, но обязательно полощите горло, и я обещаю, что это вылечит вас быстрее, чем любые другие лекарства.

Месье Коллин глухо рассмеялся.

— Верится с трудом, но я буду делать так, как вы говорите.

— Конечно, будешь, — подбодрила его жена. — Я же говорю, мазь мадемуазель действует просто чудесно. Настоящее волшебство! Вот что это такое — волшебство!

— Что ж, попробую, — неохотно согласился месье Коллин.

Мариетта объяснила его жене, как именно нужно смешивать травы, и настояла, чтобы месье пришел в замок, как только они закончатся.

— А как насчет меда? — спросила она. — У кого-нибудь в поселке есть пчелы?

— Да, у многих, — ответил месье Коллин, — но мед можно купить и в магазине у месье Ренуара.

— Я скажу ему, что вы можете заглянуть, — сказала Мариетта, — я как раз туда направляюсь. Мне нужно сделать много покупок.

Девушка отдала мадам Коллин оставшуюся мазь, чтобы та продолжала смазывать руку, за что ее от всей души поблагодарили.

Покинув дом, Мариетта обнаружила, что Руперт сидит рядом с Густавом и разговаривает с ним о лошадях на вполне сносном французском.

Девушка забралась в коляску позади них и сказала:

— Теперь мне нужно кое-что купить. Нам нельзя слишком долго задерживаться, вдруг мы понадобимся Мейвис.

— Магазин вон там, — сказал Густав. — Я заметил его, когда мы проезжали мимо, и хочу надеяться, что в нем есть все, что вам нужно.