Лорд на исправительных работах - Варя Медная

останется у вас, сударь, а такое упорство должно вознаграждаться по-другому. – Он увидел рядом миссис Рокуэд собственной персоной. Она наклонилась к малышу: – Если выйдешь в центр вот той площадки и громко объявишь о скором открытии «Шарлоттса», где будет нечто особенное, я подарю тебе маску.

Малыш с готовностью направился в ту сторону и звонко объявил то, о чем ему велели.

Гений рекламы, да.

Правда, получив заветную маску, воспользоваться ею мальчик не успел – его увели родители под протестующий рев.

– Возможно, вы хотите пройтись в место потише, где никто не мешал бы нам беседовать? – осведомилась мисс Изабеллтон, возникая рядом.

– А? Что? – Оливер повысил голос, перекрикивая музыку. – Танцы? Вы правы, там будет веселее!

С этими словами он принялся расчищать дорогу к танцующим на пирсе.

– И долго ты будешь увиливать? – тихо спросил у него появившийся рядом Барт.

– Ты мне должен, – так же тихо ответил ему Оливер.

– За что?

– За оповещение о сегодняшнем приеме. А еще за сам знаешь что от отца.

Барт вздохнул:

– Пригласить ее?

– Непременно.

Не успела мисс Изабеллтон спросить что-то еще, как Барт стиснул ее в объятиях – конечно, насколько позволяли приличия.

– Не окажете ли честь, мисс Изабеллтон?

Та еще что-то кричала Оливеру, но громкая музыка была на его стороне. Пятясь от того места, где Барт уже кружил мисс Изабеллтон, а еще от слегка укоризненного взгляда Марго, он на кого-то наткнулся, а потом заметил, как с одной из девушек слетела маска.

– Постойте, мисс.

Разгибаясь, Оливер протянул было дешевый аксессуар из бумаги и застыл на месте. Перед ним стояла не одна, а две девушки и один парень в коричневом шерстяном костюме-тройке и в галстуке с булавкой. Лица всех троих были оживлены, они, как и другие гости набережной, держали кульки с жареными дарами моря.

– Благодарю, мистер, – потерявшая маску девушка протянула было за ней руку в перчатке.

Но Оливер не спешил отдавать ей аксессуар. Взгляд остановился на парне, который держал два кулька – второй, очевидно, принадлежал потерявшей маску.

Она непонимающе нахмурилась:

– Так вы вернете мне маску?

– Оливер! – Мускул на его щеке дернулся, ибо мисс Изабеллтон – он и спиной это понял – умудрилась вырваться от Барта.

– Не раньше, чем вы потанцуете со мной, – заявил он.

Державший кульки парень начал было открывать рот и сдвигать брови. Но прежде чем они встретились на переносице, Оливер уже сжал маленькую ручку и увлек девушку в самую гущу танцующих.

– Вы всегда так быстры и бесцеремонны? – осведомилась она, когда они встали друг напротив друга и поклонились.

– Это залог успеха у дам.

– Каких?

– Конкретно сейчас – у вас.

– Мы знакомы? – нахмурилась девушка, начиная движение вслед за ним.

– Вы забываете всех своих кавалеров?

– Нет. Потому что их у меня нет.

– А как же вот тот молодой человек, от которого мой затылок скоро начнет дымиться?

– Он не мой кавалер.

– Он явно считает иначе.

– С чего вы взяли?

– С того, что он держит ваш кулек с креветками, упавшую шпильку, – при этих словах девушка охнула и потянулась к прическе, – а еще не сводит с вас глаз.

– А что, если и так, – раздраженно начала она, – по какому праву… – Внезапно ее глаза за маской широко распахнулись, и она встала как вкопанная. – Это вы!

– Это я, – согласился Оливер, подхватывая ее за талию и кружа дальше.

– Зачем вы это делаете?

– Зачем танцую с вами?

– Да.

– Затем, что люди обычно так и делают: сперва переставляют одну ногу, потом другую, затем следует вот этот взмах рукой, наклон головы и поворот…

– Перестаньте, я чувствую себя глупо.

– А я нет, – пожал плечами Оливер. – Вы так не любите танцы?

Она закусила губу:

– Я люблю… танцы.

– Так, может, перестанете ворчать и насладитесь?

Ее лоб нахмурился, но тело в его руках расслабилось, и Оливер, как ни странно, в какой-то момент даже получил удовольствие от танца.

– Вы хорошо танцуете.

– Вы чуть хуже, – честно ответил он.

– Меня, очевидно, не учили самые дорогие учителя.

– Очевидно.

– Вы насмехаетесь надо мной?

– А вы не насмехались надо мной в первый день? Вы ведь отнюдь не глупы, Николетта.

В этот момент раздался оглушающий звук, похожий на серию взрывов, и девушка вскрикнула, а Оливер инстинктивно прижал ее к себе. Только пару секунд спустя оба поняли, что это салют, и подняли головы.

– Как красиво, – прошептала она, глядя на небо, и Оливер отметил, что при этом в ее глазах отражалось разноцветье.

– Неплохо, – согласился он. – Вы успели загадать желание?

– А под салют нужно загадывать желание?

– Почему нет? Традицию загадывать желание придумали люди, мы – люди, соответственно, мы можем придумать свою традицию.

Она опустила глаза, и в этот момент как раз погасли последние вспышки. Оливер хотел добавить что-то еще, но внезапно забыл что.

– Что? Что-то не так? Прическа все же растрепалась из-за выпавшей шпильки? – Она потянулась было к волосам.

Оливер перехватил ее руку:

– Нет. Все идеально.

Пару мгновений они смотрели друг другу в глаза.

– Оливер! – Они вместе обернулись на крик.

Там стояли Марго, Барт и мисс Изабеллтон, делавшая ему приглашающий жест. Никки снова повернулась к нему:

– Это нечестно.

– Что именно? – удивился он.

– Вы в маске, а я без, – грустно произнесла она и, внезапно отвернувшись, двинулась прочь.

Оливер хотел последовать за ней, но передумал, потом снова захотел и снова…

– Оливер, вы уже готовы возвращаться? – раздался совсем рядом настойчивый голос.

– Да, мисс Изабеллтон, – ответил он, не оборачиваясь. – Вы не слишком утомились?

И вздохнул, услышав:

– Я полна сил как никогда!

* * *

Вернувшись домой, я буквально вырвала шпильки из своих волос. Не знаю, почему меня так выбила из колеи встреча с лордом Оливером. Наверное, начало было положено, когда я увидела тот стенд с масками от «Шарлоттса». Как бы я ни старалась отвлечься мыслями, этот магазин был буквально повсюду! А затем эта встреча… Последний удар был нанесен, когда я увидела его друзей. Все четверо были одеты так, как одеваются, наверное, где-то во дворце. И выглядели они как люди, случайно попавшие на увеселение для простонародья.

Я замерла, прикрыв глаза. Лорд Оливер никогда не одевался так, как был одет этим вечером. Я-то считала чересчур помпезным тот костюм, в котором он являлся в лавку. Но судя по сегодняшнему вечеру, где на нем был белый мундир, тот костюм являлся для его светлости простым ежедневным. Как для меня хлопковое платье.

Не знаю, почему меня так огорчило осознание дистанции между нами, вернее, пропасти – ведь я и раньше о ней знала. Но теперь она словно разверзлась во всей своей красе.

– Ну и что, Никки! – произнесла я вслух, взглянув в зеркало и щипая щеки, которые были уж слишком бледными – наверняка не чета румяным щекам той девушки, что звала его по имени. Верно, они с друзьями решили прогуляться сегодня парами. – Зато совсем скоро ты получишь заказ из дворца, а к концу месяца станешь богаче на полсотни золотых и забудешь о его светлости навсегда!

Последнее повисшее в воздухе слово почему-то не подарило