Контракт - Дмитрий Панасенко

перевала, три месяца в передовых дозорах за стеной… Четыре экспедиции в Прогнилье. Исключена с позором и лишением всех наград и заслуг за… — Вновь приостановив чтение, молодой человек поднял глаза на дикарку, после чего перевел взгляд на стоящего в паре шагов Гарриса.

— И как это понимать?

— Просто читайте до конца, господин… — Вздохнул почему-то смутившийся так, будто это его уличили в преступлении здоровяк и с извиняющимся видом глянул на, нервно тискающую древко своей секиры великаншу. — Я ведь не совсем дурак, беду к нам на плечах тащить.

«Пока все выглядит так, что ты все же ее притащил.»

— Клянусь своей душой, добрый господин, Сив хоть с лица так сразу и не скажешь, в душе чистый ангел. А что рыцарю… уд оторвала… то есть… э-э-э… гениталии… повредила…, и коня под ним убила… так то по молодости да простоте. И греха на ней ни перед мирскими властями, ни перед церковью нет. Ибо душа ее проста, а разум мал как оливковая косточка и ведает она не больше ребенка. Но как любое чистое дитя стремится она к свету Великой матери, Создателя и Императора. Это так его святейшество епископ, когда индульгенции подписывал, сам выразиться изволил. Жизнь, ваша милость, иногда такие кренделя, выписывает, что сам проклятый ногу сломит. Создатель большой шутник, то ты сверху-то тебя…

— Молчать!.. — Неожиданно рявкнул Гаррис.

— Как прикажете, господин. — Тут же склонился в низком поклоне магут.

— Недостойное имперского солдата поведение, нападение на старшего по званию, упрямство, скудоумие… Вернулся к чтению Август. — Попытка к бегству… Позорное наказание строем… — Гаррис кашлянул. Дикарка громко засопела. От лица великанши казалось можно стало зажигать лучины. — Схвачена паладинами святого официума имея обвинения в мародерстве, дезертирстве, разбое, убийстве, неповиновении, развратном поведении, членовредительстве, и злонамеренном чернокнижии. Назначено временное содержание в монастыре Монблау… Буйное поведение, пострадало шестеро братьев-монахов… Назначено покаяние… Епитимья аннулирована в связи с sine culpa[33] и оказанием множества неоценимых услуг[34] святому престолу. Признана полностью искупившей грехи и познавшей свет истинной веры. Все прегрешения перед церковью Создателя прощены решением высшей комиссии святого официума… Все прегрешения перед мирскими властями признаны ничтожными. Лицензия охотника… Присуждена квалификация охотник шестого круга доверия с правом свободного ношения и предоставления меча… — Нервно дернув щекой цу Вернстром снова поглядел в сторону внимательно разглядывающей кирпичи стен северянки.

«Похоже этот цу Жанэ просто надутый дурак. Шестой круг. Теперь, если их выгнать, это действительно будет выглядеть… подозрительно.»

Юноша невольно вздохнул. Шестой круг. Дело осложнялось. Шестой круг доверия это не просто звание сотника, это фактически безземельное и ненаследное дворянство. Неподсудность мирскому суду кроме суда Наместника и Конгрегации. Обязательства гостеприимства от любого гражданина империи. Выше стоят только действительные инквизиторы. А значит этот жадный мешок сала, его «дорогой брат» просто не имел права объявлять награду…

«Подумай, за что эту двух слов связать не могущую дикарку одарили такой честью. За красивые глаза или певческий голос? Сомнительно.»

Бесы. В пекло. Невольно скрипнув зубами юноша перешел к последнему, наименее нагруженному разнообразными оттисками и печатями свитку. — Претензия об оскорблении власти барона Серена де Жане рассмотрена заседанием курии славного города Ислева и признанна несущественной за отсутствием злого умысла и состава преступления. Святой официум просит[35] барона снять награды за поимку Ллейдера из рода Чернооких и Сив Энгинсдоттир, а также не чинить им в дальнейшем препятствий и мести. Старший прокуратор Ислевского официума Густав фон Бирхе… — Аккуратно свернув бумаги Август протянул их с победным видом смотрящему на него Ллейдеру.

— Все ясно… господа.

— А… Я поняла. — Неожиданно снова разулыбавшись великанша звонко прихлопнула ладонью по топору. — Ты, барон, наверное, не любишь тех, кто другим богам поклоняется? Так, знай, я теперь старым богам не служу. Хочешь штуки покажу?[36]. У меня есть большой бог из чистого серебра, а еще сигил белой бабы… То есть, девы… То есть, Великой матери. Он медный, но мне его сам большой жрец подарил… Только они… это… — Дикарка почесала в затылке. — Я их прячу. Чтоб не спер никто. Сив коротко глянула на магута и не дождавшись ничего кроме кривой ухмылки нерешительно потянулась к перетягивающим грудь завязкам. — Ллейдер, подержи железку. Я их в повязки зашила, чтоб нипочем не потерять, сейчас достану.

«Ха. Похожа она действительно глупее дубовой колоды. Но не забывай, шестой круг доверия так просто не дают. Возможно это просто игра.»

— Думаю, мы насладимся созерцанием святых инсигний, как-нибудь в другой раз. — Августу пришлось собрать все остатки самообладания, чтобы его тон оставался ровным. Мысли неслись вскачь. Принимать странную парочку на службу не хотелось. До смерти не хотелось. Головная боль снова напомнила о себе, стянув виски раскаленным обручем. Арбалетчик, герой последней военной кампании… иметь в дружине такого воина не постесняется и бургомистр Ислева, но он магут, и этим все сказано. Что касается дикарки… Некоторые из историков сравнивали по мощи одного северянина с целым рыцарским копьем[37]. И судя по тому что он видит перед собой они не сильно погрешили против истины. Вполне возможно представить как эта здоровячка ссаживает с коня латника ударом секиры. Или кидает в строй пехоты камень весом в десяток стоунов. И даже если это было преувеличение… С другой стороны, иметь под боком это… Историки, географы и философы, трактаты которых цу Вернстром внимательно изучил, перед тем, как отправится на фронтир, описывая север и обычаи северных народов настолько часто противоречили друг другу и даже самим себе, что казалось некоторые книги были написаны не на основе реально наблюдаемых фактов, а являются просто игрой воображения автора. Но все они в один голос утверждали следующее. Северяне может и выглядят как люди, но общего между северным дикарем и человеком не больше чем между змеей и веревкой. Это дикие необузданные животные, прославляющие кровь и смерть. А еще, все, без исключения, северные племена славятся не только умением драться и выживать в любых обстоятельствах, но и способностью создавать неприятности. Держать нордлинга рядом с собой все равно, что запустить в овчарню голодного волка. Все. Решено. Конечно, учитывая, невесть каким образом полученный северянкой статус ловчего шестого круга, их не удастся просто выкинуть взашей. Это действительно может выглядеть подозрительно. И привлечь чье-то внимание. Но с другой стороны, можно отговорится нелюбовью к дикарям, что, по сути, является правдой. А еще, можно выплатить им небольшую компенсацию. Да, неустойка не должна обойтись слишком дорого. Наверняка эта парочка удовольствуется бочонком вина… Статус статусом, но перед ним, по сути бродяга и лишь недавно приобщившаяся к благам цивилизации варварка… Август моргнул. Боги. Ну он