Обаятельный гарем желает познакомиться - Наталья Сергеевна Филимонова

конечно… — я рассеянно осмотрела инструменты, среди которых особенно выделялись гигантские ножницы. Мда… интересно, их тут хоть стерилизуют? — Впрочем, я бы предпочла все проконтролировать. Раб новый, недешевый, мало ли что.

— Как будет угодно благородной эрти… тогда пусть ваш раб снимет шальвары и сядет вот сюда, разведя ноги…

Мальчишка покрылся испариной. Ну же, дурачок, отойди от меня, мне нужно, чтобы мясник к тебе отвернулся…

— Рами, поставь танбур у стенки и выполняй!

Не подчиниться скованный браслетом парень не мог. Так что он пристроил музыкальный инструмент и сделал шаг к высокому стулу, на ходу спуская шальвары…

Чтобы в следующую секунду грохнуться в обморок.

О черт. Только этого мне не хватало. Значит, теперь быстро.

Мясник как раз повернулся на грохот и собрался, кажется, что-то говорить.

Я резко вскинула правую руку, выставив вперед средний палец, на котором красовалось кольцо с крупным изумрудом, и быстро прикоснулась им к затылку местного “работника”. Тот на мгновение замер — и сполз на пол следом за Рами.

Вот так. Вот это самое тебе, а не калечить мальчишку.

Разумеется, Ирмаин не мог просто так отправить меня в окраинные районы в сопровождении одного только пожилого невольника. Мой муж, конечно, стар, но из ума уж точно не выжил. Так что все пальцы у меня были унизаны кольцами с ооочень непростыми свойствами. В основном — для самозащиты. Убить ни одним из них нельзя, но вывести из строя даже нескольких противников вполне возможно.

Изумруд на среднем пальце был добавлен в последний момент. Недоработанная модель, как пояснил мой новоявленный муж. Чтобы артефакт сработал, надо прикоснуться им к голове человека. Непрактично. Зато уж если получится, то результат такой, что любо-дорого — жертва не только мгновенно вырубится на ближайшие 15 минут, но и не сможет потом вспомнить, что с ней было в предыдущие полчаса. Так что — все видели, как мы входили в будку и выходили из нее. А что местного работника сморило в такую жару, никто и не удивится. Для него этот день будет мало отличаться от всех прочих.

— Теперь быстро! — я развернулась к рыжей. — Как тебя зовут?

— Джарис, — как-то чуть заторможенно ответила та, кажется, пытаясь осмыслить происходящее.

— Джарис, мне нужна твоя помощь. Этого борова нужно оттащить на его место, будто он просто задремал.

Я тут же схватила “борова” за одно плечо, но меня уже ненавязчиво оттеснил Керим.

— Позвольте, я помогу, благородная эрти.

Не хотелось бы нагружать старика… но он прав, от меня помощи все равно будет немного. Джарис, в отличие от меня, выглядит тренированной и сильной, на нее вся надежда. Да и спорить особенно некогда.

Я слегка похлопала по щекам Рами. Черт! Что же с ним делать?

— Керим, а кровь здесь после… процедуры останавливают?

— К-конечно, эрти, — пропыхтел тот.

Хорошо! Значит, не придется изображать кровавые пятна на штанах. Да, штаны! Шальвары пора натянуть на законное место. Вот так.

Ах да, Керим ведь уже говорил, что все заживляют сразу…

Подошедшая Джарис — неужели уже управились? — легонько ткнула в бок бесчувственного парнишки носком тряпичной туфельки, хмыкнула, присела — и от души залепила Рами пощечину.

Тот слабо застонал и приоткрыл глаза.

— Уже… все? — едва слышно прохрипел он.

— Все, все, — пропела я. — Поднимайся!

— Я ничего не чувствую, — отрешенно сообщил мальчишка. — Так и должно быть? Наверное, теперь я никогда не буду ничего чувствовать…

Джарис закатила глаза и, подхватив Рами под мышки, рывком подняла его на ноги.

— Я больше не мужчина, — драматически прошептал он.

— Да на месте твое хозяйство! — не выдержав, рыкнула рыжая.

Мальчишка перевел с нее на меня недоверчивый взгляд, а потом, все так же опираясь плечом на наемницу, схватился за пояс шальваров и чуть оттянул его.

Наверное, такое лицо могло бы быть у истинного ценителя прекрасного, разглядывающего коллекции Эрмитажа. Просветление, восторг, восхищение, откровенное любование — все это было написано на чумазой мордашке Рами одновременно, пока он заглядывал в собственные штаны. Как будто ничего прекраснее в своей жизни он не видел.

— Ты перестанешь быть мужчиной, — скорректировала я, — если мы еще хоть немного здесь задержимся. Так что шевелись!

Быстро-быстро закивав, парень дернулся — и тотчас снова обвис на плече наемницы.

— Ноги не держат, — застенчиво сообщил он.

Джарис, не говоря ни слова, подхватила его поудобнее за талию и повела. С другой стороны подставил плечо Керим. Я возглавила процессию.

Ну а что… не все же выходят на своих двоих. У парня, в конце концов, шок! Так что проведенную процедуру подтвердит потом любой, кто видел, как мы выходили. И никто к нашему новому евнуху и его пребыванию в гареме не придерется!

— Танбур! — простонал мальчишка уже на выходе, и Керим, как-то обреченно вздохнув, подхватил инструмент.

Что ж, наш гарем состоит уже из одной жены, одной наложницы и одного евнуха. Будем считать, что начало положено!

Глава четвертая. У меня есть для вас вакансии

Поход по рынку вышел утомительным. Зато в течение следующего часа мой штат изрядно пополнился…

…Для начала — робкой (по крайней мере, на первый взгляд) девицей по имени Айсылу, которая продемонстрировала вышивку своей работы. Честно говоря, я всегда думала, что такое возможно только машинным методом. На платке, который продавец показывал с такой гордостью, будто выполнил его лично, раскинулось цветочное поле, где не то что каждый стебелек — каждая капелька росы была тщательно выписана тончайшими нитками. Любоваться на эту красоту можно было бесконечно, выискивая все новые детали. Как оказалось, Айсылу умеет не только вышивать, но и шить практически что угодно. Поистине бесценная сотрудница. Так что за нее я отдала золотой с легким сердцем.

И, пожалуй, это была мое единственное вполне здравое и разумное приобретение.

Зато следующая покупка обошлась мне в несколько медяков. Крупный, явно сильный и тренированный мужчина, чья обнаженная спина была покрыта старыми шрамами и новыми ранами так, что на ней просто не оставалось живого места. Собственно, и отдавали его за бесценок — потому что толку от такого раба немного. Сильный, но слишком своевольный. Рано или поздно неизбежно запороли бы до смерти.

Будем считать, что этого диковатого вида мускулистого дядьку я за его мышцы и присмотрела. В доме Ирмаина служат одни старики, а чтобы привести в порядок целый дворец, мужская рабочая сила точно понадобится. В евнухи-то такой точно уж не