Грамляне - Алексей Костенко

Глава 18

(В которой Темар становится Пуром и заселяется в говорящий дом.)

Темар едва успевал за учителем Грумом, с любопытством вертя головой. А посмотреть было на что. В широком коридоре слева и справа на стенах висели большие картины с самыми разнообразными сюжетами. Стоило сосредоточить взгляд на одной, как она начинала оживать, а один богато одетый дядечка на портрете даже подмигнул и ободряюще кивнул. Попадались и двери с надписями на незнакомом, но понятном языке. «Аналитическая алхимия», «Практическая магия», «Психоделическое воздействие», «Астральные сущности» и тому подобные, совершенно бессмысленные названия. Язык, на котором разговаривали Темар с учителем Грумом, был не родным, не грамлянским. В конце коридора они спустились по винтовой лестнице, миновав несколько площадок с похожими коридорами, отходящими от них и наконец вышли на улицу. Темар остановился потрясённо глядя на ярко освещённый ярким полуденным солнцем огромных размеров двор, со всех сторон окружённый высокими многоэтажными зданиями. Множество детей, одетых в одинаковые по фасону, но разные по цвету одежды, бегали, радостно визжа, некоторые чинно шли через двор, под присмотром воспитателей. На клумбах росли цветы, раскидистые деревья осеняли красивые скамейки, на которых сидели преподаватели, в мантиях, похожих на таковую у учителя Грума, только других цветов.

– Мы что на поверхности Земли? – Спросил Темар, не веря своим глазам.

– На поверхности, но не Земли. Эта страна называется Гория. – Рассеяно ответил учитель, думая о чём-то своём.

На них никто не обращал внимания, только некоторые преподаватели вежливо кивали, не прерывая беседы в тени деревьев. Учитель Грум так же вежливо наклонял голову в ответ, о чём-то сосредоточенно думая. Они прошли через огромную арку сквозь одно из зданий и попали в другой двор, с раскиданными по нему небольшими домиками. В центре двора стояло здание побольше, откуда вывалилась знакомая толпа детей вместе со статной, высокой дамой в строгих чёрных одеждах. Дети перебивая друг друга кричали:

– Учитель Грум просил… Новый ученик телепортировался… Такой странный… Испугался, наверно в первый раз…

Тут дама подняла взор и увидела Темара в сопровождении Грума.

– Тихо! – Ожидаемо сильным, но красивым, грудным и удивительно молодым голосом произнесла ключница, а это была конечно она. Дети сразу замолчали.

– Здравствуй уважаемая Кари. – Поклонился Грум.

– У тебя есть хороший домик для нового ученика моего класса? Мне бы хотелось поселить его отдельно, пока я не подберу ему кого-нибудь для совместного проживания.

– Магистр, вы же знаете, что многие школьники других факультетов живут по-трое, и даже по-четверо в домике. Могу временно подселить к двум вашим старшекурсникам. – Строго сказала ключница, сверкнув неожиданно зелёными глазами.

– Но недавно освободился хороший домик, после того как мы отчислили двоих с моего факультета. Насколько я знаю они как раз жили вместе. И здесь особый случай, скоро сама узнаешь. – Грум просяще посмотрел на строгую Кари.

– В этом доме поселился с утра новый учитель, как раз по вакансии твоего факультета. – Не сдавалась Кари.

– Хорошо, хорошо, это личная просьба и я у тебя буду в долгу. Пожалуйста, это важно для меня, очень важно. – Умоляюще произнёс Грум.

– Ну если так, то пошли, что-нибудь придумаю. – Сдалась наконец ключница.

– А вы что рты пораскрывали? Марш в класс! – Прикрикнула на детей Кари и те радостно галдя побежали к арочному проходу. Похоже дети здесь не очень-то боялись учителей. В Плюце порядки в школе были намного строже. Вскоре они подошли к маленькому домику в самом конце двора, укрытому от любопытных взоров живой изгородью и деревьями.

– Как тебя зовут мальчик? – Спросила ключница, подойдя ко входу.

– Темар.

При звуке этого имени Кари внимательно, с любопытством посмотрела на него.

– Так вот оно что. Вот кого ты решил спрятать подальше. Это действительно он? – Кари повернулась к Груму.

– Очень похоже. Всё сходится. – Пожал плечами Грум.

– Скоро будет ясно окончательно, а пока давай никому не болтать, ты же хранитель. А зарегистрируй его, ну скажем как Пура. – Учитель повернулся к ничего не понимающему Темару и сказал:

– Для всех ты теперь Пур. Никому, слышишь никому не называй своего настоящего имени. Это очень важно! – Учитель Грум серьёзно смотрел на Темара.

– Пожалуйста поверь мне. Это очень важно! – Повторил ещё раз Грум, его голос дрожал. Ничего не понимающий Темар переводил взгляд с него на ключницу и обратно. Он совершенно растерялся, но одно он сразу почувствовал – эти люди ему не враги и искренне желают добра. Он молча кивнул. Ключница повернулась к двери и произнесла:

– Отныне Пур твой хозяин и даже я не смогу впредь зайти без его разрешения.

Повернувшись к Темару она добавила уже мягче:

– Поздоровайся же с Домом, Пур.

Темар перестал чему-либо удивляться и мало что понимал, поэтому покорно произнёс:

– Здравствуйте, я Пур.

Дверь гостеприимно распахнулась.

– Заходи, располагайся. Сегодня тебя уже никто не побеспокоит. Если проголодался, то садись за стол и проси чего захочешь. Если нужно что-то узнать спрашивай у Дома, он знает очень много. До завтра, Пур! – Улыбнулась ключница и вместе с учителем Грумом удалились, оживлённо беседуя на каком-то непонятном, свистящем языке. Темар зашёл в дом и дверь за ним тихо затворилась, а внутри зажёгся мягкий, но довольно яркий свет.

Глава 19

(В которой взрослые всё-таки попали в тронный зал и что из этого вышло.)

Этаким строем шли мы друг за другом по узкому тоннелю, хорошо что не приходилось пригибаться. Здесь в основном царил приятный полумрак естественного свечения, лишь перед поворотами, на потолке горели тусклые светильники, которые были видны издалека. Фактически после каждого изгиба вдали маячило световое обозначение другого, что придавало путешествию некую приятственность. Согласитесь, когда видна цель, пусть и промежуточная, шагать становится намного веселее. Мы почти не разговаривали, думая каждый о своём. Дорога заняла не так много времени, или наверху путь был слишком извилист, или что-то со временем в проходе было не так, но через пятнадцать минут мы стояли у нужной двери, которая открылась без проблем. С обратной стороны она была облицована точной копией каменных блоков из которых состояли стены лаборатории, поэтому после того, как дверь закрылась обнаружить её стало почти невозможно.

– Глотни немного. – Сказал я Буку, протягивая ему белый флакон с отдельной полки. А сам открыл красный. «Интересно, не ошибся ли я? Последствия-то непредсказуемы.» – Думал я, глотая приятную, холодящую нёбо жидкость. Всё должно быть правильно, но меня всё равно терзали смутные сомнения. И подъёмник нас сюда отказался доставлять, и эти крылатые опустошители… Всё происходит не благодаря, а вопреки. Ой не так всё просто, как кажется на первый, непритязательный взгляд. И этот в изумрудном, ведь ничего толком не объяснил, а только запутал, и очень похоже, что верить ему до конца нельзя. «А, будь, что будет.» – Я сплюнул в раковину и сказал:

– Пошли, нам нужно кое-что забрать.

Вскоре мы вышли из покоев и оказались в коридоре, ведущем в тронный зал. Первой распахнулась ниша Витязя Надежды с белыми доспехами, и Бук остановился, как будто его что-то удерживало на этом месте.

«Значит всё правильно. Он Витязь надежды». – Удовлетворённо подумал я и сказал:

– Ты облачайся, а я чуть дальше пройду.

Процесс переодевания не занял много времени. До чего же удобно в этих с виду громоздких, но совершенно не ощутимых на теле доспехах. И ощущение забытого могущества, какой-то дремлющей ужасающей силы, как будто мне ничего не стоит уничтожить всю Землю, и ещё страшная мысль, что похоже раньше, я нечто подобное уже проделывал, только не повезло другой планете. Меня кинуло в дрожь.

– Что с тобой, Гук? – Обеспокоенный товарищ участливо заглядывал мне в лицо:

– У тебя Бездна в глазах и вселенским холодом веет! Ты меня пугаешь!

– Ничего, сейчас пройдёт. – Я встряхнул головой, что вроде бы помогло, ощущение могущества осталось, а жуткие мысли, или чужие воспоминания, попробуй разберись что – пропали.

Проход открылся только в моей нише. Ниша Витязя Надежды так и осталась просто подсвеченной изнутри выемкой в стене. А портал переливался цветами Витязей трёх достоинств, превращаясь в перспективе в точку. Пол полыхал багровыми сполохами, отделённый бесцветным промежутком от стен. Я смело ступил в проход и тут же меня ослепило множество молний трёх цветов, ударивших в меня из стен: белые, чёрные и голубые. Прозрачный промежуток заволновался, вздыбился призрачной стеной, гася разряды, которые впрочем не причиняли мне никакого вреда, а вот видения пронеслись в мозгу необыкновенные. Я вспомнил величие Тарии и её падение, видел грозных драконов, сновидениями создающих миры, и чудовищ воплощённых вырвавшейся из под контроля магией, я видел стройные ряды марширующих зомбированных существ, управляемых смеющимися монстрами, зомбированных в свою очередь демонами; видел плачущих от бессилия богов, не решающихся порвать ткань пространства и много ещё чего, пока наконец я не увидел место, где лежал скелет последнего дракона, от черепа которого ещё веяло силой жизни, ждущей своего мига, чтобы вырваться из заточения. Так мы и шли тоннелем между мирами: я, получающий удары информационных молний и Витязь Надежды, защищённый прозрачной стеной Паладина-Пророка. Только белые разряды достигали доспехов Бука и бесследно исчезали в них, остальные гасли в призрачном барьере.