Грамляне - Алексей Костенко

В первой нише была уже стандартная дверь с кнопкой, на нажатие которой впрочем не последовало никакой реакции.

– Наверно сломалась. – Сказал Темар:

– Пошли дальше.

В следующей нише сначала тоже ничего не происходило, Темар с Ланом уже собрались идти дальше, но дверь с противным скрипом всё таки стала открываться, застряв в приоткрытом положении, достаточном, чтобы протиснуться боком и взрослому человеку, не то что ребенку. Через щель был виден кусок стены из розовых кирпичей и пол выложенный причудливой мозаикой с непонятными символами.

– Пошли, может там отдохнем наконец. – Сказал Лан, который похоже устал так, что уже ничего не боялся.

– Я первый. – Сказал Темар, сам еле передвигая ноги, и смело продвинулся боком в щель между дверью и стеной, где встал перекрыв проход и выглядывая внутрь из-за приоткрытой двери. Лан уже забеспокоился и хотел подтолкнуть его, но тут он сам продвинулся вперед, позвав за собой брата.

Перед изумлённым взором путешественников предстал очень большой зал с каменными лавками по бокам, тремя большими креслами на постаменте в конце зала, причем среднее было чуть выше. Стены покрывали причудливая резьба и множество полотен, изображавших битвы грамлян: на одной с великанами, на другой с какими-то похожими на людей полупрозрачными существами. Там ряды золотых воинов неслись на орды всадников, явно не людей, сидящих верхом на огромных гондурах, только чешуйчатых, как спаки, а не покрытых мехом. На следующем полотне были огромные змееподобные монстры, которых даже не с кем было сравнить В многочисленных нишах, подсвеченных изнутри стояли сияющие вазы, блестящие доспехи, шлемы, всего сразу и не увидишь. От такого зрелища захватывало дух. Посредине зала из пола, слегка наклонённого к центру зала, били вверх и навстречу друг другу разноцветные струйки воды, с тихим журчанием стекающие через золотую сеточку куда то вниз. Они не смешивались между собой, что представляло из себя завораживающий, волшебный спектакль цветовой игры, перед которой блёкло выглядел даже калейдоскоп из разноцветных стекол. Перед лавками стояли маленькие причудливые столики из того же жёлтого металла. В полукруглой стене, расположенной за креслами виднелись три открытых прохода, выполненных в виде больших арок. Обессиленные ребята присели на оказавшуюся на удивление тёплой, как будто подогретой изнутри, лавку перед ближайшим столиком, сняли врезавшиеся в плечи лямки рюкзаков, положив последние на стол. Наскоро перекусив лепешками с сыром (конечно эти продукты назывались на языке грамлян по другому и вкус они имели конечно другой, чем продукты с поверхности) и запив всё водой из фляжки братья не заметили как уснули.

Глава 9

(В которой взрослые тоже используют лифт, но попадают совершенно в другое место.)

Отряхнув пыль с одежды и зайдя в башню мы довольно быстро попали в маленькую комнатку с рычажком, расположенным на стене, который Бук без колебаний передвинул в нижнее положение. Если бы он знал, что это уверенное движение надолго разлучит нас с его детьми и явится главным действием, приведшим ко всем последующим событиям, он бы не спешил. Нажми он полегче и через минуту мы бы обнимали братьев, щедро раздавая подзатыльники. Терзаемый сомнениями Темар, как вы помните слегка нажал на рычаг, отправив его в среднее положение, тогда как Бук уверенно перевёл его в нижнее.

– Похоже мы куда-то опускаемся. – Заявил я после того как пол вздрогнул, а желудок поднялся к горлу. Впрочем скоро он вернулся, но не на своё место, а гораздо ниже.

– Так недолго и обделаться! – не выдержал Бук. – Помню как-то я после трех жбанов пива объелся… Договорить он не успел, дверь поползла вверх, а мы выставили перед собой клинки, готовые ко всему. Коридор был довольно длинный, со множеством ниш по бокам и в нём ни малейших признаков того, что дети здесь когда-либо проходили. Это ощущение возникало потому, что и в башне, и в коридорах было неестественно чисто, как будто только что самая трудолюбивая грамлянка, страдающая к тому же мизофобией, полдня натирала полы, но одновременно с этим всё равно присутствовало ощущение какой-то заброшенности что ли, или забытости? Я оглянулся и тоже не увидел за нами никаких следов, так что отсутствие отпечатков ни о чём не говорило. Оставалось идти вперед, вздрагивая при звуках собственных шагов. Мы с Буком не робкого десятка, нас не испугает и стая голодных гондуров после спячки, когда они наиболее опасны. Но постоянное ожидание непонятно чего, заставляло нервно дергаться по поводу и без. А ещё ощущение того, что детям необходима помощь, а мы не знаем куда идти, и что любая ошибка может стоить нам слишком дорого. Короче говоря настроение ниже плинтуса.

Первая дверь справа в нише, кнопка на стене – не открывается; вторая немного дальше уже слева – не открывается; со скрипом открылась только пятая. Ступеньки ведут вниз, плавно загибаясь по спирали вправо.

– Идём? – Спросил я. – Надо проверять всё, что открывается.

– Идём! – Решительно ответил Бук и шагнул вниз по ступеням. Я последовал за ним. Стоит ли говорить, что дверь за нами закрылась, а кнопки с этой стороны не было. Сделав один оборот по лестнице вниз мы снова оказались перед дверью, на этот раз с оттиском ладони. Прислонив руку к отпечатку, я почувствовал лёгкий укол и, отдёрнув от неожиданности руку, увидел на указательном пальце маленькую капельку крови. «Если яд то тот, что быстрый, если раны – небольшой.» Почему то вспомнилась песенка времён осады Плюцы городом Горпятом, которая, как это почти всегда бывает у нас закончилась ничем. Если конечно не считать многих умерших от отравленных стрел с той и другой стороны и калек, последних из которых я ещё застал, гуляя в детстве с отцом в день, когда был заключён мир, и когда весь город выходит на праздничные гуляния.

Бешено заколотившееся было сердце быстро успокоилось и я, с отрешённостью обречённого ждал смерти. Минута показалось вечностью, дверь гостеприимно распахнулась, пропуская нас в очередной, на этот раз короткий коридор, в конце которого находилось такое, что легче обозвать чем назвать. В проёме была видна часть чего-то вроде медленно вращающегося шара, вспыхивающего крохотными искорками разноцветных огней и переливаясь при этом оттенками зеленого, голубого и жёлто-коричневого. Зрелище было настолько завораживающим, что на минуту мы замерли, чувствуя какую-то необъяснимую грусть на сердце.

Коридор закончился выходом в небольшой зал, в центре которого вращался не касаясь пола шар, очень похожий на школьный глобус, но какой-то живой вроде? Чем дольше я смотрел, тем труднее было оторвать взгляд и сосредоточиться на своём.

– Кто? Зачем? – Невольно вырвалось из моего рта. Был бы я впечатлительной девицей, плачущей втихаря над очередной, сто пятой книжкой про похождения бедной сироты, ставшей лучшим кузнецом среди грамлян, то это было бы простительно. Даже сэм, который как известно лучше всего только свой собственный, не оказывал на мой воспалённый мозг такого воздействия.

Из объятий гипнотического влияния меня вывел чувствительный тычок в бок.

– Гук, что с тобой?

На меня смотрел кто-то до боли знакомый.

– Очнись, надо идти искать детей! – Кричал Бук, тряся меня как сито, для просеивания породы. Постепенно в голове начало проясняться. Что же это было со мной такое? Шар вроде тот же, а уже не гипнотизирует, но всё равно притягивает взор. Лучше не смотреть от греха подальше. Я демонстративно отвернулся и сказал:

– Давай обойдём вокруг, убедимся, что здесь никого нет и назад.

Мы двинулись вокруг, пока не оказались у большой ниши в стене с массивным каменным креслом в глубине и столом со множеством кнопок и рычажков на нём.

– Всё чуднее и чуднее. – Пробормотал Бук.

– Что-то меня мутит. – Честно сказал я. – У тебя по-моему ещё осталось во фляжке?

Бук молча протянул походную баклажку. Открыв крышку я сделал большой глоток, второй. Третий не успел; Бук вырвал ёмкость из рук и сам сделал добрый глоток, после чего закупорил фляжку и убрал её в рюкзак. Плюхнувшись в кресло я предложил:

– Давай перекусим, с вечера же не жравши. Похоже поиски затягиваются, а силы нам ещё пригодятся…

И тут что-то произошло. Бук так и замер с рукой, прячущей фляжку в рюкзак, а шар продолжал вращаться всё быстрее, быстрее, быстрее…

Глава 10

(В которой дети ищут пропавшие рюкзаки, а находят магические артефакты.)

Аккуратно уложенный рюкзак исчез из-под головы и Лан проснулся.

– Мама! – Даже взрослые люди в такой ситуации вспоминают маму, не то что дети. Слёзы сами потекли по щеке, оставляя на ней грязный след. Постепенно он вспомнил где находится. Брат безмятежно спал на широкой лавке, подложив ладошки под щёку.