Бессмертные (СИ) - Катерина Мороз

class="p1">— Наверно Элиаш тебе сообщил — пособники бездушных, — Галемир мягко оттолкнулся от стола и обошел его с другой стороны, его указательный палец слегка касался дорогого дерева стола, — Знаешь ли ты почему их называют бездушными, дитя?

Я молчала, сжав зубы.

— Бездушные, означает — лишенные души. Они создания тьмы, не способные к привычной для нас жизни, — его голос такой же мягкий, такой же убаюкивающий, такой голос можно слушать вечно, — Они не знают, что такое сострадание, любовь и сама жизнь. Они не могут иметь детей, как обычные вампиры. Ты спросишь, как они появились? Ведь всего тридцать лет назад их не было. В церкви скажут, что это наша кара за незамоленные грехи перед богами, кто-то скажет, что они явились, чтобы очистить наш людской род от скверны. А я скажу, что это неудавшиеся эксперименты изгнанных алхимиков.

— Алхимиков? Как алхимики могли создать что-то подобное?

— О, моя дорогая, алхимики очень могущественны. И уверен, что им было под силу создать нечто подобное.

— При чем тут моя сестра.

— Твоя сестра много лет помогала мне найти их пособников, а также старалась обнаружить место, где они скрываются.

— Пособников? Кто станет помогать таким как они? — мое лицо скривилось от отвращения.

— Бездушные хоть и без души, полные людских пороков и агрессии, но все же бессмертные. А бессмертие — избавление от страха о конце такой короткой человеческой жизни.

— Кто пойдет на такое… — прошептала я, не веря своим ушам.

Я не представляю ни одного человека, который согласился бы превратиться в настоящего монстра, убивать, пить кровь и никогда не видеть солнечного света.

— Поверь мне, таких хватает, — фыркнул Галемир, обойдя стол и остановившись прямо напротив меня. Позади стояли Элиаш и Анзель. Спереди Галемир, все такие высокие, опасные и могущественные. Я как маленькая девочка съежилась от страха, но старалась не подавать вида. Получалось плохо. Сердце отбивало такую чечетку, что я боялась, что мне сейчас сделают замечание, чтобы не шумела.

— Как она помогала?

— Знаешь ли ты самую сильную ее способность, Вивьен? — голос его был вкратчивым, пленительным, он говорил так тихо, что мне приходилось напрягать слух.

Я покачала головой, сильнее сжимая кулаки. Ногти больно впивались в кожу, удерживая меня в этой реальности.

— Мадлен могла читать мысли, эта ее способность была просто потрясающей, она была единственной в своем роде. И кто-то решил ее убить.

— Признайся, Галемир, убийств стало слишком много, ты больше не контролируешь ситуацию, — голос Анзеля разрубил пополам спокойствие, которым гипнотизировал меня Галемир, я несколько раз моргнула и бросила угрюмый взгляд на вампира.

Он смотрел мрачным, тяжёлым, все ещё темнеющим взглядом на Главного Алхимика. Его глаза стали такими зелеными словно море перед штормом. По какой-то интересной и неизвестной мне причине Анзель недолюбливает Галемира и бездушные на него нападали. Хоть в чем-то мы с ним схожи. Враг мое врага — мой друг. Но Анзель вампир — мой враг. Но он может стать моим союзником, надо лишь сделать вид, что я ему доверяю больше, чем Галемиру. А еще лучше — свалить отсюда раз и навсегда. Но вместо этого я сказала резко, с легким отвращением:

— Почему здесь вампир? Почему он присутствует на этом разговоре?

Я намеренно подливала масла в огонь, их неприязнь друг к другу можно было потрогать руками, такая она была сильная, как они сдерживались и говорили вежливо, мне вообще было непонятно.

— Этот вампир, — Галемир сделал акцент на последнем слове, — Граф Анзель Гортер, прибыл к нам издалека и представляет Королевство Андант за горным перевалом. Королевство, в котором правят вампиры. Убийства — это осквернение дара Богов — жизни. И между нашими Королевствами было заключено соглашение, что убийства бездушными и его последователями должны быть прекращены любой ценой.

— Особенно, если убийства касаются одаренных — ворожил, — нагло добавил Анзель.

Галемир сузил глаза, его губы растянулись в ехидной ухмылке. Битва проиграна, но война все еще идет.

— То есть вы не знаете кто убил Мадлен, даже не знаете, как подавить культ бездушных, раз вам пришлось пригласить вампира, чтобы он сделал за вас всю грязную работу.

— Осторожно, девочка, — подал голос Элиаш, его голос превратился в шипение змеи, хоть какая-то эмоция — гнев, — Не забывай с кем разговариваешь.

Я даже не повернула голову в его сторону, хотя он стоял слева от меня.

— Непокорная бестия, — смакуя каждое слово проговорил Безадан, его глаза уставились в мои. Кажется, мое поведение не разозлило его, а позабавило.

— Больше мне здесь делать нечего, я хочу забрать тело сестры и уйти, — отчеканила я.

Я лопатками ощущала, как напрягся Анзель, но все еще вела немую борьбу с Галемиром, мы смотрели друг другу в глаза, не отрываясь.

— Твоя сила Вивье, какая она? — внезапно спросил он и я моргнула от неожиданности.

— Сила? — голос мой сильный, наглый, теперь задрожал.

Откуда ему известно? Это невозможно, никто не знает, никто! Даже Мадлен!

Анзель. Он знает, что я вчера ворожила и теперь он здесь, за моей спиной, я в ловушке. Я дернулась назад и почти уперлась в его каменную грудь. А ведь я помнила, как он целовал меня вчера, как ласкал, помню какие мягкие у него губы, мои пальцы почти ощутили мягкость его кожи. Сердце заныло. Но он сдал меня. Сдал Галемиру.

А чего ты ожидала, Вивьен? Он вампир! Здесь у тебя нет союзников.

— Мадлен была сильна, ты ее сестра, Вивьен.

— Меня проверяли в детстве, моя сила слабая, я совершенно не похожа на сестру, — огрызнулась я и все-таки сделала шаг назад и уперлась спиной в Анзеля.

И вдруг я ощутила, как теплые большие ладони вампира легли мне на плечи. Это был такой чувственный жест — так обычно поддерживают друзей. Его пальцы ласково сжали мою грубую рубашку, но я ощущала кожей, стоит мне дернуться и он отпустит меня. Это не тиски, это полу-объятия.

— Тогда тебе не стоит так нервничать, Вивьен, я проверю тебя и отпущу, — говорит Галемир, бросая на Анзеля острый взгляд темнозеленых глаз. Ему не нравится, что он здесь, ему не нравится, как фамильярно он касается меня. Анзель занял его место, сейчас он злодей, а не Анзель, хотя должны было быть наоборот.

— Нет, — отрезала я и, как кошка, вывернулась из объятий Анзеля.

Не поворачиваясь спиной, попятилась к двери.

— Вы не имеете право, я этого не хочу.

— Чего ты так боишься, Вивьен? Здесь ты в безопасности, — Галемир делает шаг ко мне, Анзель не двигается, а Элиаш даже не смотрит на меня. Я бросаюсь к двери, дергаю