Толковая Библия. Том 10 - Александр Лопухин

8—9

По ев. Марка, Господь разрешает апостолам брать с собою "посох", а по ев. Матфея запрещает (Мат. X, 10, также и по ев. Луки). Как согласить эти сообщения евангелистов? Христос вообще внушал апостолам доверие к Промыслу Божию, и предание могло сохранить эти наставления под двумя формами: под формою, в какой оно приводится у Марка и какая исключает всякие запасы для пути, но разрешает посох, просто как опору при влезании на горные тропинки, и ту форму, какую мы находим у Матфея и Луки, где посох понимается как орудие защиты против нападения каким апостолы могли подвергнуться во время своего путешествия: посох как оружие не свидетельствовал бы об их доверии к Промыслу... Точно также если ев. Матфей говорит, что Господь запретил брать апостолам в дорогу обувь, то он не противоречить ев. Марку, который сообщат, что Христос повелел апостолам обуваться в простую обувь. Матфей очевидно, имеет в виду запасные сандалии, но о таких не имеется упоминания у Марка, который, как и Матфей, имеет в виду только одну пару сандалий, какая была у апостолов надета на ногах.

10-11

См. Матф. X, 11—15.

12

Апостолы пока проповедовали только покаяние, как условие для вступления в Царство Божие, а о самом Царстве Божием еще не возвещали.

13

Изгнание бесов выставляется ев. Марком как первое дело апостолов (стр. I, 34) и отличается от исцелений больных. – Помазание маслом как в древности, так и до сих пор на востоке имеет значение лечебное (нечто в роде антисептической меры). Но апостолы, как видно из контекста речи в настоящем отделе, употребляли масло больше как символ того исцеляющего действия, какое они хотели совершить над тем или другим больным. Подобное этому действие совершил Сам Христос над слепым, помазав ему глаза грязью (Иоан. IX, 6). Употребляя масло, апостолы так сказать располагали больных к вере, что апостолы им могут помочь, а потом уже и совершали исцеления — конечно, тогда, когда на это была воля Промысла. Этот обычай и впоследствии существовал в Церкви (Иак. V, 14) и отсюда же идет употребление елея, при таинстве Елеосв., помазания.

14

(Ср. Матф. XIV, 1—3). Ев. Марк называет Ирода "царем" согласно народному словоупотреблению. Ирод же был только тетрарх. — Имя Его стало гласно. Очень вероятно, что Ирод слышал, об Иисусе от Иоанна Крестителя, а, может быть, до него дошли слухи о Христе тогда, когда апостолы пошли на проповедь.

15

См. Матф. XI, 14; XVI, 14; XVII, 10.

17

Начинающееся в этом стихе повествование об умерщвлении Иоанна Крестителя в общем сходно с сказанием ев. Матфея (XVI, 3— 12). Но все-таки есть у Марка ничто особенное. Так, в 19-м ст. он упоминает о злобе, какую питала к Иоанну Иродиада, в 20-м ст. сообщает, что сам Ирод уважал Иоанна за его праведность и даже советовался с ним. Это последнее сообщение представляет собою дополнение к сказанию ев. Матфея, который упоминает только о желании Ирода отделаться от Иоанна, обличавшего его и сдерживавшегося только боязнью пред народом (Матф. XIV,5). Отсюда мы можем заключать о двойственности какую обнаруживал Ирод в отношении к Иоанну: он то хотел убить его под влиянием раздражения, то, успокоясь, слушал его советы, если только они не касались его отношений к Иродиаде.

21

Тысяченачальники — это военные начальники в войске Ирода. Старейшины (οι πρω̃τοι) — это знатные люди.

27

Оруженосец (σπεκουλάτωρ — слово латинское), Так назывались царские телохранители, окружавшие царя на его выходах и во время пиршеств (ср. Свет. Клавдий, XXXV). Они же исполняли и царские повеления относительно казни осужденных самим царем лиц.

30—33

По возвращены апостолов из путешествия, Христос предлагает им одним отдохнуть в пустынном месте: здесь, в Капернауме народ не давал им возможности для такого отдыха. Апостолы, вместе со Христом (ст. 33 и Лук. IX, 10), отправились было на лодке, не сопровождаемые другими лодками с народом, но скоро народ узнал о том, куда они удалялись, и последовал за ними в это пустынное место.

33-44

О чуде насыщения пяти тысяч пятью хлебами см. в ев. Матф. гл. XIV, ст. 14-21. Ев Марк прибавляет, что Христос, сжалившись над народом, который был похож на овец без пастырей (ср. Матф. IX, 36), много учил здесь народ (ст. 34). Он же определяет ту сумму, какую апостолы находили возможным истратить на покупку хлеба для народа (200 динариев — около сорока рублей), и замечает, что Христос велел рассадить народ на зеленой траве — время было весеннее, пред Пасхою (ср. Иоан. VI, 2) — отделениями (39 ст.).

45—52

О чуде укрощения бури см. Матф. XIV, 22—33. Ев. Марк замечает, что Господь понудил Своих учеников отплыть раньше Его по направлению к Вифсаиду (45 ст.). Некоторые предполагают, что было два города с таким именем: Вифсаида Юлиева на восточной стороне моря где и произошло насыщение пяти тысяч, и Вифсаида западная, родной город апостолов Андрея и Петра (еп. Михаил). Но с таким предположением нельзя согласиться. Археологические исследования не открыли какой либо другой Вифсаиды, кроме той, которая находилась на северо-восточной стороне Тивериадского моря (VIII, 22). Лучше поэтому принять перевод (Воленберга) "понудил… плыть вперед на другую сторону – к месту, которое выходит на Вифсаиду", т.е. "лежит на противоположной стороне от Вифсаиды", около которой в настоящее время находились ученики со Христом. Таким образом ученики отправились в лодке, а Господь, по-видимому, намеревался пройти берегом моря, перейдя в брод через Иордан, отделявший Его от того места, куда Он направил Своих учеников. — Не вразумились чудом над хлебами потому что сердце их было окаменено (52). Это заявление евангелиста, по-видимому, стоит в прямом противоречии с тем фактом, что они раньше выступали проповедниками от имени Христа (ст. 30) и в особенности с свидетельством, ев. Иоанна о том, что ученики уверовали во Христа еще при самом призвании их (Иоан. I, 41, 49; II, 11). Но нужно различать между признанием Христа Meccиею и между способностью везде и при всяких опасностях руководиться этим признанием или убеждением. Мы постоянно наблюдаем, что христиане, в обычное время и в обычных обстоятельствах признающие силу Христа, колеблются в вере и надежде на Него в больших опасностях. Так и апостолы, под влиянием страха, забыли о всех прежних проявлениях спасающей силы Христовой и, как обыкновенные люди, не могли побороть в себе удивления пред новым чудом Христа, одно вшествие Которого в их лодку заставило утихнуть ветер.

53—56

О чудесах, довершенных Христом в стране Генисаретской, см. в ев. Матф. XIV, 34—36.

Глава VII. О чистом и нечистом (1—23). Женщина-хананеянка (24—30). Исцеление глухого косноязычного (31—37)

1

Беседа с фарисеями и книжниками о соблюдении преданий старцев, разговор с народом о фарисеях и беседа с учениками, какие вел Христос, объяснены в ев. Матфея XV, 1—20. Ев. Марк делает, впрочем, к сказанному Матфеем никоторые прибавления. Точно также у него есть изменение в порядке изречений Господа. Наконец, нельзя не отметить того обстоятельства, что у ев. Марка вопрос о чистом и нечистом поставлен на более широкую почву, чем у ев. Матфея: тогда как Матфей сводит в конце концов речь к вопросу о вкушении пищи неумытыми руками, у ев. Марка вопрос об умовении рук служит только иллюстрацией для разъяснения принципиального вопроса о чистом и нечистом (ср. Матф. XV, 20 и Марк. VII, 23).

3—4

Ев. Марк, имея в виду своих читателей-христиан из язычников, подробно передает обычаи омовения, каких держались иудеи при вкушении пищи. Бывая на рынке и дотрагиваясь до разного рода продающихся там предметов, еврей мог коснуться до чего-нибудь оскверненного.

19

и выходит вон, чем очищается всякая пища. В русском переводе мысль остается неясною. Лучше поэтому последние слова "чем…" понимать, как приложение к словам 18-го стиха: "Он сказал им". Ев. этим хочет сказать, что Христос сказал то, что содержится в 18-м и 19-м ст. — очищая (καθαρίζων — по лучшим чтениям) всякую пищу для употребления, т. е. уничтожая тем самым различие в достоинств яств (ср. Рим. XIV, 14 и сл.). Непосредственно, прямо, Христос не говорил ни слова против священных для израильтян постановлений Моисеева закона, но само собою понятно, что после вознесения Его христиане не могли уже принципиально считать для себя обязательным соблюдение постановлений Моисеевых о пище, и изречение Христа ев. Марк приводить как основание для нового, христианского, воззрения на значение пищи.