Гленнкилл - Леони Суонн

Мисс Мапл рассказала, как она добиралась до дома Джорджа, как в центре деревни ее чуть не сшибла машина и как большой рыжий пес преследовал ее. Потом она спряталась под кустом дрока у дома Джорджа и подслушала через раскрытое окно все, что говорилось в доме. Овцы были поражены ее смелостью.

— И тебе совсем не было страшно? — спросила Хайде.

— Было, конечно, — призналась Мисс Мапл. — Даже очень. Я потому так и задержалась, что боялась вылезти из кустов. Но я много чего услышала.

— А мне бы страшно не было! — заявила Хайде, косясь в сторону Отелло.

Но всех больше интересовало, что же услышала Мисс Мапл.

Мисс Мапл рассказала, что после полудня к Кейт приходило очень много людей. Маленькими группами или поодиночке. И все говорили одно и то же. Что это ужасно. Что это страшное несчастье. Что Кейт теперь должна быть сильной. Кейт почти не отвечала, только «да», «нет» и «ах», и сморкалась в большой платок. Но потом — уже поздним вечером — пришла Лили. Тут Кейт перестала реветь. «Как ты смеешь!» — закричала она. «Я только хотела сказать тебе, что мне очень жаль», — оправдывалась Лили. «Тебе он, во всяком случае, не достался», — прошипела Кейт и захлопнула дверь перед носом Лили.

— Как злая кошка, — сказала Мисс Мапл. — Точь-в-точь, как злая кошка.

Овцы не удивились. Памелы в романах тоже часто вели себя непонятно и злобно. И вскоре интерес к истории, которая так впечатлила Мисс Мапл, пропал. В конце концов, у них есть заботы поважнее.

— А у вас был удачный день? — со вздохом спросила Мисс Мапл. Она обиделась, заметив, что ее приключения никого больше не интересуют. Морды у овец вытянулись. Они рассказали, что с ними произошло.

— У него был открыт один глаз, — сказала Лейн.

— Мясник лежал на берегу, — добавила Мод.

— А Моппл все время молчит, — ввернула Хайде и сердито посмотрела на Моппла.

— Он был такой плоский, — заметила Сара.

— Мы поссорились, — наябедничала Корделия.

— Сэр Ричфилд нас посчитал, — сказал Рамзес.

— Парни забрали его с собой, — выпалила Зора.

Мисс Мапл вздохнула:

— Пусть лучше Моппл расскажет.

— А Моппла не было, — сказала Корделия.

Мапл удивилась.

— И Отелло не было! — вздохнула Хайде.

Мисс Мапл вопросительно посмотрела на Отелло.

Отелло рассказал о странном саде и о Джордже, которого в ящике зарыли в землю. По стаду пробежал шепот.

— Ямы у них никакой нет, и мертвых они закапывают. В саду. Ну, в общем, это похоже скорее на сад, не на огород, а на сад, и очень аккуратный. И знаете, как этот сад называется? — Отелло обвел всех блестящими глазами. — Сад называется «Божья нива»!

Овцы растерянно посмотрели друг на друга. Сад, в котором сеют мертвых!

— Это он, — пробормотал Ричфилд. Мапл посмотрела на него с беспокойством. Баран выглядел совсем старым, гораздо старше, чем обычно, и казалось, что его винтообразные рога слишком тяжелы для его головы.

— Но не очень-то они опечалились, эти люди, — продолжал Отелло. — Взволнованны были — да, но не огорчены. Нервничали. Черные и болтливые, как вороны, а мы знаем, чем питаются вороны.

Овцы кивнули.

— Мясника там не было, и они всё удивлялись почему. Теперь уже удивляться не будут.

Отелло фыркнул.

— А остальные все были: и Кейт, и Лили с Габриэлем, и Том, и Бесс, и Длинноносый… И еще многие, которых мы не знаем. Тощего мужчину, который приходил к Джорджу с теми тремя, зовут Джош Бакстер. Он трактирщик.

Все оглянулись на Мисс Мапл. Но самая умная овца лишь задумчиво потерлась носом о переднюю ногу. Овцы были разочарованы. Они полагали, что поиски убийцы будут куда более интересными, простыми и прежде всего быстрыми. Как в романах о Памеле, где вскоре после чьей-нибудь таинственной смерти появляется таинственный незнакомец с изможденным лицом в шрамах или с беспокойными холодными глазами. Он, конечно, хотел заполучить Памелу, но на второй или третьей странице с ним расправлялся на дуэли какой-нибудь симпатичный молодой человек. Но здесь все походило на настоящий детективный роман. Джордж быстро выбрасывал такие книги. Тогда они злились, но теперь поняли, что день-деньской без толку ломать себе голову не такая уж большая радость.

— Мы должны разобраться, куда отнести нашу историю, — произнесла Корделия.

Овцы вопросительно посмотрели на нее.

— В каждой истории речь идет о разных вещах, — терпеливо пояснила Корделия. — В романах о Памеле речь идет о любовных страстях. В сказках — о волшебстве. В книге об овечьих болезнях — об овечьих болезнях. В детективах — об уликах. Если мы выясним, какого рода наша история, мы будем знать, на что обратить внимание.

— Надеюсь, эта история не про овечьи болезни, — проблеяла Мод.

— Это детективная история, — с уверенностью заявила Мисс Мапл.

— Это любовная история, — неожиданно сказала Хайде. — Не понимаете? Лили, Кейт и Джордж. Все в точности как в романах о Памелах. Джордж любит не Кейт, а Лили. Но Кейт любит Джорджа. А потом — ревность и смерть. Тут же все так просто!

От восхищения собой Хайде подпрыгнула, как ягненок.

— Да, — осторожно протянула Мисс Мапл. — Только тогда умереть должна была Лили. А не Джордж. В тех романах были дуэли, и соперники пытались избавиться друг от друга. Но, — добавила она, увидев расстроенную мордочку Хайде, — я тоже об этом думала. Чем-то таким от этой истории все же попахивает. Но смысла в этом, конечно, никакого нет.

— Это любовная история, — упрямо повторила Хайде.

— А если у Джорджа был соперник? — спросил Отелло. — Кому-то еще нравилась Лили? Или, например, он защищал Кейт?

Мисс Мапл задумалась, но продолжать эту тему она больше не захотела.

Немного позже, когда большинство овец уже спали, Моппл, который впервые в своей жизни не смог заснуть, увидел сквозь открытую дверь сарая овечью фигуру, неподвижно стоящую на скале и смотрящую на море. Это была Мисс Мапл. Моппл направился к ней. Сначала они просто стояли рядом в дружеском молчании. Потом Моппл рассказал ей об ужасах этого дня.

— Так много, — наконец сказала Мисс Мапл.

Моппл вздохнул.

— Да, много. Иногда мне становится немного страшно. Долго смотреть на море, я имею в виду, как Зора, я бы не смог.

— Я имела в виду вовсе не море, Моппл, — мягко отозвалась Мисс Мапл. — Так много всего произошло. Раньше редкий путник проходил мимо. И вдруг они приходят сюда толпами. Прокрадываются даже утром, в тумане. Мясник и тот, другой. Действительно ли мясника сюда заманили? Кто? Зачем? Почему эти люди под липой боятся его смерти, хотя он им и не нравится? Мы должны на все обращать внимание, Моппл. Ты должен все запоминать.

Моппл гордо поднял голову — да, у него действительно самая лучшая память в стаде. И тут он вспомнил, почему утром он тайком выбрался из сарая.

— Я кое-что уже запомнил, — заявил он.

Моппл рассказал, что, когда он вместе с Ричфилдом стоял на холме, Ричфилд видел Габриэля, Джоша, Лили и мясника. Один из них нагнулся. Что-то поднял? Что-то положил? Или что-то сорвал? Но тут Ричфилд чихнул. Пять раз подряд. Когда он прочихался, то уже не мог вспомнить, кто нагнулся и что держал в руке.

— Забыл! — страдальчески вздохнул Моппл. — После трех чихов. Невероятно! А теперь он пытается меня запугать, чтобы я его не выдал.

Моппл наклонил голову:

— Я бы и не выдал. Мне нравится Ричфилд. Он наш вожак. Но мне кажется, что это улика.

Он вопросительно посмотрел на Мисс Мапл. Она все еще любовалась ночным морем.

— Улика, — задумчиво протянула она. — Но в чем она уличает? Не в характере Ричфилда запугивать других овец, когда они говорят правду.

Она помолчала.

— Это странно, — произнесла она после паузы. — Ты умеешь молчать, Моппл? — доверительно спросила она.

Моппл Уэльский замер.

И тогда Мапл рассказала ему об отпечатке овечьего копыта на животе Джорджа.

— Какая-то овца очень сильно ударила Джорджа копытом в живот, — сказала она. — Или наступила на него. Трудно сказать. Самый важный вопрос — когда? Перед его смертью? Возможно. Но незадолго до нее, это точно, потому что след был слишком отчетливый. Это означает…

Моппл напряженно смотрел на нее.

— Это означает, что незадолго до смерти или сразу после нее рядом с Джорджем была овца. Или во время его смерти. Сильная овца. Или тяжелая.

Она вопросительно взглянула на Моппла.

— Но зачем овца наступила на Джорджа? Она защищалась от него? Как с таблеткой кальция?

Моппл вспомнил о таблетке кальция и шевельнул ушами.

— Но самое странное, — сказала Мисс Мапл, — самое странное, что эта овца ничего нам об этом не рассказала. Почему? Или все забыла…

— Ричфилд! — вскрикнул Моппл.

И тут же смутился. Все-таки он обещал молчать. Но Мисс Мапл даже не обратила на это внимания.