Карт-бланш - Джеффри Дивер

В Британии носить оружие разрешается лишь отдельным представителям исполнительных органов — официально уполномоченным полицейским.

— По-моему, не самая лучшая мысль — указывать тут мое подлинное имя, — заметил Бонд.

Об этом Осборн-Смит, судя по всему, не подумал.

— Да, пожалуй, вы правы. Тогда воспользуйтесь оперативным псевдонимом. Джон Смит какой-нибудь, например. Заполните личные данные и опросник на обратной стороне. Если забуксуете, зовите, я вас вытащу.

— Займусь немедленно.

— Вот и чудно. С этим улажено. Тогда свяжемся позже, когда разберемся каждый со своим секретным заданием. — Осборн-Смит похлопал по портфелю. — Я в Кембридж.

Развернувшись, он умчался из кабинета так же стремительно, как и появился.

— Бывают же такие недоделанные, — прошептала Мэри Гуднайт.

Бонд рассмеялся, взял со спинки кресла пиджак и прихватил топографический атлас.

— Я сейчас в оружейную, заберу пистолет, а потом меня не будет часа три-четыре.

— А заявление, Джеймс?

— Да, точно. — Он порвал документ на тонкие полоски и рассовал между страницами вместо закладок. — Незачем лишний раз тратить наши стикеры. Транжира — пособник врага, сама понимаешь.

Глава 12

Через полтора часа Джеймс Бонд сидел в своем «Бентли-континентале-GT», серой пулей летящем на север.

Он размышлял о том, как обвел вокруг пальца Перси Осборн-Смита. Кембриджский паб с самого начала показался ему малоперспективным. Может быть, сообщники там и перекусили — судя по чеку, обед был на двоих или троих. Но состоялся он неделю с лишним назад, так что вряд ли кто-нибудь из персонала вспомнит по приметам Ирландца и его сотрапезников. И вряд ли такой предусмотрительный человек, как Ирландец, будет обедать в одном и том же месте — скорее всего он постоянно меняет дислокацию и за покупками ходит в разные магазины.

Разумеется, кембриджскую зацепку все равно стоило отработать — и в то же время следовало отвлечь Осборн-Смита. Бонд не мог допустить, чтобы Ирландца или Ноя арестовали и отволокли в Белмарш, как наркодилеров или исламистов, покупавших подозрительно много удобрений. Обоих подозреваемых надо сохранить в игре, иначе ничего об «Инциденте-20» не выяснить.

Бонд, заядлый игрок в покер, решился на блеф. Изобразил плохо замаскированный интерес к пабу, обронив заодно, что заведение находится недалеко от Уимпол-роуд. Для большинства этот адрес был бы пустым звуком, но Осборн-Смит, по расчетам Бонда, не мог не знать, что на этой же дороге расположен секретный правительственный объект, связанный с Портон-Дауном (Уилтширский исследовательский центр Министерства обороны, занимающийся биологическим оружием). Бонд наткнулся на него, когда просматривал карту. Ничего, что объект находится в восьми милях к востоку, с другой стороны от Кембриджа и далековато от паба. Бонд не сомневался, что приманка сработает и агент Третьего отделения кинется на этот адрес, как голодная чайка на рыбью голову.

Таким образом, самому Бонду доставалось бесперспективное вроде бы задание по расшифровке записки. «Бутс — Март. 17. Не позже».

И он ее, кажется, расшифровал.

Предположения Филли большей частью крутились вокруг слова «Бутс». Так называлась сеть аптек, разбросанных по всей Англии, но речь могла идти об обуви[4] и о возможном событии, произошедшем семнадцатого марта.

Однако внимание Бонда привлек пункт в самом конце списка. Филли заметила, что «Бутс» и «Март» написаны через тире, а поиск по карте выдал некую Бутс-роуд, проходящую недалеко от городка Марч — в паре часов езды к северу от Лондона. Кроме того, Филли углядела точку, разделяющую слово «Март»[5] и цифру семнадцать. Следующая фраза — «не позже» — явно означала крайний срок, значит, цифра скорее всего дата. И тогда под ней может скрываться завтрашний день, семнадцатое мая.

Мысленно похвалив Филли, Бонд в ожидании Осборн-Смита зашел в «Голден вайер» — надежную сеть, связывающую воедино архивы всех главных британских органов, — надеясь отыскать что-нибудь по Марчу и Бутс-роуд.

Поиски принесли интересные плоды: предлагаемые в дорожных сводках пути объезда Бутс-роуд, по которой сейчас в обе стороны курсируют мимо старой военной базы грузовики; а также оповещения о работах с привлечением крупногабаритной техники. Судя по оповещениям, работы надлежало закончить до полуночи семнадцатого, под угрозой штрафа за срыв сроков. Интуиция подсказывала Бонду, что все это как-то связано с Ирландцем и Ноем.

А профессиональный опыт говорил, что пропускать подсказки интуиции мимо ушей — себе дороже.

Поэтому теперь Бонд ехал в Марч, по полной наслаждаясь вождением.

То есть гнал на большой скорости.

Не на предельной, конечно, поскольку машину он вел не в Пиренеях и не по малоизвестному шоссе в Озерном крае, а всего лишь на север от Лондона по А1, превращающейся то в шоссе, то в магистраль. И все равно стрелка спидометра дрожала на ста милях в час, хотя Бонд время от времени переключал скользящий как по маслу, чуткий рычаг коробки передач, обгоняя медленно ползущий фургон для лошадей или «форд-мондео». В основном он держался правой полосы, хотя раз-другой съезжал и на укрепленную обочину. Ему нравилось устраивать контролируемые заносы на покатых участках.

Полиции Бонд не боялся. Хотя полномочия ГМП в пределах Британии были ограниченны (карт-гри вместо карт-бланш, как теперь мысленно шутил), агентам отдела «О» часто требовалось быстро перемещаться по стране. Одним звонком Бонд обеспечил себе неприкосновенность, и теперь номер его машины оставался невидимкой для камер и патрульных с радарами скорости.

«Бентли-континенталь-GT»… Бонд считал его лучшим из всех серийных автомобилей на свете.

Он всегда любил эту марку. Его отец сотнями хранил старые газетные вырезки, на которых творения знаменитых братьев Бентли оставляют далеко позади всякие «бугатти» и иже с ними на ралли «Ле-Ман» 20-х и 30-х. А потом Бонд уже собственными глазами наблюдал, как потрясающий «Бентли-спид-8» встречают отмашкой клетчатого флага на гонках 2003 года, когда автомобиль снова вернулся в игру спустя три четверти столетия. Он всегда мечтал стать обладателем этого величественного и вместе с тем стремительного и умного автомобиля. Если «Ягуар-E-type», стоявший у Бонда в гараже, достался ему непосредственно от отца, то «бентли», можно сказать, достался частично. Свой первый «континенталь» он купил несколько лет назад, потратив остатки выплат по страхованию жизни, перешедших ему после смерти родителей, и недавно обменял его на новую модель.

Съехав с шоссе, Бонд направился к Марчу, расположенному в самом центре округа Фенленд. О самом городке он знал мало. Слышал о «Мартовском марше Марча» — пешем студенческом походе из Марча в Кембридж, проводившемся, разумеется, в третий месяц года. Еще там находится Уайтмурская тюрьма. Туристы приезжают посмотреть церковь Святой Вендреды — в том, что она являет собой впечатляющее зрелище, Бонд предпочел поверить турбюро на слово. В молитвенный дом его нога не ступала уже много лет.

Впереди показалась старая военная база. Бонд, заложив широкую дугу, принялся огибать базу сзади, где тянулся устрашающий забор с колючей проволокой и понатыканными вокруг запрещающими знаками. Теперь ему стало ясно почему: база шла под снос. Вот, значит, что за «работы с привлечением крупногабаритной техники» тут велись. С полдюжины строений уже лежали в развалинах, сохранилось только одно, трехэтажное, из красного кирпича, с вылинявшей вывеской «Санчасть».

На пригорке ярдах в ста от здания стояли самосвалы, бульдозеры, другие землеройные машины и трейлеры, служившие, очевидно, временным пристанищем бригаде по сносу. Рядом с самым большим трейлером виднелся черный автомобиль — и ни одной души поблизости. Странно, учитывая, что продолжался понедельник.

Бонд загнал «бентли» в небольшую рощицу, пряча от ненужных глаз, и осмотрел местность: сложная система каналов, картофельные и свекольные поля, группки деревьев. Он переоделся в свое тактическое обмундирование «5.11» с порванной на плече осколком гранаты курткой, пропахшей дымом горящей машины, из которой он вытаскивал тот самый обрывок записки, что привел его сюда. Сбросив городские туфли, натянул низкие армейские ботинки.

«Вальтер» и два запасных магазина Бонд пристегнул к брезентовому десантному ремню.

«Если забуксуете, зовите, я вас вытащу…»

Глушитель, фонарик, набор инструментов и складной нож он рассовал по карманам.

Выбравшись из машины, минуту постоял, собираясь с мыслями, как перед любой тактической операцией. Абсолютное спокойствие, взгляд сосредоточенный, отмечающий мельчайшие подробности — ветки, которые могут предательски хрустнуть; кусты, в которых может скрываться дуло снайперской винтовки; признаки проводов, датчиков и камер, которые могут выдать его присутствие противнику.