Лучшее шоу галактики (СИ) - Халимендис Тори "Тори Халимендис"

Он нахмурился.

— Вы об этом чудике-писателе? Зачем — то вышел наружу, да. Странный тип, обещаю за ним понаблюдать.

Мне бы успокоиться после его заверений, но отчего — то поселившаяся внутри тревога вгрызлась в сердце с новой силой. Странно. И очень, очень неприятно. Словно бы я подсознательно ожидала чего — то нехорошего, но понятия не имела, как это предотвратить.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Засиделась съемочная группа в общей гостиной допоздна. Словно по молчаливому уговору, странное поведение Танаску и ночные события не обсуждали, зато долго пили коктейли, играли в шаранг, модную настольную игру, посмотрели старую интерактивную комедию, где все варианты поведения любого персонажа уже давным-давно были известны. Потом переключились на обсуждение шоу: Норд предложил делать ставки на возможные пары.

— Эмма и Рик, — первым объявил Сай. — Ставлю одну кредитку.

Забаву подхватили все присутствующие, парочки предполагались самые невероятные. Тарог, например, поставил на Макси и Тревора.

— А что, — пояснил он с широкой ухмылкой, — представляете, какой я куш сорву, если окажусь прав?

В ответ прозвучал дружный хохот. Сомнений в том, что романтические отношения между участниками непременно вскоре завяжутся, не имелось ни у кого. Опыт проведения нескольких шоу подсказывал, что избежать романов в замкнутом пространстве не удается.

— А ты, Риша? — подзуживал меня Норд. — На кого ставишь?

— Так нечестно, — запротестовала я. — Самую шикарную ставку отхватил Тарог.

— И все же?

Я задумалась. Ну-ка, какой вариант у нас остался из наименее вероятных?

— О! Близнецы и Алия!

Опять взрыв хохота. Несмотря на прекрасный вечер, окна в нашем доме оставались закрытыми, да еще и плотно зашторенными, на стене в иллюзорном камине плясали призрачные языки пламени. Сидеть в дружной компании, потягивая из бокала «Закат над Райтеном», было приятно. Уютно, так, будто я полжизни провела в этой гостиной, общаясь с этими же собеседниками.

Разошлись за полночь. Норд с Гарди, Тарог и Дирк отправились по комнатам, а вот мне и Саю пришлось выйти наружу, чтобы подняться в свои квартиры. Ночь была ясная, безветренная. В чернильном небе ярко светили крупные звезды и два спутника Альфы-А, названные без затей Бетой и Гаммой. Тянуло прохладой от пруда, пахло водной свежестью. Где-то вдали шелестел лес. Тихо, мирно. Стоп! Как это лес мог шелестеть, если погода стояла безветренная? Я замерла, прислушиваясь. Так и есть, тихий шорох и едва слышное постукивание. Мне стало страшно, и я невольно ускорила шаг, стремясь побыстрее очутиться за крепко запертой дверью. Сай нагнал меня, положил руку на плечо.

— Ты красивая, Арина, — хрипло произнес он.

Я учуяла в его дыхании нотки алкоголя — пожалуй, он переборщил с коктейлями.

— До завтра, Сай.

Я старательно демонстрировала спокойствие, которого в действительности не ощущала. Попыталась сбросить руку режиссера со своего плеча, но мне не удалось — кританец оказался настойчивым. Или же это выпивка усилила его упрямство. Я слегка согнула колени, присела и вывернулась из-под тяжелой горячей ладони.

— Спокойной ночи.

— Постой!

Вот тут мне стало так страшно, как никогда до этого. Сай схватил меня за руку, рванул к себе.

— Отпусти! Немедленно отпусти, слышишь!

— Да что ты из себя корчишь? Думаешь, я не заметил, как ты смотрела на меня весь вечер?

Я задохнулась от возмущения, а Сай воспользовался моей заминкой, крепко притиснул к себе и попытался поцеловать. От ощущения чужих влажных губ на своих меня затошнило.

— Отпусти, урод!

Пришлось припомнить несколько крепких выражений, выученных в детдоме, а потом старательно изгнанных из употребления, но на кританца они не подействовали. Остался крайний способ: наступить каблуком на ногу, потом ударить носком по колену, а следом контрольный — в пах. Сай взвыл и скрючился, а я бросилась вверх по лестнице.

Ступеньки я преодолела за несколько мгновений. Влетела в квартиру, захлопнула дверь и прислонилась спиной к стене, пытаясь отдышаться. Вытерла рот тыльной стороной ладони и поискала взглядом коммуникатор. Для начала наябедничаю Поторогу, а потом подам официальную жалобу на этого маньяка! Он у меня штрафом не отделается!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Табло на стене мигнуло, показывая час ночи. Это сколько сейчас у Дим Димыча? Я выставила координаты и возликовала: в главном офисе Первого развлекательного уже начался рабочий день, причем часа два с половиной как начался. Следовательно, никого мой звонок не разбудит.

— Шеф, — коротко приказала я коммуникатору и принялась ожидать гудков.

Имелся еще и номер приемной, но лучше связаться с Поторогу напрямую. Вдруг таинственный некто, организовавший шоу, не позволит сменить режиссера? Да плевать, лучше уж уйти из профессии, чем терпеть домогательства всяких извращенцев! Тут я спохватилась, что коммуникатор молчит. Посмотрела на экран и увидела, что отсутствует внешняя связь. Дозвониться я могла только до кого-либо из сотрудников съемочной бригады, спавших сейчас внизу. Вне Альфы-А передатчик не ловил, видимо, возникли какие — то помехи. Ладно, раз так, то мне ничего не оставалось, как принять душ и отправиться в постель, отложив попытки переговорить с Дим Димычем на утро.

Но и когда я проснулась, связь ещё не восстановилась. Не решив, как себя вести с режиссером, я позавтракала у себя. Как раз прикончила салат с ветчиной, когда услышала вызов. Увы, не от шефа, а от Норда. Ρаботу никто не отменял, самое главное — продержаться и не сцепиться с Саем на глазах у коллег.

— Уже иду. Ночные съемки просмотрели?

— Да, — бросил отрывисто Норд. — Арина, кажется, у нас проблемы.

Я мысленно застонала. Неужели опять Танаску что-то натворил?

— И что вычудил наш гениальный писатель на сей раз?

— Это не Тревор, — немного растерянно отозвался оператор. — Это Сай. Спускайся, посмотришь.

Заинтригованная и немного встревоженная, я вышла наружу. Злость на режиссера за ночь не улеглась, так что о нем я не беспокоилась, но вот за остальную команду, в том числе и за себя, волновалась. У подножия лестницы меня поджидал Тарог.

— Все внутри, — доложил он, забыв поздороваться. — Сая пока устроили в гостиной, Гарди его осматривает.

— Гарди?

— Да, она пять лет проработала в госпитале Шар-нар-Та до того, как встретила Норда и ушла за ним в шоу-бизнес.

Ах да, Дим Димыч вроде бы упоминал о том, что в съемочной бригаде будет врач, но у меня в связи со странными событиями последних дней его слова вылетели из головы. Ну и жук наш Поторогу! И здесь умудрился сэкономить. Сомневаюсь, что Гарди получает двойной оклад, несмотря на щедрое финансирование проекта.

— А что случилось?

— Сама увидишь.

И Тарог распахнул передо мной дверь.

Режиссер сидел в кресле и на первый взгляд казался в порядке. Только присмотревшись, я заметила, что зрачки у него расширены, выражение лица растерянное, а левый уголок губ то и дело дергается.

— Я вышел утром и увидел его, — пояснил Норд. — Сидел, привалившись к стене, и ни на что не реагировал.

— Почти как Танаску, — прошептала я.

Оператор кивнул.

— Я хотел доложить руководству, но со связью какие — то проблемы, так что пока пытаемся обойтись своими силами.

Из своей комнаты появилась Гарди с аптечкой в руке.

— Экспресс-анализ ничего не выявил, — озабоченно доложила она. — Вколю на всякий случай универсальный антидот, хуже не будет.

Тут Сай моргнул, лицо его приобрело осмысленное выражение.

— Что, уже утро? — удивился он. — Получается, я так и заснул в кресле? Почему меня не разбудили?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Гарди склонилась над ним, оттянула веко, приложила ко лбу серебристую полоску.

— Что ты помнишь? Последнее?

— Ну, мы играли в шарранг, делали ставки на участников, смотрели фильм, — послушно перечислил режиссер.

Гарди кивнула.

— Хорошо, а дальше?

— А дальше я, видимо, набрался и уснул, — разозлился Сай. — Это что, какой-то дурацкий розыгрыш?