Единожды солгав - Харлан Кобен

Но, как ни странно, ее лидерские качества и хладнокровие никак не проявились в мирной жизни. Эйлин рассказывала ей про своего сынишку Кайла, который был образцом аккуратности и организованности в своем Монтессори-саду[4] – и полной противоположностью дома. Похоже, что-то в этом духе случилось и с Майей.

Вот и сейчас, стоя перед Изабеллой, которая смотрела, как появившийся на экране якобы Джо сажает Лили к себе на колени, и на лице девушки при этом не дрогнул ни единый мускул, Майя почувствовала, как ее решимость дала трещину.

– Ну? – сказала она.

Изабелла в упор взглянула на нее:

– Что – ну?

У Майи потемнело в глазах.

– Что значит это твое «что – ну»?

Изабелла вжала голову в плечи.

– Как ты это объяснишь?

– Я не понимаю, о чем вы.

– Хватит играть со мной в игры, Изабелла.

Та отступила на шаг назад.

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

– Ты посмотрела видео?

– Конечно.

– Значит, ты видела того мужчину?

Изабелла ничего не ответила.

– Так ты видела того мужчину или нет?

Изабелла упрямо молчала.

– Я задала тебе вопрос, Изабелла.

– Я не понимаю, что вы от меня хотите.

– Ты видела его или нет?

– Кого?

– Что значит – кого? Джо! – Майя бросилась к Изабелле и схватила ее за грудки. – Каким образом он оказался в доме?

– Пожалуйста, миссис Беркетт! Вы меня пугаете!

– Ты что, не видела Джо? – Майя рванула Изабеллу к себе.

Изабелла посмотрела ей прямо в глаза.

– А вы что, его видели? – Она говорила еле слышно, практически шепотом. – Вы хотите сказать, что видели на видео Джо?

– А ты… ты его не видела?

– Пожалуйста, миссис Беркетт, – взмолилась Изабелла. – Вы делаете мне больно!

– Погоди, ты хочешь сказать, что…

– Не трогайте меня!

– Мамочка…

Это была Лили. Майя перевела взгляд на дочку. Изабелла воспользовалась этой возможностью и, отступив назад, прижала ладонь к горлу, как будто ее душили.

– Все хорошо, солнышко, – сказала Майя девочке. – Все хорошо.

– Мы с мамой просто так играли, – подала голос Изабелла, делая вид, что не может отдышаться.

Лили переводила взгляд с одной на другую. Правая рука Изабеллы по-прежнему прикрывала горло, с излишней театральностью потирая его. Майя обернулась к ней. Та быстро вскинула руку, делая Майе знак не приближаться.

– Мне нужны ответы! – потребовала Майя.

Изабелла медленно кивнула.

– Ладно, – произнесла она, – только, пожалуйста, дайте мне воды.

Майя поколебалась, потом подошла к раковине, включила воду и, открыв шкафчик, вытащила оттуда стакан. Ей вдруг пришла в голову мысль о том, что это Эйлин снабдила ее камерой. С этой мыслью она подставила стакан под струю воды, налила его до половины и обернулась к Изабелле, как вдруг раздалось странное шипение. Майя вскрикнула от острой боли, неожиданно пронзившей ее. Словно тысячи крохотных стеклянных осколков вонзились разом в ее глаза. Колени у Майи подогнулись, и она рухнула на пол. Шипение. Сквозь невыносимое жжение в глазах, сквозь нечеловеческую боль в ее затуманенном болью мозгу родился ответ. Изабелла пшикнула чем-то ей в лицо. Перцовый спрей. Он не только щипал глаза, но и разъедал слизистые оболочки носа, рта и легких. Майя попыталась задержать дыхание, чтобы спрей не проник в легкие, заморгала часто и сильно в надежде на то, что слезы смоют едкую взвесь. Но уже не было ни спасения, ни облегчения. Майя не могла сдвинуться с места. Послышался стремительный топот, потом хлопнула дверь. Изабелла сбежала.

– Мамочка?

Майе удалось с горем пополам добраться до ванной.

– С мамочкой все в порядке, малышка. Нарисуй мне какую-нибудь картинку, ладно? Я сейчас приду.

– Изабелла?

– С Изабеллой тоже все в порядке. Она скоро вернется.

На то, чтобы нейтрализовать действие спрея, ушло больше времени, чем Майя рассчитывала. Внутри у нее все клокотало от ярости. Первые десять минут она была совершенно обезоружена, бессильна противопоставить что-то терзающему ее врагу. В конце концов боль и спазмы утихли. Майя перевела дух. Она промыла глаза водой, намылила лицо жидкостью для мытья посуды, сполоснула под краном. Как она могла повернуться спиной к врагу? Она, профи! Надо же было быть такой дурой! Ее переполняла злость, главным образом на себя. Она ведь почти купилась на спектакль Изабеллы, уже готова была поверить, что та действительно ничего не знает. И непростительно расслабилась. Всего на секунду. И результат не заставил себя ждать. Разве она не видела, как одно крохотное упущение, секундная потеря концентрации стоили людям жизни? Разве не усвоила этот очевидный урок? Ладно, довольно самобичевания. Пора запомнить, сделать выводы и идти дальше. Так каков будет ее следующий шаг? Ответ был вполне очевиден. Дать себе еще несколько минут передышки. Полностью восстановить силы. А потом выследить Изабеллу и заставить ее говорить.

В дверь позвонили.

Майя промыла глаза еще раз и пошла к двери. У нее мелькнула мысль пойти взять пистолет – хватит с нее риска, – но она уже видела, что за дверью маячит физиономия детектива Кирса.

Когда Майя открыла ему дверь, он пристально вгляделся в ее лицо.

– Что за напасть с вами приключилась?

– Получила в лицо струю из перцового баллончика.

– Не понял?

– Это была Изабелла. Моя няня.

– Вы серьезно?

– Нет, я талантливая юмористка. Ничто так не веселит народ, как шутки про нянек с перцовыми баллончиками.

Роджер Кирс обвел комнату взглядом, потом вновь посмотрел на Майю.

– За что?

– Я кое-что увидела на видео со скрытой камеры.

– У вас есть скрытая камера?

– Есть. – И снова в голове у нее мелькнула мысль, что это Эйлин дала ей камеру и даже посоветовала, в каком именно месте ее установить. – Она вмонтирована в фоторамку.

– Господи. Вы обнаружили… что Изабелла что-то сделала с…

– Что? – Ну разумеется, полицейскому на ум первым делом должно было прийти именно это. – Нет, дело не в этом.

– Тогда я не вполне вас понимаю.

Майя задумалась, с какой стороны лучше подойти к этому вопросу, потом решила, что прямота – единственный способ защитить себя в долгосрочной перспективе.

– Проще будет, если вы сами все увидите.

Она направилась к кухонному столику, на котором стоял ноутбук. Кирс двинулся следом. Вид у него был озадаченный. То ли еще будет, подумалось ей.

Майя развернула ноутбук экраном к нему. Потом навела курсор мыши на кнопку воспроизведения и, щелкнув по ней, стала ждать.

Ничего не произошло. Она проверила USB-порт. Карта памяти исчезла.

Майя лихорадочно оглядела островок и пол вокруг него. Впрочем, она уже все поняла.

– Что такое? – спросил Кирс.

Майя сделала несколько равномерных глубоких вдохов. Ей необходимо было во что бы то ни стало сохранять спокойствие. Теперь она продумывала свои действия на два или три шага вперед, как будто снова была на задании. Нельзя просто взять и бездумно расстрелять с воздуха черный джип. Нужно продумать свой ответ. Нужно получить лучшие разведданные, прежде чем предпринимать любые внезапные шаги, способные в одночасье перевернуть всю твою жизнь.

Майя отдавала себе отчет в том, как это прозвучит. Если она выложит начистоту, что видела на той записи, Кирс решит, что она спятила. Черт, да даже она сама, обкатывая эти слова в уме, понимала, что они кажутся полным бредом. Голова после перцового спрея по-прежнему была словно ватой набита. Что вообще здесь произошло? Была ли она сама в своем уме?

Так, не надо бежать впереди паровоза.

– Миссис Беркетт?

– Я же просила вас называть меня Майей.

Подтверждение ее безумного утверждения – карта памяти – исчезло. Ее забрала Изабелла. Пожалуй, лучше Майе разобраться со всем этим самостоятельно. Но с другой стороны, если она сейчас не расскажет ему об этом, а все снова всплывет…

– Видимо, ее забрала Изабелла.

– Что забрала?

– Карту памяти.

– После того, как брызнула вам в лицо из перцового баллончика?

– Да, – ответила Майя, стараясь придать своему голосу вескости.

– Значит, она вывела вас из строя, схватила карту, а потом сбежала?

– Да.

Кирс кивнул.

– И что же было на этой карте?

Майя выглянула в кабинет. Лили была полностью поглощена складыванием гигантского пазла из четырех частей с какими-то зверюшками.

– Там был мужчина.

– Мужчина?

– Да. На видео. Лили сидела у него на коленках.

– Ого! – покачал головой Кирс. – Надо полагать, мужчина был незнакомый?

– Нет.

– Вы его узнали?

Майя кивнула.

– И кто же это был?

– Вы мне не поверите. Решите, что я брежу, и не без оснований.

– А вы все-таки попробуйте.

– Это был Джо.

К его чести, Кирс не стал ни строить гримас, ни ахать, ни делать вид, будто второй такой чокнутой не было за всю историю.

– Ясно, – произнес он сдержанным тоном, словно тоже пытался сохранить самообладание. – Выходит, это была старая запись?