Давно пора (СИ) - Хользов Юрий

Брр.

— Матрона МэйФрин, — моя сопровождающая согнула правую руку в локте перед собой, левую руку согнула так же, но уже за спиной и опустилась на одно колено, склонив голову, — я вернулась.

Все продолжали смотреть на меня. Матрона молчала, десятки взглядов просто испепеляли меня ненавистью и жаждой убийства.

В очередь, сукины дети

— Драсьте, — я смотрел прямо в глаза женщине на троне с самым невинным видом. Люблю изображать дурачка.

— Убить.

Статус:

Герой (Человек)

Уровень 1

Специализация - ????

Способности:

Демоническая кровь 1 (заглушено)

Хладнокровие Дроу 1

НАВЫКИ:

Демонический взор 1

Контроль ярости 1 (заглушено)

Понимание языка жестов Дроу 1

Глава 10. А Ксюха — МОЯ!!!

Псих хихикнул и показал мне свои руки, они дергались, были скручены под неправильными углами, чисто ДЦП. А потом мне стало не до его ковырялок. Снова боль.

Как же вы достали.

Теперь уже меня скрутило, я не смог устоять и упал на пол, боль была невыносимой, словно из меня живьем вытаскивали скелет, фомкой и зубилом. Я корчился, рычал и плакал. Стыдно? Будет потом. И вообще, вы такое чувствовали хоть раз? Нет. Вот то–то и оно. Слезы бежали, слюни текли, ноги и руки выгибались под неестественными углами, я начал харкать кровью.

— Матрона!

— Молчать!

Рядом со мной упала и Ксюха, судя по всему, на нее тоже направили это заклинание, или проклятье, она тоже корчилась и плакала.

Ну нет, Ксюху мою обижать низя, карга старая!

Я почувствовал, как закипает гнев, я почувствовал, что хватка Психа ослабела, видимо, из за того что нужно было контролировать двоих, а может это мой спасительный гнев так работает. Руки перестало выворачивать, я снова ими владел. Медленно, словно прорываясь сквозь полиэтиленовое одеяло, я поднялся на ноги, разогнуться не получалось, но я стоял на ногах! Согнутый так, что руками тоже опирался на пол, но я смог подняться.

Мое трогать нельзя!

— А Ксюха — МОЯ!!!

Я полз вперед, не было плана, не было ясных мыслей.

Просто ползти вперед, просто не останавливаться, не поддаваться.

В груди горело от недостатка воздуха, я рычал и рвался через паутину из полиэтилена. Затем мир вокруг изменился. В глаза ударило красным, оранжевым, желтым и темно синим. На задворках сознания появилась мысль, что это Демонический взор, только вот на кой оно мне сейчас, только сконфузило, я потерял концентрацию и меня тут же снова скрутило.

Ну нет! Разок получилось, значит, получится второй!

— Матрона! Его глаза!

Я пытался разозлиться снова, но глаза слезились, боль усиливалась, я просто замер, стоя на коленях и рыча.

Убить

Убить старую суку — все, чего я хотел, а потом можно и на покой.

«Если мать из–за тебя умрет, то я тебя щенка придушу»

А потом силуэт передо мной стал похож на Изольду.

— Ааааргх… — все вокруг было красно–оранжевым, вокруг стояли люди… нет, Эльфы. Чертовы Эльфы, которые пытаются меня убить. Меня и Ксюху!

Все что я мог — протянуть руку. И я протянул.

Это я тебя придушу.

А потом все кончилось.

Я стоял на одном колене, левая рука была у меня за спиной, правой я сжимал чье–то горло, а сам смотрел в пол.

— Хорошо, вполне сойдет за поклон. На первый раз, — я поднял глаза, Матрона смотрела на меня расслабленно, — руку уберешь, Герой?

Черт, я до сих пор держал ее за горло. Неловко. Похоже, сдохнуть откладывается. Я убрал руку.

Ксюха!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я в порядке, не поворачивайся к ней спиной!

А я уже почти, да. Вовремя спохватился и остался в своем положении. На колене.

— КронРар, как это понимать? — это был как–будто деловой вопрос, между делом, но угроза в нем чувствовалась кожей.

— Хороший–прихароший, упрямый–карявый, неправильный Дроу–неДроу, сильный–пресильный, интересно разобрать–перебрать, — точно псих, и говорит, как псих.

— Ну, разобрать пока не получится. Слишком уж глазки красивые, — Матрона посмотрела на меня, я опустил глаза обратно в пол.

— Ксунафейн! На твоем полном попечении. Через месяц он должен знать все что необходимо. В первую очередь мне интересно, что у него с интеллектом, остальное потом. Свободны.

А потом я оказался в какой–то комнате. Из убранства только стол, деревянные нары и горшок. ГОРШОК БЛЯТЬ!

А затем я упал. Но не сам по себе, я ж не пил. Меня пнули в спину, я уткнулся носом в пол, нос такого с собой обращения не выдержал и сломался, на пол хлынула кровь.

— ИМБЕЦИЛ!!! ИДИОТ!!! ТЫ НАС ОБОИХ ЧУТЬ НЕ УБИЛ СВОЕЙ ТУПОСТЬЮ!

Это моя Ксюша истерила, женщины.

Че орать, все ж нормально кончилось.

— НОРМАЛЬНО???!!! — она схватила меня за волосы и еще раз припечатала в пол, — КРОНРАР ЧУТЬ МОЮ ДУШУ НЕ ВЫСОСАЛ!!

— Тьфу, чуть–чуть — не считается, — да, я это пропел.

А затем вокруг стало тихо, Ксюха ушла, оставив меня одного. Спасла меня от смерти, судя по всему, от своих же рук. Ну и что? Спасла же! Беспокоится, приятно.

Перевернулся на спину и там же и уснул, тот еще денек выдался, насыщенный.

— НЕ СПАТЬ! — это снова Ксюха орала. Черт, нет покоя бедному маленькому герою.

Не раскрывая глаз, я приходил в себя. Состояние было такое, будто я не спал трое суток, а потом поспал часок. Говенное короче состояние. На лицо упали пару капель жидкости. Я подскочил от неожиданности. Помню, будили меня с ковшика в школу, было дело. Отвратительное действо, античеловечное, как минимум.

— Нос твой подлечила, не психуй, — Ксюха деловито расставляла на столе какие–то старые книжки.

— Снова в школу? — обожаю свое чувство юмора.

— Только вот нравится оно одному тебе.

— Неправда! Когда Маркуша шутит, смеются все! И танцуют! — я скорчил обиженную морду и вздернул указательный палец вверх.

— Глаза и правда красивые. Тот самый Демонический взор? — она закончила свои грязные дела и всматривалась своими волшебными глазами в мои, обычные.

— Уже не обычные, Маркуша. Ты теперь тоже красавчик, а ну посмотрись, 3 она махнула ручкой и рядом со мной засветился фиолетовый контур портала, а на другой стороне было… Зеркало?

— Реально надо выделываться вместо того, чтоб просто повесить тут зеркало?

— Ты теперь живешь как мужчина-Дроу. Еще и на правах без прав. Пленник считай. Тебе даже свою комнату покидать нельзя в течение этого месяца, привыкай. Кровать, стол стул и нужник — все убранство, что тебе доступно. Еда два раза в день, перед началом занятий и после их завершения. Нужник будут выносить перед сном и после него, — она говорила голосом НачГуба, он в свое время так же мне рассказывал, как все будет, когда я залетел на губу на неделю за то, что отправил нахрен одного слишком правильного лейтенанта.

— Да посмотри ты уже в зеркало, хватит летать в зеленых облаках, вспоминая, что раньше трава была зеленее. Тогда и ты был зеленее, знаешь ли, — опять чертовка издевается и ржет.

Я последовал совету и завис. Качественных изменений было целых два! Первое: целая седая прядь. СЕДАЯ, блин!!! Клочок волос на челке стал пепельно–серым.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я теперь Шельма! Где мой Россомаха?

Второе: глаза. Они были ярко–золотые, блестящие и пульсирующие, как у Ксюхи. Только у нее они пульсировали равномерно, отбивая ритм сердца, не навязчиво и красиво, а мои же пульсировали желтыми молниями, рваными периодами, то сильнее, то слабее. Скорее пугали, добавляя в мое лицо безумия. И седая прядь. Ну все, теперь все будут видеть во мне только глаза психа и седую прядь.