Несущие Свет. Противостояние - Дмитрий Воронин

— То, что сказала уважаемая Кеора Альба, кое-что объясняет, — продолжил главнокомандующий. — Подготовка к войне действительно идет, в этом нет сомнений, и это не вызывает особого удивления. Сколько лет мы уже храним мир? Двадцать? Немыслимо долго. Но Империя в этот Раз не спешит…

— Ингар, твои лучшие люди должны разнюхать все, что можно, об их планах.

— Лучшие люди… — вздохнул рыцарь. — Увы, Метиус, у меня не так уж много по-настоящему хороших разведчиков. Да и что им делать в мирное-то время? Разнюхать, как ты говоришь, что ест на ужин Его Императорское Величество Унгарт Седьмой? Так он своих вкусов уже четверть века не менял… Или выяснить имена тех, кто продает Гурану оружие? Хочешь, через час принесу список? Узнать планы военной кампании? Я тебе и так расскажу… полки пойдут Долиной Смерти. Первым падет Северный Клык, там стены пониже… потом они осадят Южный Клык и через три-четыре дня примут его почетную капитуляцию. Далее войска Императора двинутся к Торнгарту через Оскет…

— Ты пересказываешь события позапрошлой войны.

— Просто никто еще не придумал ничего умнее. Да, я знаю… мы могли бы встретить их в той долине. Но передвижение большой армии не скрыть, а если мы войдем в долину… Знаешь, сколько воды дают колодцы Северного и Южного Клыков? Ровно столько, чтобы хватило гарнизону, лошадям и обслуге. А в самой долине воды нет… ее можно только перейти, но давать там сражение — бессмысленно. Можно встретить их под стенами Клыков — этот вариант, как тебе известно, тоже применялся не раз.

— И тем не менее, Ингар, пусть твои разведчики займутся делом. Не важно, будут ли это лучшие из лучших… или лучшие из худших. Нужна любая информация. Лейра, теперь вопрос к тебе. Сколько боевых магов может дать школа… скажем, за три года?

Попечительница пожала плечами.

— Более или менее обученных магов — не больше трех десятков. Адептов и учеников постарше — еще с сотню.

На пару минут в зале повисла напряженная тишина.

— Так плохо? — выдавил из себя Дарш.

— Даже еще хуже, — кивнула Лейра, — в последние годы детей с хорошими задатками удается находить все реже и реже. Не хочу сказать, что магия вырождается… проклятие, именно это я и хочу сказать. Большинство тех, кого мы взяли в прошлом году, едва способны сплести простейший фаербельт, я уже не говорю про более серьезные атакующие заклинания. Прошли те времена, когда маги обрушивали на противника стаи огненных птиц, выбивали воротка замков каменным молотом, валили десяток воинов одной цепью молний. Если надо — я выведу на поле боя всех… но придется ограничиться одними фаербельтами и, если повезет, фаерболами.

— Это печально, — покачал головой Метиус арГеммит. — И все же необходимо набрать новых учеников… Лейра, имей в виду, нам нужны маги на поле боя. Сосредоточь внимание на обучении боевым разделам…

Попечительница вспыхнула — слова Метиуса граничили с прямым оскорблением. Она не вмешивалась в его лекарские дела, он не должен был касаться вопросов управления школой.

— Я должна выпускать недоучек? — Ее голос не предвещал оппоненту ничего хорошего.

— Должна, — коротко кивнул он, не отводя взгляда. — Ордену плевать, что твои мальчишки и девчонки не сумеют вызвать дождь, навести ледяную переправу через болото или вылечить корову от бесплодия… в том числе и двуногую корову. Зато им потребуется умение постоять за себя… и за других.

— У Империи та же проблема? — вдруг спросил Дарш.

— Сомневаюсь, — скривилась волшебница. — По слухам, они произвели полный набор и даже могли позволить себе отказываться от некоторых кандидатов. А мы вынуждены брать всех, кто способен хоть на что-то…

Глава 2

В зале было тепло, вовсю пылал камин, и подогретое вино прекрасно гармонировало с бушующей за окном метелью. Скоро, очень скоро вихри стремительно несущихся снежинок сменятся белесой мутью безвременья. Так было всегда… правда, иногда ледяные вихри сменяются пыльной бурей, а одинокие путники ищут в Высоком замке укрытия не от ледяной смерти, а от иссушающего жара безводной пустыни.

— Я слыхал о Высоком замке, но лишь старые сказки.

Он помолчал, затем внимательно посмотрел на меня.

— А ты и впрямь хозяин здесь? Твоя одежда более свойственна…

Я щелкнул пальцами, и мягкий темный камзол в одно мгновение сменился длинной, до пят, ярко-красной мантией из драгоценного кинтарского шелка, богато шитой золотыми нитями. Уловив в глазах Дрогана вопрос, я уточнил:

— Эта одежда принадлежит мне по праву.

— Вот как, — протянул он с оттенком уважения. — Вершитель Алого Пути?

Я покачал головой. Или Алый Путь стал куда менее известным и могучим, чем в мое время, или этот человек не так много встречал на своем пути волшебников высокого ранга, раз не сумел узнать и правильно оценить тяжелое золотое шитье. Даже последний служка в каком-нибудь затерянном в горах храме Эмиала или Эмнаура сумел бы правильно прочитать канонические узоры.

— Эти знаки, — я коснулся плеч, — означают, что мой ранг — Творец Сущего.

Наверное, ему следовало бы удивиться… Да что там говорить, любой человек Эммера, лишенный магических сил, обязан был бы сейчас пасть на колени. Но торговцы — особый народ, они редко склоняют головы пред сильными мира сего, которые столь часто обращаются к купцам за помощью. О да, императорам хватает клинков, но звонкое золото иногда приходится искать на стороне.

— Мое полное имя — Санкрист АльНоор.

На лице моего собеседника отразилась напряженная работа мысли, он явно рылся в недрах своей памяти.

— Кажется… кажется, я слышал о тебе, колдун. Но это было давно. Похоже, у нас не найдется иного занятия… поведаешь о себе?

Да уж, он был прав. Тот, кто вошел в стены Высокого замка, уже никогда не сумеет покинуть их. Если верить тому, что душа умершего улетает в царство Эмиала или Эмнаура, в зависимости от заслуг, то покинуть колдовскую башню можно лишь со смертью. Но я слишком долго был одним из величайших магов Эммера, чтобы верить в подобную чушь.

Дроган уже успел убедиться, что клетка прочна, хотя кажется хрупкой. Его меч, а затем и снятый со стены топор усеяли Зал Приема щепой — пока он кромсал дверь, и каменным крошевом — пока кирка в его руках дробила стену. Все тщетно — и доски двери, и замшелый камень стены восстанавливались чуть ли не быстрее, чем он успевал разрушать их. А через час или два исчезнет даже мусор с пола. Он попытался выбить окно — но стекло лишь звенело, прогибаясь.