Охота на тень (СИ) - Екатерина Политова

уже нечем было дышать. За стеклом проносились черные ночные леса за границами шоссе. Вдалеке, чуть левее, можно было увидеть зарево от горящего поля.

Она поймала себя на мысли, что Раад был лучшим отцом в мире. Был. Она нахмурилась, больно было осознавать, что, возможно, он никогда не вернется… Наверное, поэтому и Хуг не дал своему отцу погибнуть? Но кто его знает. Однако Генри Ривз явно был его слабым местом. Чем и воспользовался этот Элдоро.

Больше они не перекинулись ни словом. Генри отхлебывал из фляги и пялился в окно. Хуг, судя по тому, что Хэдишш видела в боковое зеркало, тоже недобро взирал на пейзаж за окном из-под полуопущенных век. Он выглядел уставшим. Их глаза в зеркале неожиданно встретились. Хуг явно ещё не остыл от разговора, его взгляд светился злобой, а черные волосы слегка шевелил ветер из приоткрытого окна. Хэдишш уставилась на темную дорогу.

Она размышляла под завывание ветра о банде «Векс», Элдоро Гудвине, «Весне» и мафии Красного Города. Если Хуг с ними связан, то как он вообще попал в Семью? Пирамида довольно четко была разделена между ними. Коты держались от Красного Города подальше. А с предателями «Векс» разбирались довольно быстро. И уж не придут ли их соратники мстить за смерть Элдоро?

А теперь ещё и Маркус Ньеро убит. Хэдишш вдруг осознала, какая же паранойя должна преследовать Хуга! Ведь его работа, была защищать Маркуса…

Мотель «Делли» был дешевой двухэтажной забегаловкой у шоссе, ведущего на юг.

Хэдишш встала вдоль дороги как смогла. На парковке перед мотелем возле ничем не примечательной «Загги» устаревшей модели стоял мужчина. Он заметил их внедорожник. Хэдишш помнила, что стекла у него тонированные и ему не видно, кто так криво водит…

— Выходи, Генри, вон там тебя встретит мой человек, и ты будешь сидеть под его охраной до тех пор, пока я за тобой не приеду, — велел Хуг.

— И когда ж ты приедешь? — буркнул Генри.

Но вместо ответа Хуг рявкнул:

— Проваливай!

Генри обнял флягу и вывалился из внедорожника. А потом, шатаясь, пошел к мотелю, мужчина у «Загги» направился к нему.

Потом Хуг деловито сказал Хэдишш отъехать и остановиться у обочины, чтобы он пересел вперед.

— Тебя не бесит эта высокая машина? — спросила Хэдишш, когда он наконец кряхтя забрался на пассажирское сиденье справа от неё и выдохнул.

— Вот адрес, — он показал ей экран своего телефона. — Запомнила? Едем туда.

— Как скажешь, — отозвалась Хэдишш.

Сидеть за рулем этого огромного, больше похожего на грузовик автомобиля ей даже начало нравиться. Она глянула вправо. Хуг достал из бардачка портсигар, выудил оттуда коричневую сигарету, больше похожую на небольшую сигару, сунул в зубы и прикурил. Потом небрежно бросил портсигар с зажигалкой обратно, захлопнул бардачок и открыл окно.

— Ты поэтому пересел? Чтобы выкурить сигарету? Это вредно, — скептически заметила Хэдишш.

— Сигариллу.

— Чего?

— Ничего. У меня к тебе два вопроса, — отозвался Хуг.

Тон его не понравился Хэдишш. Она сосредоточилась на дороге. Хуг сделал пару затяжек и произнес:

— Первый вопрос — почему ты не свалила, как только вытащила брата?

Хэдишш фыркнула:

— Может, я и из тех теневых ублюдков, которых ты ненавидишь, но я не такая как они.

— Дополнительный вопрос: скольким людям ты продала адрес «Весны»? Можешь не отвечать. Всё ещё считаешь себя не такой как они?

Кожа руля под её ладонями заскрипела от злости. На какую-то секунду она решила, что, возможно, он не так плох, как о нем говорят. Но теперь всё резко откатилось к тому, что Хуг — полный мерзавец.

— Какой второй вопрос? — холодно поинтересовалась она, чувствуя подвох.

— Сколько стоит, чтобы ты забыла фамилию Ривз?

— Полтора миллиона крон, — отрезала Хэдишш, глядя на дорогу. Её начинала переполнять ярость.

— Ну вот, что и следовало доказать, — ядовито усмехнулся Хуг.

На колени ей упал тот самый конверт с деньгами. Хэдишш затормозила и съехала на обочину.

— Доедешь сам, — бросила она и вывалилась из чертового внедорожника. Предварительно прихватив конверт. А потом спрыгнула в тень под машиной, услышав в спину холодное:

— Вот и молодец.

Тьма не успокаивала, её трясло от злости. Нитэ, Раад, мертвые Итэшш и Рушш, Ишшмэ, с которым она не смогла справиться. Чертова Энид Сардо, которая попросила её спасти этого сукина сына вместо того, чтобы отомстить за всех, кого Хэдишш потеряла!

Она заорала что есть сил. Держать в себе это было уже невозможно. Она яростно глянула вверх, Хуг, ковыляя, сел за руль, а потом бледная, едва освещаемая тень исчезла, оставив Хэдишш в полной темноте. Похоже, этому мерзавцу полегчало.

Хэдишш прижала мятый конверт к груди. Не стоило его брать. Вот дура.

Она сунула конверт в задний карман и начала опускаться во тьму. Ребра по-прежнему ныли, как и рука и плечо. Как и душа Хэдишш. Последнее тьма исцелить была не в состоянии.

Только погружаясь в вязкое, теплое тело тьмы она вдруг осознала неприятную мысль. Без Хуга она бы ни за что не сунулась к «Весне». Она бы там погибла и Нитэ бы погиб. И это разозлило её ещё больше.

Когда тьма выпустила её, на Световой Стороне уже было утро. И тени освещали всё вокруг. Хэдишш оглянулась — Теневая Сторона была пуста. Никого. Она всё ещё ощущала раздражающий вес конверта с деньгами в заднем кармане.

Хэдишш решила злобно, что вернет его. Но сделает это как тень.

Она вынырнула на обочине и поймала попутную машину до Пирамиды. Водитель, оценив её помятый вид, без вопросов согласился ей помочь.

Вся её решимость и злоба улетучилась довольно быстро, когда она добралась до офиса. И увидела сидящего на самом низу лестницы, у двери, Нитэ в обносках. Он представлял собой один злобный комок. Сжимал в руках теневой стилет, острый и длинный, и нервно оглядывался. Когда он увидел Хэдишш, она вздохнула. Тьма не вернула ему утраченного… Хэдишш опустилась рядом с братом на колени и обвила его руками. «Весна» должна быть уничтожена… Но Хэдишш прекрасно понимала, что это гидра, которой бесполезно отрубать голову. Ишшмэ мертв. Но Нитэ — жив. Правда, Хэдишш теперь не знала, как она сама сможет ему помочь.

Часть 2

Лэшш требовательно долбилась в дверь. Хэдишш нажала на кнопку открывания под администраторской стойкой.

— Вот, может быть, тебе уже