Та, кто сгорает изнутри (СИ) - Нора Кая

Пока Анна беспокоилась из-за новых знакомств и привыкала к учёбе, Нан и Гак стали собирать печатки для прошения, предназначенного вынудить землянку предоставить своё тело для исследования в клубе человекофилов. Несколько раз они пытались поймать Анну в коридоре, но каждый раз ей удавалось успешно бежать. Отчаявшись, парочка решила прибегнуть к крайним мерам. Биологам удалось найти немало желающих оставить свой отпечаток пальца на документе. Большинство учащихся видели в этом начинании нелепую, незаслуживающую внимания шутку. Но также нашлись и те, кто оказался не прочь немного поиздеваться над человеком, демонстративно её унизив.

На одном из занятий клуба Вай заметила Анне:

― Никто не вправе сковать тебя своей волей, если ты сама не захочешь.

― Собрав печатки, они непременно понесут прошение в Совет, ― возразил ей Клинон. ― И если Совет одобрит, то у Анны не останется выбора, как уступить. Потому что…

― …наша истина в единстве, ― закончила Анна главный девиз Космической Академии.

Переодевшись в чёрный командный костюм для тренировок, Анна разглядывала ряды с инвентарём, который на столе разложила Лорель.

― Тебе предстоит выбрать что-то одно и затем использовать на всех соревнованиях, ― объясняла глава. ― Конечно, встречаются универсалы, способные управляться с несколькими разновидностями. Но такое бывает только на профессиональных аренах. Потому не торопись, Анна. Ты должна понять, что тебе по душе.

Трудно было сосредоточиться на деле, не поддаваясь раздражению из-за поступка человекофилов. Они переходили всяческие границы. И другие учащиеся им запросто в этом потакали. Анна была уверена, что большинство оставляющих печатки составляли зэи. Данная раса являлась основной причиной её невзгод в КА. Потому что остальные предпочитали человека либо молча сторониться, либо обходиться безобидным перемыванием косточек за спиной. Именно ноги чешуйчатых подставляли Анне подножки, локти будто ненароком пихали, а глумливый смех раздавался громче всех.

На арену ступили Вай и Клинон, собравшиеся немного поразмяться. На правой руке зэи был закреплён толстый широкий браслет, похожий на скрюченную иссохшую кисть, обхватившую запястье в предсмертной агонии. Браслеты принса выглядели куда более изящно ― золотистые с россыпью цветных каменьев. Заинтересованная Анна переключила внимание на героиню и героя.

Клинон встал в стойку, подавшись чуть вперёд. Он ухмылялся, обращаясь к сокоманднице:

― Давай наступай.

Сверкнув взглядом, Вай бросилась на противника. Из иссохшей руки материализовался полупрозрачный щит цвета старой ржавчины. Браслеты Клинона одарили владельца колючими, как две булавы, перчатками. Он ударил щит партнёрши по спаррингу. Несколько колючек рассыпались, не выдержали силы атаки или крепости щита, по которому пробежала неровная рябь.

Противники продолжали подавлять друг друга, пока пыл схватки не достиг пика. «Призрачное» оружие развалилось, а браслеты требовали перезарядки. На лицах Вай и Клинона довольные улыбки. А ведь это была всего лишь тренировка, а не настоящий бой с роботом.

Растерянная Анна снова повернулась к столу с инвентарём. В основном это были, конечно, браслеты. Взгляд остановился на красной маске с двумя косыми прорезями для глаз.

― И этим тоже можно сражаться? ― поинтересовалась она у Лорель.

― В какой-то степени. Хочешь испытать?

― Если объяснишь, что надо делать.

― Просто надень и выходи на арену, остальное сама поймёшь.

Подняв предмет, Анна повертела его в руках, разглядывая со всех сторон. Не было ни резинки, ни ленточки, чтобы закрепить на голове. Тогда Анна решила просто последовать совету. Ступила на арену и приложила маску к лицу. Та надёжно приклеилась ко лбу и переносице. Материал ощущался на коже, но мир выглядел, как и всегда. Узкие прорези не затрудняли обзор, словно маска стала прозрачной.

― Атакуй Сая, ― предложила Лорель.

Анна приблизилась к отдыхающему принсу. Он смотрел в сторону человека несфокусированным взглядом. Не имея понятия, чем именно атаковать, Анна взяла пример с агрессивных зэи, и подставила подножку. Застигнутый врасплох Клинон стукнулся об пол, а Вай залилась беспощадным хохотом. Тогда Анна толкнула и её, вынудив упасть поперёк туловища товарища.

― Сдаюсь, ― произнёс Клинон шутливо.

― Невидимая, ― прошептала Анна и посмотрела на руки, что полностью исчезли, вместе с ногами и остальным телом человека.

Она нагрела пальцы. Невидимость на даре не сработала ― ногти стали парить в воздухе ярко-оранжевые.

― Ни одно устройство не выдерживает этого жара, ― отметила Лорель. ― Но нужно проявить осторожность. Если ненароком повредишь команду противника, нас дисквалифицируют. Как твоя сила действует на живых существ?

Анна сняла маску:

― Будем надеяться, никому из вас не придётся это узнать, ― она покинула арену. ― Часто героини используют невидимость?

― Битвы травмоопасны, поле маски делает альво незаметным для большинства роботов, но конфликтует с современными видами инвентаря, ― ответил Клинон, поднимаясь на ноги следом за слезшей с него сокомандницей. ― Раньше маска служила дополнением к снаряжению, но правила изменились. Меня лично удивляет, что её вообще оставили. Правда, был один зубастый зэи, обожал прокусывать всякое, будучи невидимым.

― Вот такие экземпляры и позорят нашу расу, ― посетовала Вай.

― Значит, решено, ― сказала Анна твёрдо, рассматривая алую маску, которая должна была стать надёжным способом укрыться от мира и тысячи глаз его обитателей.

Лорель приступила к составлению расписаний индивидуальных и общих тренировок, готовя команду к отборочным, которые должны были случиться вскоре. Участие в клубной деятельности подарило Анне редкую возможность исследовать свои способности, без страха кому-то навредить. Главное, как и сказала боевая маршал — не подпалить никого из живых на соревнованиях. К счастью, целью командных Битв являлось уничтожение искусственных противников, роботов разных конструкций, и взятие форта.

Откровенно говоря, Анну приводило в недоумение то, что её дар не пугал участниц команды и Клинона. Возможно, они просто недооценивали человека или решили пойти на риск, не считаясь с последствиями. Насторожённости в поведении героинь и героя не прослеживалось. Насилие в их представлении являлось всего лишь спортом. Ни о войнах, ни о жертвах бессмысленной жестокости инопланетяне ничего не знали. Значит, они не могли себе даже вообразить, что кто-то захочет намеренно причинить вред другому, не опасаясь ни наказания, ни возмездия.

Совет Академии

Анна завела календарь в компьютере. Он вычёркивал прошедшие дни по земной традиции и местной. У пришельцев не существовало привычного людям календаря с месяцами и днями недели. Будущие события отмечались по количеству суток до них через обратный отсчёт. Выходной в Космической Академии приходился на каждые четвёртые сутки. На Ни Мория те длились примерно тридцать два стандартных земных часа.

Учёба давалась Анне тяжелее, чем пришельцам. Многое из преподаваемого предполагало наличие базовых знаний. Даже старательно слушая, Анна многое могла просто не понимать ввиду своей необразованности. Делала заметки и позже искала информацию в сети. Её голова закипала из-за всего, что требовалось выучить и узнать. Заметки росли в геометрической прогрессии наравне с конспектами. А тренировки в клубе выжимали оставшиеся соки.

В какой-то момент измотанная Анна обнаруживала себя дремлющей на уроке и с сожалением оглядывалась по сторонам. От души надеялась, что не проспала ничего важного. Наставницы и наставники относились к человеку порой придирчиво, но отстранённо и вежливо. И только Арчел, которого Анне повезло впечатлить в первый день, проявлял сопереживание.

Однажды Анна заснула на ставшем практически родным зелёном поле. Наставник велел группе зарисовать траектории полётов разных видов птиц. Все рассеялись по обширной территории, по-прежнему держась подальше от землянки. И оставшуюся в одиночестве и тишине под тёплыми солнечными лучами Анну сморило. Грёзы не посещали её, сон оказался спокойным и сладким, как покачивание в гамаке в прекрасный летний день.