Старые тетради - Владимир Невский

– Я переехал, – оправдался к чему-то Михаил.

– Теперь живет в гражданском браке, с каким-то уголовником. Вместе и спиваются.

Михаил предпочел промолчать. Возникло чувство вины за погубленную жизнь «серой мышки» Ниночки.

– Мне пора. Не надо, не провожай меня. – В двух предложениях она дала понять: в прошлое возврата нет. Как и само прошлое не имеет право врываться в настоящее, перекраивать его.

Он долго не мог уснуть. Лежал, смотрел, как по стене пробегает свет от проезжающих за окнами машин. Вновь заново пережил весь период взаимной любви с Алевтиной. Каждый день, каждое свидание, каждый миг. И только одно он никак не мог вспомнить: из-за чего тогда они поссорились. Напрасно напрягал память, чтобы выудить причину, вследствие чего сломалось столько судеб.

Ах, если бы…. Если бы….

Да только жизнь не терпит сослагательного наклонения.

2007

Женитьба мачо

Артем, наконец-то, закончил смотреться в зеркало, доводя до совершенства свою кучерявую прическу. Полюбовался на себя в разных ракурсах, и обратился к другу, с кем снимал эту квартиру:

– Оторвись от виртуальности, Леха. И скажи, как я сегодня выгляжу?

– Как перчик в лечо. – Ответил друг, не отрываясь от монитора.

– Ну, Леха, – протянул жалобно Артем, заставляя друга таки обратить на себя внимание. Тот, нехотя, оторвался от компьютера и критически оглядел Тему с ног до головы. Артем, как всегда, был безупречен. Словно только что сошел с обложки модного журнала, где занял первое место во всех мысленных и не мысленных конкурсах. Мечта девчонок. Достаточно высокого роста, стройного телосложения, блондин с голубыми глазами. Всегда модно и со вкусом одет, благоухающий дорогими парфюмом. Да к тому же он начитанный, образованный, галантный и с тонким чувством юмора. Ну, кому не может понравиться такой экземпляр? Никому! Если только глухому, слепому и страдающему отсутствием умственных способностей.

– Мачо! – не без доли восторга резюмировал Леха. – Сегодня вновь, впрочем, как и всегда, все женское население нашего микрорайона упадет к твоим ногам. Кстати, ботинки следует почистить. И каждая из них будет яростно умолять тебя уделить ей капельку, крохотную такую капельку, внимания. Хотя бы один взгляд, хотя бы единственную улыбочку. – Скатился в спиче на иронию.

– Ну, это ты перегнул. – Нахмурил брови Артем, хотя в душе зазвенели иерихонские трубы самовлюбленности и гордости. – Спасибо за комплимент. Так, я пошел?

– Предупреди заранее, что ты придешь не один.

– Хорошо. Думаю, что приду не один.

Что случалось довольно-то редко. Тема не знал отказа в женском внимании и покорности своим желаниям. Леха удивлялся, что Артем каждый раз приводил новенькую. Так неужели, еще остались девушки в микрорайоне, которым бы друг не оказывал знаки внимания, доводя дело до логического финала – до кровати? Хотя, девчонки растут, становятся совершеннолетними, а Тема, словно и не взрослеет. И опять Лехе, после предупредительного звонка, приходилось закрываться в одной из комнат, и сидеть там тихо-тихо. Слышать, как Артем скажет девочке, указывая на дверь:

– А это комната не жилая. Ремонт никак не закончу.

А потом шум открывающего шампанского, поцелуи, инструментальная музыка из магнитофона, и легкое поскрипывание старенького диванчика. Все, как всегда, по одному сценарию.

Но Леха даже, ни на одно мгновение не позавидовал ему. Вновь повернулся к компьютеру и погрузился в волшебный мир интернета.

Аналогичные восторженные комплименты в свой адрес в этот вечер выслушивала и Надежда. Хотя, глядя в зеркало, как и любая представительница слабого пола, все равно находила в себе, пусть даже незначительные, изъяны.

– Ты сильно изменилась? Сколько времени мы не виделись? – принялась за подсчет ее подруга детства.

– Полтора года я не была дома. – С грустью в голосе ответила Надя. – Эта учеба в столице совсем вымучила меня. Спасибо родителям. Как будто поблизости нет такого же университета.

– За то, глянь, как Москва изменила тебя. Конфетка, одним словом. – Не унималась Татьяна.

– Просто я повзрослела. Ну, – Надя немного смутилась. – Посещаю иногда салон красоты. Фитнесом занимаюсь. Солярий, маски, маникюр, педикюр, и прочее, прочее.

– А учишься когда? – не сдержалась, съехидничала, Таня.

– Между, между. – Надя не заметила ехидства, засмеялась. – Ну, что, идем на дискотеку?

– Будешь производить фурор.

И она не ошиблась в прогнозах. Молодежь, которая тусовалась в этот вечер в дискоклубе «Вишневый сад», расходясь далеко за полночь, только и говорили о новой звезде танцпола, наградив этим титулом Надежду. На то были объективные причины. У Нади, что соблюдала в точности афоризм классика, все было прекрасно: и лицо, и одежда, и поступки. Громко стуча каблучками по тротуару, подружки возвращались домой. Татьяна иногда бросала в сторону подруги короткие взгляды, наполненные восхищением и завистью.

– Чему так загадочно улыбаешься, Мона Лиза? – наконец-то, поинтересовалась она.

– Да так, – пожала плечиками Надя. – Вот стараюсь вспомнить, сколько парней подходило, сколько попытались познакомиться со мной.

– Можешь не считать, я тебе отвечу: все. Все парни поочередно подходили к тебе и терпели полное фиаско. Неужели никто из провинциалов так и не смог заинтересовать тебя?

– Что это? – Надя даже немного обиделась на подругу, почувствовав в ее словах намек на свою гордость и высокомерие. – Был среди них один. Весьма симпатичный экземпляр.

– А хочешь, я угадаю с первой попытки.

– Попробуй.

– Его зовут Артемом. Иногда он представляется просто Темой. Так?

– Откуда?

– Да нет тут ничего удивительного и сверхъестественного. Артем – наш местный ловелас, Казанова, мачо, и так далее, и тому подобное. Все местные девочки прошли через его кровать.

– Неужели? – Надя, неожиданно, прежде всего, для самой себя, почувствовала досаду.

– Не знаю, чем он этих дурочек берет. Но каждый раз, видимо, находит новый, особый подход. А главное: никто не в обиде, что после бурно проведенной ночи, отношениям приходит конец. Знаешь, как в американском кино: встретились, тут же переспали, утром разбежались. Ни каких обязательств, ни каких совместных планов. Ничего! Лишь голое удовлетворение природных инстинктов. А разве в столице такого нет?

– Повсеместно, – ответила отрешенно Надя, и добавила после небольшой паузы, – но я – девочка с периферии. Я воспитана на романах русских классиков. А потому, и мечтаю о большой и чистой любви

– Эх, ты, тургеневская барышня! Забудь. Это время ушло. – И тяжело вздохнула. – Безвозвратно ушло.

Леха иногда отрывался от компьютера, возвращался в реальный мир. В такие часы он любил возиться на кухне, готовя кулинарные шедевры. Обычно, они обходились бутербродами и фабричными полуфабрикатами. Но в такие дни!! Сегодня в меню были: суп харчо, спагетти по-милански, тушеная рыба, оливье, салат из крабовых палочек, канапе и ленивые пироги. Одним словом: пир на весь мир. Мир, правда, состоял из двух людей: самого Лехи, и его лучшего друга Артема. Но тот страдал отсутствием аппетита. Вместо вилки, в руке он держал сигарету, и наблюдал, как она догорает. На лице застыла маска крепкой задумчивости.

– Ты сегодня сам не свой, – заметил Леха, орудуя вилкой, пополняя в организме запас жиров, белков и углеродов.

– Это удивительная девушка.

– А! – понятливо кивнул головой Леха. – Значит, твой первый способ обольщения потерпел полное поражение?

Артем промолчал. Что было совсем уж на него не похоже.

– Ничего. – Леха, наоборот, чувствовал потребность в общении. – Сколько их уже было у тебя? Сто? Сто пятьдесят? На разный вкус и цвет. Не расстраивайся. Все еще впереди.

Артем с силой затушил сигарету в пепельнице, и глянул укоризненно на друга.

– Ты ничего не понимаешь. Она – удивительная девушка! Единственная! На нее не подействует ни один из донжуанских способов.

Слова друга заставили Леху внимательно посмотреть тому в глаза, и заметить-таки в нем большие перемены. Что не могло не удивить его.

– Да ты никак влюбился, братишка?

Артем и сам боялся признаться себе в этом. Чувствовал, но боялся. А Леха взял, и вот так просто, произнес это вслух. И Тема понял, что это все-таки случилось! Это произошло! Расстроился, растерялся. Вскочил из-за стола, едва не опрокинув вазочку с фруктами. Рванул на балкон, где с жадностью закурил. Оглядел панораму города, словно в весенних пейзажах он мог найти спасения от нахлынувшего чувства.

Иные чувства испытывала Татьяна. И хотя она старалась держать себя в руках при разговоре с подругой, это получалось у нее с большим трудом.

– Чего ты из себя возомнила?

– Тургеневская барышня. Ты же сама мне говорила. – Надю не раздражал тон подруги. Наоборот, даже немного веселил и заводил.