Проклятие Марены - И. Пфлаумер

Стараясь не совершать лишних движений, мы остановились у дверей, чтобы отдышаться. Монах перевязал разбитые руки Одноглазого, я отёрла кровь с лица и осмотрелась. Наш отряд оказался в небольшом ледяном коридоре с потолком в полторы сажени. Стены были собраны из все тех же ледяных блоков, а из пола на меня смотрело моё собственное лицо — ровная, гладкая поверхность отражала нас, словно зеркало.

— Все готовы? — спросил Шторм, засунул кинжал за голенище сапога и вопросительно уставился на Вердо.

— Магии здесь нет. Пока.

— Ясно. Смотрите под ноги и на стены.

Голоса звучали приглушенно — или это все старались говорить потише, чтобы никого не разбудить?

Дошли до середины зала и остановились. Здесь зеркальный пол пересекали две длинные узкие царапины, идущие от стены.

— Щуровы межи, — чуть слышно шепнул Монах, но его, как обычно, услышали все.

— Щурова — одна, а тут две, совсем ослеп на старости лет? — Одноглазый попытался разрядить обстановку, но не очень-то ему удалось. При имени Щура, бога межи, разделяющей жизнь и смерть, по коже побежали мурашки.

— Что-то не нравятся мне эти царапины, — заметил Шторм и подал нам знак отойти.

Я пригляделась — впадины начинались по бокам большого каменного блока в стене. Он чуть выдавался вперёд, и вряд ли это можно было назвать строительным браком.

— Думаешь, ловушка? — спросила я у Шторма.

— Уверен. Знать бы, как она срабатывает…

— Кинь камешек.

— Девочка, вот ты иногда умная, а иногда — дура-дурой. Если ловушка сработает так, как я предполагаю, она перекроет проход к коридору. Я не уверен, что нам потом удастся отодвинуть эту штуковину, или что сама она вернётся на место не через пару сотен лет. Перспектива сдохнуть от голода в двух шагах от сокровищ меня не прельщает. Как насчёт тебя?

Захотелось ударить ему по лицу чем-нибудь очень тяжелым, но я сдержалась.

— Ладно, рискнём.

Шторм отошел назад и бросил поклажу. Шумно выдохнул, сосредоточился и побежал вперёд, быстро разгоняясь. У самой ловушки он, не снижая скорости, перескочил на стену, пробежал по ней, оттолкнулся от блоков, прямо напортив ловушки и приземлился на той стороне. Я со свистом втянула воздух в лёгкие, пытаясь побороть чувство зависти — так пробежать по ледяной стене дано не каждому. Шторму удалось перебраться на ту сторону, но вот как быть с остальными?

— Ловок, как Прове, — вздохнул Одноглазый. — А нам-то чего делать?

— Для начала вещи мне перебрось.

Одноглазый кинул Шторму баулы. Я решила попробовать пройти ловушку по-своему. Пять ножей воткнулись в стену напротив блока, по самую рукоятку. До пола оставалась сажень, может, чуть побольше.

— Меня точно выдержат, а насчёт остальных не уверена, — предупредила я честно. Ножей было жалко, но если верить карте — все драгоценные вещи должны находиться где-то в этом донжоне. Большая часть пути была пройдена, оставалось надеяться, что большая часть недругов — тоже.

Я быстро перебралась на ту сторону и стала дожидаться остальных. Потом Вердо поднялся в воздух и спокойно, как будто всю жизнь этим и занимался, перелетел через ловушку.

— Эй, а нас так же? — спросил Одноглазый. Вердо развёл руками:

— Слишком много едите. Тяжелые.

— О-хо-хо. Ну, авось, Сряшта поможет! Только, чур, ты вперёд, — великан хлопнул Монаха по плечу, отчего тот сразу скривился. Рассчитывать силу этот исполин не умел.

Монах, кряхтя, перебрался на нашу сторону. Остался Одноглазый. Ножи под его весом стонали, как живые. Из под лезвий посыпалась ледяная крошка, но они всё же выдержали богатыря. Как только Одноглазый спрыгнул со стены, второе лезвие с тихим звоном выскочило из гнезда и упало на зеркальный пол. Ловушка среагировала мгновенно. Огромный ледяной блок сорвался с места и рванул вперёд с такой скоростью, что я даже моргнуть не успела. Пути назад не было. Оставалось двигаться вперёд и надеяться, что Стряшта идёт с нами.

— Шторм, а другой выход из крепости есть?

— Доберёмся до сокровищ — там и узнаем.

Внимательно вглядываясь в потолок, стены и пол мы двинулись дальше. Прошли лестницу и вышли в новый коридор, где Шторм остановил отряд. Ничего подозрительного я не заметила, но все в Кулаке знали, что безошибочное чутьё ганарца никогда не подводит. Он бросил вперёд несколько камней — с громким треском зеркальный пол лопнул, и блестящие осколки посыпались вниз. Мы оказались на краю большой ямы, и тревожно замерли. Я досчитала до десяти, когда до ушей долетел звук разбившихся ледяных обломков. Не хотелось даже и думать о том, что произошло с нашими телами, если бы Шторм не остановил нас. На ту сторону обрыва перебрались легко, опять при помощи ганарца. Патрон точно не ошибся, когда попросил его присоединиться к нам в этом путешествии.

Такая же ловушка обнаружилась в конце коридора. Прямо перед высокими ледяными дверями. Распахнув их, мы оказались в большом зале, похожем на погребальные палаты северных народов. Проводник рассказывал, что здесь люди поклоняются не только богам, но и душам умерших героев. Их тела после смерти бальзамируют и закрывают в роскошно украшенные саркофаги, вместе с доспехами и оружием. Северяне верят, что их любимцы отправляются на пир к богам, но героям будет стыдно предстать перед создателями в неподобающем виде. Меня, конечно, внешний вид северных героев на пиру у богов интересовал мало — но вот о драгоценностях, роскошных доспехах, великолепных клинках и посохах, украшенных драгоценными камнями, не думать я не могла. Удивительно, как все северные святилища ещё не разграбили. Неужели местные разбойники настолько набожны?

— Интересно, что в этих саркофагах? — вслух подумала я и эта мысль отразилась на лицах остальных так же, как в зеркальном полу.

Шесть огромных усыпальниц окружали большую центральную колонну, украшенную резьбой. В нишах по бокам зала стояли ледяные статуи, как во дворе, и я прикинула, сколько ножей придётся потратить, чтобы всех уложить.

— Это гробницы шести великих, — подал голос Монах. — В библиотеке Аркона есть несколько свитков, рассказывающих историю замка Марены. Видно, это и есть палаты, где спят вечным сном пять верных воевод северной колдуньи. Когда Марена пала, сраженная своим учеником, её замок ушел под землю, войска разбежались, и только преданные колдунье стражи остались хранить покой своей хозяйки, чтобы никто не потревожил её вечного сна.

"Библиотека Аркона", — повторила я про себя. Монах был в главном святилище Свентовида, пресветлого Белобога. Рядовых священнослужителей там не бывает. Как же высокопоставленный подвижник оказался в Волчьем лесу, среди головорезов и убийц?