Тетрадь с ошибками. Против правил - Хесса

— Это моя жена. Пропала много лет назад. Ты сейчас в ее одежде.

Машу охватил леденящий ужас. Девушка на фотографии была на нее невероятно похожа. Такие же белые волосы, пухлые губы, голубые глаза и даже ямочка на подбородке. Вылитая.

— Это ее кровь? — дрожащим голосом спросила Маша, рассматривая темно-красные пятна на платье. На рукавах, воротнике и в районе груди.

— Да. Она как-то поранилась. Немножко, — Валентин закрыл глаза и вспомнил тот день.

Тогда он пришел с работы пораньше с цветами и маленьким сюрпризом для своей милой. А, может быть, и большим. Это как посмотреть.

На весь дом пахло горелым: жена испекла мясной пирог. Точнее, пыталась. Потому-то на плите в кастрюле находился план «Б» — макароны с сыром. Переваренные, разумеется. Готовить она не умела от слова совсем. Зато красивая. Была.

Валентин не привередничал: «Какая разница, что есть? Главное, ты со мной». Любил ее страшно и ревновал точно так же. Если бы мог, привязал бы к себе и никуда не отпускал. Выколол бы глаза мужчине, осмелившемуся кинуть на нее восхищенный взгляд. Каждому. Мечтал ликвидировать всех.

— Милая, помнишь, ты рассказывала, что к тебе приставал парень с работы? — спросил у жены, разуваясь.

— Да. Ты поговорил с ним? — та вышла из кухни, вытирая руки о фартук. Взяла цветы.

— Лучше! Я принес тебе его голову, а из костей сделал четки, — он улыбался во весь рот.

Она весело засмеялась. Ей нравилось, как Валентин шутил о том, что убьет всех, кому она приглянется. Но если бы он шутил… Открыл спортивную сумку и достал оттуда окровавленную лохматую голову с выпученными глазами.

Резкий неприятный запах ударил жене Валентина в нос, а к горлу подступил комок, готовый вот-вот вырваться наружу. Она закрыла глаза руками и пронзительно закричала.

— Убийца! Я не могу поверить… чудовище, — вся в слезах набирала номер полиции. — Алло! Мой муж…

— Я думал, ты обрадуешься, — Валентин вырвал из ее рук телефонную трубку. В сердцах разорвал провод.

Жена пятилась назад, а он медленно наступал. Загнал ее в угол и прижал к стене. Какой безумный взгляд! Убьет, изнасилует или все вместе?

— Умоляю, оставь меня!

— Ну, я же чудовище! — он скручивал руки своей жене, а та вырывалась.

Как и почему взял нож, Валентин не помнил. Пришел в себя только, когда уже сидел перед истекающей кровью женой, затыкая пальцами рану на ее шее. Она еще что-то хрипела: пыталась говорить. Наверное, посылала проклятия.

Прорыдав где-то с полчаса, Валентин стянул с покойницы платье, одел ее в свадебный наряд и закопал на заднем дворе. Темной ночью под проливным дождем. Наблюдала за этим одна бездомная собака, которая потом тоже лишилась жизни из-за громкого лая. Похоронена там же.

А весной убийца посадил на месте могилы куст нежных белых роз. На них сейчас из окна и смотрела Маша. Валентин же сидел напротив и любовался копией своей покойной жены.

— Почему ты не ешь? — придвинул к ней тарелку с макаронами.

— Аппетита нет, — сухо и проворачивая в голове, как бы сбежать отсюда.

— И не выпила ни капельки, — Валентин взял ее бокал с шампанским и отпил из него. У самого напиток уже закончился. Да, и в бутылке тоже. — Тогда перейдем к кульминации.

Вот этой-то кульминации больше всего и боялась Маша. Слегка пошатываясь и дыша перегаром, он приблизился к ней и протянул испачканные колбасой и майонезом руки.

Она резко встала и побежала, что есть мочи, к входной двери. «Почему я раньше этого не сделала? — дернула за ручку. — Закрыто!».

— Ты куда это? Ужин еще не закончен. Все самое интересное только начинается!

Машу никогда раньше не носили на руках, и она все бы отдала, чтобы это так и осталось. Неопрятный мужик, от которого пахло алкоголем, колбасой и психическим расстройством. Не удивительно, что Маша вырывалась.

Бум! Со стола рядом с кроватью упал нож. Тот самый.

— Мяу! — это кот постарался.

Маша, уворачиваясь от слюнявых поцелуев Валентина, потянулась за столовым прибором. «Давай, давай, еще чуть-чуть! Есть!» — нож теперь в ее руке. Недолго думая, вонзила его мучителю в шею.

Кровь, хрипы и «Мразь!» на последнем вздохе. Валентин отправился в Чистилище ожидать Божий суд, исход которого уже предопределен. Котел в Аду для него подготавливал сам Дамиан. Лично.

— Молодец! Хороший котик, — демон погладил Серого и кинул ему кусок форели. Такую рыбу никогда в жизни не ел не то, что кот, а даже его хозяин.

35

Теперь в доме свистела только птичка. Чай давным-давно закончился так же, как силы и вера в чудо.

Серафима неподвижно лежала на кровати. Не хотелось уже ничего: ни кричать, ни молиться. А зачем, если это все бесполезно? Лишь слезы изредка катились по ее щекам, да картины в голове представлялись одна страшнее другой. Ангел-хранитель совсем потеряла рассудок — мысль, которая их объединяла.

Она жалела обо всем, что происходило в ее жизнях и после смерти. О том, что многое было зря. Особенно эта затея спасти подопечную, еще и демона приплести. Демона, которому, на деле, оказалось плевать.

— А что, собственно, я ожидала? Нас же практически ничего не связывает, — тяжело вздохнула Серафима и продолжила смотреть в потолок.

— Связывает! Связывает! Связывает! — скворец летал вокруг нее и будто бы пытался приободрить. Честно говоря, получалось так себе.

— Нет, не связывает, — она закрыла глаза и предалась воспоминаниям.

Знакомство с Дамианом началось с ошибки. Новоиспеченный ангел-хранитель перепутала кабинеты и застала ссору двух демонов. Один перед другим тряс какой-то бумагой и угрожал передать ее в высшую инстанцию. Тот другой злился и уже почти кинулся на первого с кулаками, как замер на месте, увидев в дверях Серафиму.

— Ангел? В Адском секторе? — удивленно вскинул бровь и вытаращил голубые глаза. Это и был Дамиан.

— Извините, а Рай в другой стороне? — ангел стояла потерянная и немного испуганная. Собиралась уйти, как перед ней захлопнулась дверь.

— Куда ты, девочка? — дорогу Серафиме преградил второй демон.

— Астарот, оставь ее. Пусть идет себе с миром, — Дамиан оттолкнул того от двери. — Или и на нее донос напишешь?

— А будет надо, напишу! Что, ты думаешь она просто так сюда зашла? Слабо верится, что ангел и перепутала стороны, — Астарот толкнул Дамиана так, что он впечатался в стену. Но с ответом ждать не стал: ударил соперника кулаком в грудь.

Завязалась драка. Демоны с удовольствием били друг друга, выкрикивая проклятия. В конце концов, бумага выпала из рук Астарота и была подобрана Серафимой.