Год багульника. Осенняя луна - Джен Коруна

Его загорелое лицо светилось радостью, веселые карие глаза блестели. Он по привычке подбежал было к Моав, чтобы подхватить ее и поднять над землей, но в последний момент резко остановился и потупил взор — теперь ведь все по-другому… Сама же Моав, похоже, вовсе не смутилась — она быстро прошла разделяющие их несколько шагов и искренне обняла краантль. Темная и полупрозрачная тени столкнулась краями и слились, как две растекшиеся капли.

— Вот уж не думал, что мы так скоро встретимся! — счастливо улыбаясь, проговорил Кравой.

— А ты как будто не рад этому?..

Он все-таки поднял Моав в воздух — так, что ее ноги повисли над землей — и с шутливым гневом воскликнул:

— Ну, до чего же противная! Знаешь ведь, что я очень рад тебя видеть! Если бы ты знала, сколько раз я проклинал себя за то, что оставил тебя там, с этими гарвами…

Эльфа засмеялась и обняла его за шею.

— Но ведь я жива, а значит, все в порядке. Вот, даже улыбаюсь.

Он, наконец, опустил ее на землю.

— Я была уверена, что ты отзовешься и на этот раз, — благодарно сказала Моав. — Спасибо тебе!

— А что, у меня был выбор? — парировал Кравой. — Твоя иволга мне чуть окно не выбила!

— Выбор есть всегда.

— Терпеть не могу выбирать! Вечно думаешь, правильно ли ты поступил…

Оба рассмеялись — былая легкость вернулась в их сердца.

— Ну, думаю, я-то уж точно правильно сделала, что позвала тебя… — принимая серьезный вид, сказала веллара. — Есть одно дело!

Кравой притворно вздохнул.

— Этого я и боялся! Может, сначала дашь мне хоть немного отдохнуть с дороги, а потом поведаешь свой гениальный план?

— Конечно! — спохватилась Моав. — Правда, здесь нет ни леска, ни ручья, но я видела колодец возле дороги — это совсем недалеко. Так что мы можем переночевать прямо здесь.

— Вот и отлично! Не люблю ни лески, ни ручейки — как по мне, нет ничего лучше степных просторов!

Он принялся расседлывать коня, Моав отправилась за водой. Одной Эллар известно, где солнечный эльф умудрился достать дрова, но когда она вернулась в лагерь, там уже горел костер.

— Я думала, мы не будем делать чай, — удивилась она. — Такая жара…

— Не будем — это просто так, чтобы посмотреть. Мне нравится, когда горит огонь… — ответил Кравой.

Из-за камня раздалось тонкое ржание. Эльфы повернули головы — открывшуюся картину нельзя было назвать иначе, как трогательной. Рыжий как огонь жеребец Кравоя с видом смущенного кавалера обнюхивал ушко соловой лошадки. Она успела вернуться с прогулки и теперь кокетливо отворачивала голову, выражая благосклонность ласковым ржанием.

— Это твоя заколдованная сестра? — с веселой улыбкой спросил краантль, подходя к лошадке — маленькая, с белой гривой и хвостом, она была и впрямь до смешного похожа на саму Моав…

— Ее зовут Мышка, — объявила лунная эльфа.

— Как?!

Насмешливое удивление Кравоя разозлило кобылку — злобно заржав, она закачала головой, отгоняя его.

— Ну-ну, красавица! — мягко сказал он, кладя теплую руку ей на лоб. — Я не хотел тебя обидеть, не сердись! Мышка…

Он огладил второй рукой светло-золотистую шею, строптивая кобылка вмиг притихла. Моав улыбнулась — Кравой всегда умел обращаться с лошадьми, чудесным образом завоевывая их доверие. Наладив отношения с четвероногой красоткой, он снова повернулся к эльфе.

— Кстати, вам удалось тогда спасти своего друга?

— Да, все обошлось. Все живы и здоровы, — опустив глаза, ответила она.

— Ну вот и хорошо. Так что там у тебя за дело? Теперь можешь рассказывать, я весь — внимание!

Моав вернулась к костру — похоже, разговор был серьезным. Кравой подошел и встал рядом с ней.

— Я хочу, чтобы ты мне помог добыть одну вещь, — сказала, наконец, она.

— Только одну?

— Только одну. Но это будет непросто.

Краска бросилась в лицо Кравою, но он силой воли заставил себя ответить как можно ровнее:

— Если ты об оставшемся свитке, то я с удовольствием составлю тебе компанию в поездке в Сиэлл-Ахэль…

К его удивлению, Моав покачала головой.

— Нет, свитки здесь не причем. Речь идет о Полночной Молнии.

Кравой почувствовал огромное облегчение. Его внимание радостно переключилось на новую тему, как это часто бывает, когда опасность проходит мимо. Он задумчиво покачал головой, вполголоса произнес:

— Значит, Нар-Исталь все-таки не уничтожен… Я так и думал.

— Я совершенно случайно узнала, что его прячут навы Ин-Ириля, — многозначительно проговорила эльфа. — Мы должны узнать, где он и как его достать!

— Навы?! И зачем он им понадобился?

— Не знаю! Единственный способ узнать это — прийти и спросить у них самих.

Карие глаза краантль подозрительно прищурились.

— А тебе он зачем? Ты мало похожа на нового Иннариса…

Он бросил на Моав пристальный взгляд, но она ожидала этого вопроса.

— Знаю, знаю — у нас один Иннарис — тот, что сидит в Сиэлл-Ахэль! — поспешно ответила она. — Вот ему я и отдам меч, как только настанет время.

Кравой недоверчиво посмотрел на нее.

— Думаешь, Гастар сам не сможет прийти и взять Нар-Исталь?

— Может, и сможет, но лучше не рисковать. Я сама добуду его, а потом встречусь с новым Иннарисом и вручу ему то, что положено. В конце концов, я — старшая веллара луны, а Нар-Исталь — реликвия Эллар!

Она замолчала. Жрец солнца продолжал внимательно смотреть на нее, точно пытаясь прочесть ее мысли: он сам не знал почему, но речи Моав показались ему неубедительными.

— Пойми, я только хочу, чтобы Нар-Исталь не попал в руки Моррога, понимаешь! — горячо произнесла она, видя его нерешительность. — Я уверена, что он тоже ищет его!

— А ему-то он зачем? Он уж точно не сможет им воспользоваться.

— Да, не сможет — но он сможет помешать воспользоваться им кому-нибудь другому. Ведь без меча пророчество не сможет сбыться, и тогда, возможно, Моррогу удастся свершить задуманное. А это значит, что мы должны добраться до Молнии раньше!

Кравой медленно отвел взгляд. Некоторое время он ничего не говорил. Отступившее страшное чувство снова змеей шевельнулось в сердце. Искать меч для того, кто должен отобрать его душу, душу самого огня!.. Тот самый меч, который, возможно, оборвет его жизнь! Однако Кравой заставил умолкнуть леденящую мысль — он уже решил. И не изменит своему решению! В голове у него стало легко и ясно. Он быстро развернулся к Моав.

— Я не знаю, что ты затеваешь, Йонсаволь, но я помогу тебе — не отпускать же тебя одну! Можешь на меня положиться.

Благодарный взгляд синих глаз стал наградой за его покладистость.

— Только никому ни слова обо всем этом! — взволновалась вдруг веллара. — Никогда! Независимо от того, найдем мы Нар-Исталь или нет. Обещаешь?

— Обещаю, обещаю…

Она успокоено вздохнула. Кравой сел у костра и стал тыкать в него палочкой. Помолчав немного, он опять заговорил:

— Ну и где же раздают Полночные Молнии? Ты знаешь, куда нам идти?

— К морю.

— Это я уже понял. А куда именно? Море ведь большое…

— Думаю, стоит обратиться прямо к Седне — она точно сможет ответить на все наши вопросы.

Кравой оторвался от созерцания огня и состроил недовольное лицо.

— К этой с хвостом?! Я слышал, она немного странная…

— Седна — хозяйка Ин-Ириля; если кто и знает, где Полночная Молния, то только она!

— Ладно, но говорить с ней будешь ты.

— Хорошо, ты будешь только улыбаться — думаю, этого окажется достаточно, чтобы она согласилась отдать нам все, что угодно, — лукаво произнесла Моав.

Солнечный эльф моментально покраснел — и зачем она дразнит его!

— Сколько нам ехать до нее? — спросил он, только бы сменить тему разговора.

— Если небыстро, то, думаю, дней пять.

— Не так уж и далеко…

— А ты что, куда-то торопишься? Или хочешь поскорее от меня избавиться? — с тем же хитрым выражением лица спросила эльфа.

— Нет, — язвительно ответил он. — Просто думаю, хватит ли моему Шороху времени, чтобы обаять твою Мышку. А теперь предлагаю всем спать!

В стороне раздалось тихое ржание.

— Тебя, Шорох, это, между прочим, тоже касается! Завтра продолжишь свои ухаживания…

Глава 6. К морю!

Кравой проснулся, как обычно, с первым лучом. Ни сонливости, ни утренней вялости — крепкий молодой сон будто выбросил его из своих объятий. Он встал с земли, потянулся, поднявшись на цыпочки, оглянулся по сторонам. К его удивлению, место, где спала Моав, было пустым. Он прошелся туда-сюда, свистнул — послышался топот копыт и к нему подбежал верный Шорох. Жрец солнца погладил его, вспрыгнул на рыжую спину и так, прямо на неоседланном, поехал к колодцу. Как и следовало ожидать, Моав была там — раздевшись до пояса, она шумно умывалась, плеская водой во все стороны. Кравой ужасно смутился: он не знал, куда ему деться — то ли разворачиваться и уезжать, то ли спешиться… Но в следующий миг у него отлегло от сердца: завидев его, эльфа радостно помахала рукой и стала одеваться. Со все еще алыми как маков цвет щеками он подъехал к ней.