Готовить я не умею - Мелисса Андерсон

— До завтрашнего утра, — сказала Беттина с двусмысленной улыбкой. — Сегодня вечером ты ведь, конечно, вернешься поздно.

Кэрол пожала плечами.

— Кто знает. Может быть, я сегодня вернусь раньше, чем ты.

— Ты же сама в это всерьез не веришь, дорогая, — прошептал ей Марсель, когда они шли между рядами столиков в направлении улицы. — Может быть, ты совсем не вернешься домой сегодня ночью?

Она резко остановилась и сердито посмотрела на него.

— У тебя богатая фантазия, Марсель Жирарде, — объявила она ему. — И чтобы все было ясно: я пришла в кафе «Байард» только потому, что раньше уже договорилась с Беттиной встретиться здесь, и у меня не было никакой возможности отказаться от этой встречи или назначить для нее другое место.

Марсель тоже остановился и посмотрел на нее полунасмешливо, полувесело.

— Ты — очаровательная лгунья, дорогая, но все же — лгунья. Я не верю ни одному твоему слову.

Она не успела и оглянуться, как он обнял ее и поцеловал при всех. Вопреки веселым взглядам других посетителей, она ответила на его поцелуй. Она ненавидела себя за это, но иначе поступить не смогла. Когда Марсель становился нежным, она не могла сопротивляться.

— Там стоит моя машина, дорогая, — нежно прошептал он ей на ухо. — Ты пойдешь добровольно или я должен отнести тебя на руках перед всем народом?

Без всякого сомнения, он сделал бы так, не признать этого она не могла. Кроме того, он ее уже завоевал. Она бы пошла с ним, куда угодно.

Вопреки разуму ее сердце стучало, и она была полна ожидания, когда он завернул во двор своего дома. При этом ей пришло в голову, что пока она ему совершенно не нужна в качестве модели, но он намеревался сделать что-то определенное. Кэрол было интересно узнать, что бы это могло быть.

Они поднялись по лестнице, но его несимпатичную консьержку в этот раз не встретили. Кэрол была рада тому, но, когда они достигли темной лестничной площадки, от которой до мансарды Марселя оставалась пара ступенек, она остановилась. Скорчившаяся фигура сидела на корточках перед дверью и молча смотрела на них.

Когда они подошли ближе, Кэрол увидела, что это была молодая девушка. У нее была высоко зачесанная наверх копна светлых волос и полный чувственный рот, ей вряд ли было больше шестнадцати-семнадцати лет.

Когда она увидела Марселя, то поднялась с кошачьей грацией.

— Жанна! — воскликнул Марсель и наморщил лоб. — Что ты здесь делаешь?

— Привет, Марсель. Я ждала тебя, — объявила белокурая девушка в черном боди и цыганской юбке и вызывающе откинула голову назад. — Ты разве забыл, что нанял меня в качестве обнаженной модели?

Ситуация была Марселю более, чем неприятна, это Кэрол смогла заметить сразу. Досада была написана на его лице, когда он открывал дверь своей квартиры.

— Я никого не нанимал, Жанна, — уточнил он. — У меня лишь только один раз появилась мысль нарисовать тебя обнаженной.

Жанна приоткрыла свои полные губы и прислонилась к дверному косяку.

— Тогда ты это формулировал гораздо более многообещающе, Марсель. — Она бросила враждебный взгляд на Кэрол. — Но, вероятно, ты нашел теперь другую, и я бы могла не приезжать напрасно.

Кэрол сожалела, что она поехала с Марселем, и лучше всего было бы теперь уйти. Разве не ясно, что мадам Крозье права и Марсель лакомится всеми девушками подряд? Она могла бы поклясться, что у него что-то было и с этой возбуждающе красивой девушкой-тинейджером.

— Жанна, пожалуйста, будь хорошей девочкой и не устраивай спектакль, — сказал он с вынужденным терпением. — Мне жаль, но я сейчас действительно не могу найти тебе никакого применения. Я вызову тебе такси, и тогда ты сможешь уехать домой.

Пока Марсель звонил по телефону, Кэрол прошла в кухню и налила себе стакан воды, чтобы только не оставаться стоять вместе с Жанной. При этом она увидела, что Марсель все еще не вымыл вчерашнюю гору посуды. Автоматически она пустила воду в раковину, чтобы ее замочить.

Боковым зрением она заметила, что Марсель снова положил трубку и подошел к Жанне. Он вынул денежную купюру из бумажника и протянул ее девушке.

— Вот, Жанна. Устрой себе прекрасный день! Такси сейчас будет.

По лицу девушки было видно, что речь шла о большой сумме. Довольная Жанна взяла деньги.

— Спасибо, месье, — сказала она вызывающе. — Я предполагаю, что эти деньги — своего рода компенсация? Ну, тогда я ухожу. Желаю много удовольствий с новой подружкой.

Марсель подтолкнул девушку к двери и что-то сказал ей, но что, Кэрол не смогла понять. Но тем громче прозвучали для нее последние слова Жанны, обращенные к нему.

— Сильви была совершенно права, когда она меня предостерегала относительно тебя. Ты на самом деле не стоишь ни на копейку больше, чем твоя сомнительная слава, Марсель Жирарде. Как только ты заполучишь какую-нибудь женщину к себе в постель, то сразу же теряешь к ней интерес и тут же принимаешься за следующую. Я тебе только желаю, чтобы ты когда-нибудь основательно разбил себе нос.

Бросив на него взгляд, полный ненависти, Жанна резким движением распахнула дверь и с шумом захлопнула ее за собой. Некоторое время Кэрол еще могла слышать стук ее каблуков на лестнице.

Она снова вернулась к посуде, хотя на самом деле не смогла бы сказать, почему стояла здесь, на кухне Марселя, и мыла ему посуду. Вероятно, от смущения, так как абсолютно не знала, как себя теперь вести. Почему она не ушла сразу же? Хотела ли она на самом деле и дальше играть с огнем?

Она уставилась на воду, в которой мыла посуду, но вдруг почувствовала, как на ее талию легли сзади две руки. Кэрол оцепенела от внутреннего сопротивления, когда тело Марселя прижалось к ее спине, и она ощутила его теплое дыхание на своем затылке. Нельзя расслабляться, подумала она ожесточенно, иначе я пропала.

— Дорогая, тебе вовсе не нужно мыть мою посуду, — прошептал он хриплым голосом ей на ухо. — Я знаю гораздо более интересное занятие.

Она высвободилась из его объятий и вытерла руки.

— Я охотно верю этому, Марсель, — сказала она насмешливо. — И это занятие, конечно нечто, чем занимаются двое, не правда ли? Я только боюсь, что мне это неинтересно. Впрочем, я занялась посудой только потому, что мне нужно было чем-то заняться. Я вовсе не хотела попасть на линию огня между тобой и твоими постельными подружками, которым ты дал отставку.

Марсель взял у нее из рук полотенце для посуды и бросил его в угол, потом повернул Кэрол к себе и проникновенно посмотрел ей в глаза.

— Я знаю, что ты теперь думаешь, дорогая, но это не так, — сказал он слегка обиженно. — Жанна не принадлежит к моим постельным подружкам, которым я дал отставку, как ты выразилась. Она была разъярена и разочарована только потому, что я не предоставил ей работы в качестве натурщицы, и потому, что я отклонил все ее попытки сблизиться со мной. Вот почему она мне и наговорила гадостей.