Самый яркий свет - Инга Берристер

Он протянул руку, но Эбби вскочила и отшатнулась с криком:

— Нет!.. Не подходи ко мне! Я сказала, не подходи ко мне… И не трогай меня!

Она знала, что люди смотрят на них, и в ресторане мгновенно наступила мертвая тишина, но ей было наплевать на все. Она хотела только одного: чтобы этот человек, ее бывший муж, отошел подальше и, может быть, вовсе исчез.

— Ты не имеешь права находиться здесь, — услышала она свой звенящий шепот. — У тебя нет никакого права…

— Эбби, нам надо поговорить…

До чего же спокойно звучит голос Сэма! Мысленно Эбби отметила и это, и многое другое, но ее чувства оставались глухи ко всему. Даже то, что почти все посетители ресторана наблюдали за ними… за ней…

Не раз Эбби приходилось слышать о людях, которые впадают в панику, но она плохо представляла, что это такое. А теперь сама запаниковала. И как! Умом она понимала, что не в силах управлять собой, и ничего не могла поделать… Не могла даже скрыть свои чувства.

— Не приближайся ко мне. Я тебя ненавижу, — прошипела она и, демонстративно обойдя Сэма, направилась к двери.

Никогда прежде ей не приходилось испытывать такого страха, такого шока… Когда ненависть настолько переполняет все твое существо, что ты готов вот-вот задохнуться и почти ничего не соображаешь.

Выйдя из ресторана, она увидела спешащего навстречу Денниса, и Эбби поразило испуганное выражение, какого ей никогда не приходилось видеть на его лице.

— Эбби, что ты? Что случилось? — Однако она не приняла его руку и, покачав головой, дрожащим голосом пролепетала нечто совершенно несуразное:

— Я не знаю… Отравилась… Извини, поеду домой… Я позвоню…

— Давай я отвезу тебя. Подожди у главного входа, сейчас подгоню машину…

— Нет! — едва не закричала Эбби. — Пожалуйста, не надо… Оставь меня… Извини, мне надо домой… Все пройдет, как только я доберусь до дома. Мне просто надо побыть одной. Извини, Деннис.

Не в силах произнести больше ни слова, она едва ли не бегом бросилась к выходу.

Машину Эбби оставила на стоянке, однако, не испытывая ни малейшего желания садиться за руль, отправилась домой пешком.

Вскоре показался ее коттедж. Когда Эбби купила его, друзья решили, что она сошла с ума, поселившись так далеко от города. Теперь те же самые друзья с завистью говорили о ее предусмотрительности, поскольку Земля в этом районе подскочила в цене. Возле дома был большой сад, на который Эбби потратила уйму времени и сил, чтобы превратить его в райский уголок. А прошлым летом Эбби устроила еще и великолепную теплицу…

Задыхаясь от перехватывавших горло спазмов, Эбби то и дело испуганно оглядывалась, боясь, как бы Сэм… Не дай Бог, он последует за ней.

Зачем он приехал? Что ему тут нужно? Сколько времени он сидел в ресторане, разглядывая ее? Нечего ему тут делать! Нечего… И никого у него тут нет… Никого!

Никого, кроме…

Эбби застыла на месте, не в силах пошевелиться. Как раз сегодня Кэти уверяла, будто видела отца.

— Нет, — прошептала Эбби, не замечая, что вслух произнесла это слово/

— Ты его видела?! Ты видела в отеле папу?!

— Так ты знала, что он там, — прошептала Эбби. — Знала и не сказала мне. Почему?..

Она расплакалась.

— Мамочка, не надо. Я виновата. Но я не хотела… Мне бы никогда…

Следом за Кэти в комнату вошел Стюарт и, обняв свою невесту, словно защищая ее от всего света, тихо проговорил:

— Эбби, она здесь ни при чем. По крайней мере, она ничего не знала. Не ее вина, что ваш бывший муж вернулся. Это моя вина.

— Твоя? — растерялась Эбби.

— Стюарт только сегодня признался мне, что он сделал, — вспыхнула Кэти. — Он хотел устроить нам сюрприз.

— Дорогая, позволь мне самому объяснить, — попросил Стюарт, нежно целуя Кэти, прежде чем вновь обратиться к Эбби. — Я понимаю, что Кэти никогда не скажет вам об этом сама… Она слишком любит вас и очень боится причинить вам боль… Но я-то знаю, как ей хотелось посмотреть на своего отца… Думаю, и мама с папой со мной согласны, это вполне естественно. Кэти сказала мне, что не имеет возможности взяться за его поиски, потому что вы расстроитесь. Но уже прошло больше двадцати лет, как вы развелись с мужем, и, мне кажется, я понимаю, как важно для Кэти увидеться с отцом… Может быть, пригласить его на свадьбу… Поэтому я на свой страх и риск предпринял поиски. Вообще-то я планировал лететь в Австралию, чтобы встретиться с ним, поговорить… Но у вашего бывшего мужа оказались собственные представления о том, что надо делать. Поверьте, меньше всего на свете я хотел свалиться вам будто снег на голову.

— Ты хочешь сказать, что это благодаря тебе он тут? — не сводя глаз со Стюарта, прошептала Эбби онемевшими губами.

— Да.

— И ты, естественно, обсудил свой план с родителями? — продолжала она допрос.

Кэти поморщилась, и Эбби больно задело, что дочь не только приняла сторону Стюарта, но и потянулась к нему за защитой, словно испугалась собственной матери. Вот они, образно говоря, и оказались по разные стороны.

— Да, — не выказывая ни малейшего раскаяния, подтвердил Стюарт.

— И они решили, что это блестящая идея? Твоя мать поддержала тебя, насколько я понимаю? Тебе ведь нравится, когда твоя мама поддерживает и одобряет тебя, правда, Стюарт? — спрашивала Эбби ледяным голосом.

Она видела, как у молодого человека покраснели уши, и внутренний голос нашептывал, что не надо окончательно отталкивать от себя дочь, унижая ее возлюбленного, но Эбби вошла в раж.

— Ты случайно не забыл, что я мать Кэти и, если бы считала, что для ее блага должна устроить ей встречу с отцом, я бы это сделала?

— Вы? — сердито переспросил Стюарт. — Да вас так переполняет ненависть к нему, что вы ничего не видите у себя под носом. Для вас важнее всего ваши собственные чувства, и вам даже в голову не приходит поинтересоваться чувствами вашей дочери. А ведь Кэти необходимо познакомиться с отцом, встретиться с ним, поговорить. Вы даже не замечаете, как Кэти боится хоть чем-то задеть вас, как оберегает вас от всего и молчит… Молчит о том, что ей до смерти хочется познакомиться с собственным отцом.

Эбби взглянула на дочь.

— Это правда?

Ответ она прочитала в глазах Кэти.

— Почему же ты ничего мне не говорила? Никогда…

— Я не хотела причинять тебе боль…

— Она знала, что вы не поймете, — довольно грубо заявил Стюарт. — Она знала, что вы не позволите ей иметь собственное мнение на этот счет, не позволите проявить любопытство, не позволите разыскивать отца… Короче говоря, вы ничего ей не позволите, кроме как разделить вашу, именно вашу, обиду. Вы только и делали, что рассказывали Кэти, как ваш муж бросил вас обеих и что он не достоин быть ее отцом. Вы подумали, что она должна была чувствовать, зная, как вы ненавидите человека, который дал ей жизнь?..