Гибрид - Дмитрий Павлович Орлов

— Намекаешь, что это дорога в одну сторону, и вернуться не получится?

— Именно, но главное то, что мы полностью станем принадлежать Отделу Военных Разработок.

— Я конечно не против быть сильным и независимым, — грустно усмехнулся я. — Вот только моя независимость в случае отказа будет ограничена этой кроватью. А самое главное в том, что инвикты добились своего, испортив мне жизнь. Но подписав контракт с Отделом Военных Разработок, я сам собираюсь исковеркать им праздник.

— Цитадель мой дом, в котором хозяйничают чужаки, — произнесла Юля. — И они погубили мою сестру, а я натура стервозная и злопамятная. Мне жизненно необходимо попортить кому-нибудь кровушку.

— Значит в жопу толерантность, и мир во всем мире? — посмотрел я на Нестерову.

— В жопу, — кивнула она. — Не дадим организму загнуться.

Повернувшись ко мне спиной, она направилась к двери, но перед тем, как покинуть палату, Нестерова обернулась. — Зря инвикты нас не убили, когда у них была такая возможность, — произнесла она, и покинула палату.

После подписания контракта я еще около месяца находился в медицинском блоке. И за все это время я больше не встречался с Нестеровой. Она появилась только после того, когда меня решили перевести в научную лабораторию. Им это время потребовалось для того чтобы подготовить оборудование для нового проекта. Название самого проекта ни я, ни мой оператор пока не знали.

Правда нам пояснили, что в свое время мы обязательно будем поставлены в известность, а пока идет подготовка знать нам это не обязательно. На первый взгляд научная лаборатория кардинально отличалась от медицинского блока. Здесь находилось оборудование которое больше подходило для съемок фильмов ужасов. Фантастических фильмов ужасов, потому, что цвет оборудования был белым.

Те пятнадцать минут, которые я находился в лаборатории разглядывая оборудование, оказались самыми спокойными. А вот после того, как в лабораторию явился персонал в количестве двадцати сотрудников, вот тогда и началась кропотливая работа. Меня практически пытали разнообразными тестами на совместимость с новым оборудованием. А между ними у меня брали образцы моего тела. И по правде сказать именно в те моменты, когда у меня брали образцы тканей, я действительно мог отдохнуть.

Основная нагрузка шла не на тело а в большей части на мозги. От такого количества вопросов а главное зачастую повторяющихся, у меня реально начинала болеть голова. Насколько я понимал, Нестерова тоже проходила модификацию. Но что у нее изменяли я понятия не имел, да и времени думать об этом у меня просто не было.

Наконец, когда у персонала закончился запас вопросов, мне предоставили протезы. Правда протезы в обычном понимании этого слова, они мало напоминали. Меня предупредили, что операция займет значительное время и все это время я буду находиться под наркозом. Перед тем, как на меня начало действовать снотворное, я заметил, как в палату завезли кровать со спящей на ней Нестеровой. В голове начали возникать некоторые вопросы, но мысли стали путаться и я окончательно потерял связь с реальностью, провалившись во мрак.

Из темноты меня вырвал яркий свет, наотмашь ударивший по глазам. Мне сильно захотелось ударить кулаком в нос тому гаду, который решил испробовать яркость фонарика на моем зрении. Да еще и с дурацкими вопросами по поводу моего самочувствия.

— Я сейчас нахожусь в сильном раздражении, — не стал я скрывать своего состояния.

— И чем оно вызвано? Какими-то странными ощущениями в организме?

— Да, у меня чешется кулак врезать по лицу тому идиоту, который светит мне в глаза, и задает дурацкие вопросы.

— Вижу вы в прекрасном состоянии духа, — усмехнулся тип в белом комбинезоне. — И чтобы ненароком не подвергать свое здоровье опасности, я пожалуй, прекращу вас нервировать.

Медик выключил фонарик, за что я ему был от души благодарен. Будь я обычным человеком, мне потребовалось бы время чтобы зрение адаптировалось после яркого света в глаза. Но у меня, как у гибрида на это ушло не более четырех секунд. Я все отлично видел, и никаких тебе ярких пятен перед глазами, четкое и резкое зрение. Повернув голову направо я попытался увидеть Юлию Нестерову, моего оператора. Но ни ее, ни ее кровати на месте не было.

— Вы кого-то потеряли? — поинтересовался медик, прочитав невольное волнение на моем лице.

— Да, моего оператора, — ответил я. — Перед тем как меня отключил наркоз, я видел как ее привезли в палату.

— Об операторе не стоит переживать, она сейчас находится на полигоне, — успокоил меня медик. — Вы присоединитесь к ней, когда пройдете тестирование на совместимость с (А.С.Д.).

— Что это означает?

— (А.С.Д.), это Адаптивная Система Движения, которую мы установили на ваше тело, — произнес медик указав на мои ноги. — А теперь попытайтесь подняться на ноги, но постарайтесь не спешить, — предупредил он меня.

Видимо наркоз, каким-то образом негативно повлиял на мое сознание, если я только сейчас вспомнил причину по которой я здесь нахожусь. Увидев свои ноги я попытался пошевелить пальцами, и мне это без труда удалось. Я не почувствовал совершенно никакого дискомфорта. А потом меня прошиб холодный пот, от пришедшей в голову мысли. Ведь мои ноги чувствовали все, а значит они не могли быть протезами, и все что сейчас со мной происходит всего лишь сон.

— Скорее всего когда я попытаюсь встать с кровати, произойдет смена локации, во сне всегда так происходит, — озвучил я свои мысли в слух. — Жаль, что это всего лишь сон, ведь я вспомнил те ощущения когда у тебя есть ноги.

— Разум действительно мало изучен, — произнес медик. — Но то что нам известно о нем позволяет сделать вывод, что все, что сейчас происходит вокруг вас, на самом деле реальность. Дело в том, что человек находящийся во сне не может осознать, что это сон. Для него все происходящее реальность, не вызывающая сомнений. Открыв во сне дверь и оказавшись на вершине скалы, он воспримет это как само собой разумеющееся. И никакого нарушения логики у него не возникнет. Ведь в мире сна действуют совершено другие правила. И стоит ему допустить мысль что это всего лишь сон, он в тот же миг проснется. Но мы по прежнему здесь и продолжаем беседу.

Мои ощущения были связанны с тем, что (А.С.Д.) задействовала максимальное количество сенсоров, посылающих сигналы на нервные окончания. Как мне объяснили позже это сделано для того, чтобы я быстрее адаптировался под систему. В дальнейшем датчики будут отключены, не все, но многие. В их число войдут и те, которые отвечают за симуляцию боли. А сейчас они задействованы, чтобы я по