Целого мира мало - Катерина Полянская (Фиалкина)

— Нет, я тебя к океану больше и на расстояние выпущенного заклинания не подпущу!

— Почему это?! — обиделась Лизка.

Вот всегда он так: она найдет что-нибудь интересное (и плевать, что к нему очередные приключения прилагаются!), а он отнимет — и давай исследовать!

Нечестно!!!

— Потому что его тайны будто бы сами ходят за тобой по пятам.

С этим утверждением поспорить было трудно, потому царевна скромно потупила глазки и передала находку во владение мужа. Чуть не квакнула с досады! Но не спросить все же не смогла:

— Про венец хоть расскажешь? Откуда такая красота здесь взялась?

Крейр с укором взглянул на суженую, вздохнул, видно окончательно прощаясь с недосмотренным сном, после чего вернул шедевр ювелирного искусства обратно в тайник и притянул Лизку к себе. И начал рассказ:

— Очередная семейная реликвия. Слушай, Лиз, может, пустить тебя по нижнему ярусу подземелий погулять? Вдруг легендарные сокровища темных найдешь? — А в глазах такая надежда!

— Вот еще! — Ундина совершенно не вдохновилась оказанным ей доверием. Нашел тоже ищейку!

— Ну как знаешь… Могла бы и позаботиться о семейном достоянии.

— Милый, тема дня — не прагматичность твоей натуры, а венец! Я слушаю.

Пришлось колдуну мысленно проститься с так и не обретенными сокровищами.

— Как ты, надеюсь, уже догадалась, он принадлежал все той же ундине из Ледяного океана. По преданию, она была старшей дочерью их царицы, даже в права наследования успела вступить, но тут любовь пришла. Никто не смог запретить ей выйти замуж за темного, а вот потом начались проблемы. Сестер не устраивала вечно отсутствующая правительница, и то средняя, то младшая поочередно пытались захватить ледяной трон.

Лизанда понимающе хмыкнула и потерлась щекой о прохладную ткань халата. Тут же возникло настойчивое желание поскорей избавиться от явно лишнего предмета одежды и касаться теплой кожи, вновь вслушиваться в биение сердца… Что довелось пережить легендарной ундине, царевна понимала. За минувший год Крейр целых три переворота предотвратил. А ее саму сколько раз похищали? О пакостях, которые без лишнего шума нейтрализовывал до сих пор живущий в ней дар заресских царей, и говорить не стоит.

— И? — Лизка дернула мужчину за рукав, торопясь дослушать увлекательную историю.

— Что — «и»?

— Смогла она дать отпор родственницам?

Потомок древнего семейства неопределенно пожал плечами и подавил зевок.

— Понятия не имею. Как и о том, что с ней и ее мужем стало впоследствии. В семейных хрониках даже их имен не сохранилось.

На этом экскурс в преданья старины глубокой благополучно завершился. Колдун поднялся и, подхватив Лизку на руки, переместился в сторону кровати. А царевна и не противилась, у самой глаза из чистого упрямства до сих пор открытыми оставались.

— Крейр…

— Нет. — На губах темного не мелькнуло и тени улыбки, а значит, канючить бесполезно.

Но царевны легко не сдаются!

— Ну пожа-а-а-а-алуйста…

— Нет.

Лизка запыхтела обиженным ежиком и принялась нарезать круги возле кровати, на которой изволил возлежать непреклонный колдун.

— Я только издали погляжу.

— Нет, Лиза, и не проси!

В глазах стали собираться невольные слезы. Вот всегда он так: то нельзя, сюда не ходи, мужа слушайся! А если девичьей душе свободы хочется? Да и разве еще представится возможность прогуляться по привычному с детства городу?

Но всю бессмысленность своего нытья Лизка оценила еще раньше, чем озвучила просьбу посетить ставшие родными места. Попробовала, конечно, на всякий случай, но, нарвавшись на несколько строгих «нет», продолжать упрашивать темного передумала. В конце концов, она отпустила прошлое. Вот и не стоит ссориться с любимым мужем из-за остатков воспоминаний!

Чтобы скрыть набежавшие слезы, отошла к окну и вгляделась в огни ночного города и стремительно несущийся поток машин. Ну и ладно, ну и пожалуйста… Переживет.

И вот тут сердце колдуна дрогнуло.

— Ладно, так и быть. Но учти: никаких контактов со знакомыми.

Видно, для Крейра отказывать новоиспеченной супруге было не многим легче, чем свободолюбивой Лизке соглашаться с его категоричными «нельзя».

— Спасибо! — Окрыленная внезапно свалившимся на нее счастьем ундина попыталась повиснуть на шее любимого. Но так как он все еще лежал, просто рухнула на него и обняла. — Я люблю тебя!

— Я помню, — самодовольно кивнул Крейр и за поджатыми губами скрыл счастливую улыбку.

— У-у, колдуняка зловредный!

— Осторожно, радость моя, я ведь и передумать могу…

Справедливо говоря, медовый месяц проходил замечательно. Со скидкой на его быстротечность, конечно, но об этом Лизавета старалась не думать. В конце концов, в Угодьях они тоже будут вместе. Это ли не главное?

Утром, которое для парочки наступило в районе обеда, темные супруги перенеслись порталом в параллельный мир. Лизка добрый час разглядывала карту, пока наконец не отметила на ней несколько мест, в которых всю жизнь мечтала побывать. Оставшийся день им и отдали, благо заряд в амулете перехода был достаточным, чтобы из одного конца земного шара в другой перемещаться свободно.

А вечером был номер в отеле (Лизка подозревала, что Крейру тоже пришла ее недавняя идея с ломбардом), ванна с пеной и совершенно не романтический разговор, закончившийся счастливыми объятиями.

— А еще — никаких вылазок в соседние миры и поездок к океану без моего разрешения, — продолжил выставлять условия строгий муж.

Тяжкий вздох был ему ответом. Но спорить Лизанда не решилась. Передумает еще! К тому же, если сильно прижмет, всегда можно поступить по-своему.

— Как скажешь, любимый. Слушаюсь и повинуюсь!

— И с порталами поосторожнее, пока с даром не решится.

Что, и к родственникам нельзя?! Этого Лиза уже не стерпела.

— Милый, — мурлыкнула царевна и предостерегающе заглянула в темные глаза, — еще несколько пунктов в списке запретов, и я вообще никакого дара не захочу. И мужа тоже!

Хоть темный виду и не подал, но, судя по его следующим словам, угрозой впечатлялся:

— Лизонька, в нашем мире разводы не приняты.

На что молодая жена только фыркнула. Напугал!

— И? Приглашать гостей в Темные Земли тоже до недавнего времени было не заведено. И кстати, цвет свадебного платья я тоже изменила, просто ты не заметил. Только с тортом недоработка вышла… Собственно, это я к тому, что традиции хоть с трудом, но меняются, а золотая рыбка давно мечтает попробовать себя в чем-нибудь необычном. Намек понятен?

Несколько мгновений длилась мучительная тишина. Лизка всерьез испугалась, уж не перегнула ли она с угрозами, даже наиболее действенные способы примирения в уме прикидывала, но Крейр очнулся первым. Шевельнулся под ней, устраиваясь удобнее, и неуловимо коснулся губами подбородка ундины.

— Ладно, уговорила, к отцу с матерью можно. — После чего стремительно перевернулся, подмял суженую под себя и гневно прошипел: — И чтобы я не слышал больше про такие новшества!

Портал за спиной сверкнул в последний раз и исчез. Лизка крепче перехватила руку мужа.

— Помнишь это место?

Колдун повел взглядом, больше внимания уделяя сияющим от счастья глазам супруги, нежели длинной улице, утыкающейся в кованый забор парка.

— А должен?

Счастье в Лизкиных глазах щедро разбавилось негодованием.

— Мы здесь познакомились!

Темные глаза недоверчиво сузились.

— А, так это здесь ты в лужу шмякнулась? Я-то думал, девушки предпочитают не вспоминать таких моментов…

Лизка насупилась и потащила мужа прочь с памятного места.

— Не романтичная ты душа!

Саму же царевну кружил вихрь воспоминаний. Кто бы ей тогда сказал, что через год она станет женой незнакомца, которого приняла за промышляющего в ночи маньяка, — на смех бы подняла! А сейчас что? За руку держит и даже на излишнюю практичность благоверного почти не сердится. Вот уж правда, время чудеса творит!

— Зато прагматичный, — как ни в чем не бывало откликнулся Крейр. — Не грусти, царевна, со мной не пропадешь.

На этом перепалка закончилась, и началась обзорная экскурсия для колдуна по привычным для его жены местам. Совсем недавно Лизка проводила точно такую же для Ялы, так что вопроса, куда идти, не стояло.

Начали опять же с парка, каруселей и мороженого. Темный подвига подвластного ему духа не повторил и плюшевого зверя для драгоценной половины не подстрелил, зато земные развлечения воспринял нормально и даже над Лизкиными воплями, когда кабинка закладывала очередной вираж, посмеивался. Потом накупил сластей и изобрел с десяток уловок, чтобы слизать что-нибудь с перемазюканного носа царевны.