Моя звездная болезнь - Ника Грон

Когда вещи доставили в выделенный мне отсек, я вышла попрощаться с…другом? Да, наверное, за эту ночью он стал мне намного ближе.

На прощание меня крепко обняли, а я решила сделать вид, что не заметила, как едва заметно мужчина с какой то болезненной одержимостью втянул мой запах где то в районе шее. Будто стараясь запомнить.

— Не твори глупостей и возвращайся скорее с удачно выполненной миссией. Свой номер я добавил в список экстренных на твоём девайсе, если будут проблемы — набирай. У меня есть связи на Мууне, если что, я вытащу тебя с этой чертовой планетки.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я, — За все.

Космолёт стартовал через десять минут и мне, сидящей в рубке капитана у иллюминатора, была видна фигура Змея до тех пор, пока мы не вышли в стратосферу. Корабль привычно качало, и я терпеливо пережидала турбулентность в кресле. Когда звездолёт вышел в космос и перешёл в гиперрежим, я смогла отстегнуться и пойти знакомиться с собственной командой. Нас оказалось всего десять человек: два пилота, один из которых мне был знаком с прошлого задания, достаточно взрослый врач, пять спецов, отвечающих за нашу безопасность, некоторых из которых я встречала в боевом зале, один дипломат и я. Именно с дипломатом я постаралась наладить контакт в первую очередь. С Реймондом я была знакома заочно, но слышала о нем как о профессионале своего дела. Удивительно, но тоже самое, он сказал обо мне, отчего внутри разом поднялась гордость за свои достижения. Практически целый день мы потратили на то, чтобы обсудить все особенности взаимодействия со встречающей стороной. Увы, информации о новом правителе было ничтожно мало. Даже полное имя, так необходимое для торжественного знакомства, нигде не фигурировало. Обнадёживало лишь то, что по приезде нам обязаны будут представить гранд-лорда, в противном случае мы изначально обречены на провал. Много внимания я уделила особенностям местного этикета, подробности которого немало удивили Рея.

— В юности я писала диссертацию по Мууне, — кратко пояснила я глубину своих знаний, после чего вернулась к описанию приветственных ритуалов.

Так пролетел один день полёта. На следующий день, позавтракав практически безвкусным протеиновым пайком, я принялась инструктировать и всех остальных. Это, конечно, не Шахарат, и сразу их в случае нарушения этикета не расстреляют, но потом по-тихому скормить своим зверюгам вполне могут.

Оставшуюся часть дня я провела у иллюминатора. Конечно, из-за скорости окружающий пейзаж смывался в чёрное пятно с яркими всполохами звёзд и редкими планетами, но подобный вид все равно успокаивал и настраивал на рабочий лад. Испытав наушники и проверив, что их заряда хватит ещё на месяц, оставшееся время я слушала языковые лекции и обновляла в памяти язык муунцев. Вечером, с трудом запихнув в себя очередной безвкусный паёк, я отправилась на боковую с тревожным ожиданием завтрашнего дня.

Часть 4

Двенадцать дня по местному времени. Мы всей командой тревожно ожидали разрешения спуститься с трапа корабля на землю. Посадка произошла практически час назад, но местная делегация не особо спешила нас встречать.

«Задерживаются. Ожидайте» — спокойно отвечал мужской голос в рубке связи с Мууной. Вот мы и ждали.

Я, одетая в свободную военную форму, с волосами, стянутыми в тугую дульку и гримом, выбелившим все ресницы и брови и сделавшим меня серой мышью, нервно комкала в руках перчатки, которые сняла спустя полчаса ожидания. Реймонд тоже нервничал, отчего принялся ходить из стороны в сторону. Доктор, имени которого я так и не удосужилась узнать, спокойно сидел в ближайшем кресле и периодически прикладывался к фляге, с, вероятно, крепким алкогольным напитком. И правильно, запах от него будет такой, что все ближайшие зверюги разбегутся в разные стороны. Будь моя воля, я бы тоже выпила чего-нибудь покрепче, жаль только на мышлении это сильно сказывается, а мне, как переводчику, это было подобно смерти.

Спецы разбрелись по отсеку заднего грузового лифта, периодически проверяя оружие и тихо о чём-то переговариваясь, а капитаны спокойно сидели в своей рубке. Вот кому я тоже завидовала, им всего-то нужно было посадить корабль и спокойно нас выпустить.

Когда, наконец, дали команду выступать, я успела вспотеть и пришлось экстренно доставать спрей и пшикаться им по новой. Перед самым выходом на воздух все присутствующие натянули на лица маски, а голову покрыли специальным выдвижным капюшоном, предусмотренным формой. Ультрафиолет этой планеты днем был настолько сильным, что оставлял ожоги, потому в городах были установлены специальные заслоны, препятствующие сильному излучению. Сейчас же мы находились не в городе, отчего пришлось применять все необходимые меры безопасности.

С трапа звездолета сходили слаженной кучкой. Впереди уверенно шёл наш дипломат, чуть позади я, а за мной доктор и спецы.

Яркое солнце, свет которого здесь имел явный красноватый оттенок, слепил глаза и мешал рассмотреть встречающих. Сама площадка посадки находилась прямо в джунглях недалеко от местного города, крыши которого виднелись где то вдали за высокими толстыми деревьями с большими мясистыми листьями. Идти приходилось по тонкой тропе, что с каждым шагом сужалась все сильнее, так что вскоре нам пришлось вытянуться практически в линию. Кусты по краям тропы обладали гигантскими шипами и зло старались зацепиться за одежду. Я-то ладно, самая тонкая из группы, а что делать тому бугаю из спецов, одна рука которого была практически как я в обхвате? К счастью, чем ближе мы подходили к делегации, тем шире становилась тропинка, и когда до муунцев оставалось не больше пяти шагов мы остановились. Расстояние — одно из основ местного этикета.

С минуту мы внимательно осматривали друг друга, взвешивая опасность и примеряясь к противнику. Пока только на поле переговоров, но кто знает, к чему они могут привести.

Не знаю как Реймонд, которому должностными обязанностями было запрещено оружие на переговорах, но меня успокаивал бластер в левом сапоге, нож из Аравийский стали в кармане и мини парализатор, плотно спрятанный в спортивном лифе, который настолько сдавливал грудь, что из хорошей двойки получился полноценный ноль. За счёт этого я стала шире выглядеть в спине что, надеюсь, полностью убивало во мне какие либо признаки женственности.

Первыми, как и полагается, начали муунцы. Говорили они на межгалактическом, потому мои услугу пока не требовались.

— Приветствуем дипломатическую делегацию Маркарта на наших землях! Пускай мудрость ваших правителей ведёт к процветанию всего народа! — торжественно изрёк один из мужчин, по голосу которого трудно было определить возраст. У его ног сидела такая страхолюдина,